Магия Страниц (гет)

Весна 2004 год.

Великобритания.

Лондон.

7:38 утра показали часы на тонком запястье Гермионы, когда она повернула ключ входной двери книжного магазина. Здесь на улицы Портобелло-роуд жизнь начиналась довольно рано, когда девушка распахнула дверь впуская свежий воздух в магазинчик, её окликнул тонкий голос, женщины.

— Доброе утро, милая! Твой заказ на сегодня готов.

Гермиона, повернулась на голос мисс Прауд улыбнувшись ей. Каждый вечер, Гермиона делала небольшой заказ на эклеры для своего магазинчик с книгами, которые так изумительно вкусно готовила мисс Прауд в своей небольшой булочной по соседству. Попробовав эти эклеры, пару лет назад, когда она только купила небольшое помещение на этой улицы, Прауд принесла эти угощения, что бы познакомится с новой соседкой. И теперь покупатели Story Street, могли приобрести не только книгу, но выпить авторский, травяной чай который заваривала сама Гермиона и волшебные эклеры от мисс Прауд.

— Доброе утро, мисс Прауд. Я загляну к вам буквально через полчаса, могу ли я ещё попросить сделать мне большой капучино.

Женщина кивнула ей в ответ и исчезла за дверями пекарни. Грейнджер, шагнула в книжный, бросив сумку на небольшое кресло, она включила все электричество в магазине, множество лампочек в виде герлянды зажглись над её головой, до открытия магазина было ещё два часа за это время девушке нужно было обновить витрину, выставить новинки, заварить чай, доставить книги на полку со скидками, там каждый день появлялись пару новых экземпляров, которые покупатели могли купить за пол цены.

* * *

Лондонский вечер медленно опускался на узкие улочки, окрашивая кирпичные фасады домов в мягкие оранжевые тона. Внутри «Story Street», книжного магазина Гермионы, царил уютный полумрак, нарушаемый лишь золотистым светом настольных ламп. Аромат свежезаваренного чая с бергамотом смешивался с запахом старых книг и едва уловимым сладким шлейфом эклеров, которые Гермиона только что выложила на витрину.

Она, как всегда, была погружена в свои ритуалы. Аккуратными движениями Гермиона переставляла стопку только что прибывших новинок на полку «Рекомендации месяца», поправляя корешки и проверяя ценники. Ее волосы, хоть и были укрощены в низкий пучок, все равно норовили выбиться непослушными прядями, обрамляя сосредоточенное лицо.

— Еще один эклер, миссис Хадсон? — спросила Гермиона, улыбаясь пожилой даме, которая уютно устроилась в одном из мягких кресел, поглощенная детективом.

Миссис Хадсон, постоянная посетительница и большая любительница эклеров от мадам Прауд,кивнула, не отрываясь от книги.

— О, дорогая, вы знаете, что я не могу устоять перед этими маленькими шедеврами. И ваш чай… просто божественный.

Гермиона рассмеялась, наливая свежий чай в изящную фарфоровую чашку. Она любила своих покупателей. Они были частью ее мира, тихого, предсказуемого и наполненного историями. После войны, после всех потрясений, Гермиона нашла свое убежище здесь, среди книг, запаха бумаги и шепота страниц. Она не искала приключений, не стремилась к громким свершениям. Ей хотелось простоты, тепла и возможности делиться своей любовью к чтению.

Закончив с эклерами и чаем, Гермиона направилась к небольшому столику за прилавком, где лежала стопка почты. Счета, рекламные буклеты, несколько писем от издательств с предложениями новых книг. Она методично разбирала их, делая пометки в своем блокноте. Заказать новый тираж «Истории Хогвартса», уточнить сроки поставки «Магических растений и их применение», ответить на запрос о проведении литературного вечера. Ее жизнь была упорядоченной, как хорошо составленный каталог.

На улице уже совсем стемнело. Последние покупатели покинули магазин, оставив Гермиону наедине с ее книгами и мыслями. Она уже собиралась закрывать кассу, когда колокольчик над дверью тихо звякнул, оповещая о новом посетителе.

Гермиона подняла голову, готовясь произнести свою стандартную фразу о скором закрытии. Но слова застряли у нее в горле.

На пороге стоял он.

Драко Малфой.

Время, казалось, остановилось, а вместе с ним и сердце Гермионы. Он стоял, высокий и статный, в дорогом, идеально сидящем пальто, воротник которого был поднят, скрывая часть лица. Но даже в полумраке магазина, даже спустя столько лет, Гермиона безошибочно узнала эти острые черты лица, этот надменный изгиб губ, эти глаза — серые, как зимнее небо, и сейчас пристально изучающие ее.

Он не изменился. Или изменился так, что эти изменения лишь подчеркнули его прежнюю, опасную красоту. В его облике не было той юношеской заносчивости, что так раздражала ее в Хогвартсе, но появилась какая-то новая, более глубокая, почти хищная уверенность.

Драко Малфой. Старая тень из прошлого. Тень, которую Гермиона старательно пыталась забыть, запереть в самых дальних уголках своей памяти. И вот он стоял здесь, на пороге ее тихого убежища, разрушая хрупкий мир, который она так долго и тщательно строила.

Молчание затянулось, становясь почти осязаемым. Гермиона чувствовала, как ее щеки заливает краска, а руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Она не знала, что сказать. Не знала, как реагировать. Ее мозг, обычно такой быстрый и логичный, сейчас отказывался работать.

Драко, наконец, сделал шаг вперед, и колокольчик снова тихо звякнул, словно подчеркивая его вторжение. Его взгляд скользнул по полкам, по уютным креслам, по витрине с эклерами, прежде чем снова остановиться на ней. В его глазах мелькнуло что-то, что Гермиона не смогла расшифровать — удивление? Насмешка? Или что-то еще, более сложное и тревожное?

— Грейнджер, — произнес он, и его голос, низкий и чуть хрипловатый, прозвучал в тишине магазина, как раскат грома. Это было не приветствие, а скорее констатация факта, произнесенная с легким оттенком недоверия.

Гермиона, наконец, нашла в себе силы ответить. Ее голос, к ее собственному удивлению, прозвучал ровно, хотя внутри все сжималось от напряжения.

— Малфой.

Она не стала спрашивать, что он здесь делает. Не стала спрашивать, почему он появился именно сейчас, когда она уже почти забыла о его существовании. Просто стояла, скрестив руки на груди, и ждала. Ждала, что он скажет, зачем пришел. Ждала, что эта тень из прошлого, наконец, объяснит свое внезапное появление и исчезнет, оставив ее в покое. Но что-то в его взгляде подсказывало ей, что это будет не так просто.

Драко медленно огляделся, его взгляд задержался на стопке книг, которую Гермиона собиралась отправить на полку. Он, казалось, оценивал не только ассортимент, но и саму атмосферу магазина, словно пытаясь найти в ней что-то знакомое или, наоборот, совершенно чуждое. Его губы тронула едва заметная усмешка, которая, впрочем, не достигла глаз.

— Не ожидал увидеть тебя здесь, — произнес он, и в его голосе прозвучала нотка, которую Гермиона не могла отнести ни к одной из привычных ему интонаций. Это было не пренебрежение, не вызов, а скорее… любопытство. — В таком… умиротворенном месте.

Гермиона почувствовала, как напряжение немного спадает, уступая место раздражению. Умиротворенное место? Это было ее убежище, ее тихая гавань после бури. И он, Драко Малфой, человек, олицетворявший для нее саму бурю, смел комментировать ее выбор.

— А где ты ожидал меня увидеть, Малфой? — спросила она, стараясь придать своему голосу как можно больше холодности. — На арене для дуэлей? Или, может быть, в Министерстве, на очередном заседании по вопросам безопасности?

Его усмешка стала чуть шире.

— Нет, Грейнджер. Я ожидал увидеть тебя… где-то еще. Где-то более… соответствующем твоим амбициям. Ты всегда была слишком умна, чтобы довольствоваться малым.

Гермиона почувствовала, как внутри нее закипает гнев. Амбиции? Он смел говорить ей об амбициях? После всего, что произошло?

— Мои амбиции, Малфой, изменились, — ответила она, делая шаг вперед, ближе к прилавку. — Я нашла свое место.

Драко кивнул, его взгляд снова скользнул по полкам.

— Я вижу. И, признаться, это… впечатляет. Ты всегда умела добиваться своего. Даже когда это казалось невозможным.

В его словах не было явной похвалы, но и явной иронии тоже. Это было простое наблюдение, сказанное с той же отстраненной точностью, с которой он когда-то анализировал ее ошибки на уроках зельеварения.

— Что тебе нужно , Малфой? — Гермиона, решив перейти к сути. Она не собиралась вести светские беседы с человеком, который когда-то был ее врагом, а теперь стоял перед ней, как призрак из прошлого. — Я закрываюсь.

Драко сделал еще один шаг, оказавшись теперь совсем близко к прилавку. Он наклонился немного вперед, и Гермиона почувствовала легкий, едва уловимый аромат его парфюма — что-то терпкое и дорогое, совершенно чуждое запахам ее магазина.

— Мне нужна книга, Грейнджер, — сказал он, и его голос стал тише, почти интимным. — Книга, которую, я уверен, есть только у тебя.

Гермиона насторожилась. Книга? Какая книга? Она перебирала в уме все свои редкие издания, все свои сокровища.

— И что это за книга? — спросила она, стараясь не выдать своего замешательства.

Драко выпрямился, и в его серых глазах мелькнула какая-то новая эмоция, которую Гермиона не могла определить. Это было нечто похожее на… надежду? Или, возможно, отчаяние.

— Это книга, — он сделал паузу, словно подбирая слова, — которая поможет мне найти кое-что потерянное. Кое-что очень важное.

Он не уточнил, что именно потеряно. И Гермиона не стала настаивать. В его словах звучала такая искренность, что даже ее скептицизм начал таять. Она знала, что Драко Малфой не из тех, кто просит о помощи без крайней нужды.

— Я не уверена, что смогу вам помочь, — сказала Гермиона, хотя уже чувствовала, как ее любопытство берет верх. — У меня огромный ассортимент, и я не могу вспомнить все книги наизусть.

— Я знаю, что вы помните, — ответил Драко, и в его голосе прозвучала уверенность, которая заставила ее сердце снова забиться быстрее.

Он протянул руку и осторожно коснулся корешка одной из книг на прилавке. Его пальцы, длинные и тонкие, были такими же, как она их помнила.

— Это… «Хроники Забытых Заклинаний», — произнес он, и Гермиона почувствовала, как по ее спине пробежал холодок.

«Хроники Забытых Заклинаний». Это было одно из самых редких и загадочных изданий в ее коллекции. Книга, которую она нашла в старом сундуке на чердаке дома Блэков, книга, о которой ходили легенды, но которую мало кто видел. Она была написана на древнем языке, и лишь немногие маги могли ее расшифровать.