Проклятие фанатки (джен)

Элизабет была самой большой фанаткой группы «KISS». Полки ее шкафа ломились от пластинок, а почетное место занимал «кровавый» комикс. Но самым сокровенным были вовсе не пластинки.

Вторая тумбочка, спрятанная от чужих глаз, хранила её тайны: тетради, облепленные блестками, исписанные от корки до корки. Фанфики. Сэлфшипы. Драмы, поцелуи, спасения, ревности. Она — и Стар, её идеал, воплощение мечты и романтической фантазии. Она давным-давно перестала думать, что придёт день, когда она увидит их вживую. Но судьба оказалась щедрее.

Она выторговала билет на концерт в ее городе, а потом — совершенно случайно — получила доступ на встречу с музыкантами после шоу.

Это должно было быть идеальным вечером. Вечером, который казался ей наградой за годы преданности.

Но что-то сломалось. Тихо, негромко — почти незаметно, но ощущение было, будто осколок стекла застрял в груди.

Потому что, пока она стояла с застывшей улыбкой, глядя на Стара, её взгляд случайно скользнул чуть в сторону. И она увидела. Как он — её идеал, её прекрасная мечта — тихо переговаривался с Демоном. Близко. Слишком близко. Слишком… мягко.

Глаза Элизабет сузились. Словно что-то холодное развернулось в животе. Она не стала устраивать сцен. Она лишь улыбнулась и взяла автограф. Но в голове уже пульсировала мысль — горячая, болезненная, как вспышка магии: «Он забирает у меня то, что принадлежит мне». Элизабет была не просто фанаткой. Она была ведьмой. Молодой, талантливой — и болезненно романтичной, готовой ревновать объект обожания к каждому фонарному столбу, к любому, на кого он посмотрит. И в тот миг ревность стала её топливом. Она решила избавиться от конкурента. Аккуратно. Тихо. Так, чтобы никто никогда не узнал.

* * *

Она стала медленно следить за каждым шагом музыкантов, выжидая, когда они разойдутся. Наконец-то она поймала долгожданный момент, когда музыканты разошлись. И вот она пробралась за ним до того места, где не было камер, где не было свидетелей.

Демон медленно шел до гримерки, не подозревая, что за ним следят. Но вдруг он услышал шум кустов и насторожился. Демон остановился на полушаге.

Тень от прожекторных башен упала на его силуэт, делая его ещё больше похожим на пугающий, но уже привычный сценический образ — массивный, уверенный, свирепый.

Он медленно обернулся и попытался позвать низким, привычно хрипловатым голосом:

— Эй… Кто там?

В ответ была лишь тишина. Только шорох листвы, словно кто-то ловко затаился, ожидая. Ему это показалось странным: никто из фанатов обычно не пробирается сюда. Место между гримерками и служебным выходом было пустынным, скрытым от камер — слишком тщательно охраняемым, чтобы просто так кто-то забрёл. Он прищурился, сделал шаг вперёд и встал в боевую стойку.

— Я серьёзно, выходи!

Тень выскользнула между кустами, словно растворяясь в темноте, и появилась перед ним. Она почти светилась глазами. Её выражение было иным — тихое, по-ведьминому сосредоточенное.

Она шагнула к нему, медленно, будто старалась не спугнуть.

— Добрый вечер… Демон, — произнесла слишком мягко, слишком певуче.

Он нахмурился, но пыл остыл:

— Тебе сюда нельзя. Ты заблудилась? Давай я провожу тебя обратно…

Она ничего не ответила. Только подняла руки и ладони засияли.

— Мне нужно всего одно, — тихо сказала Элизабет, медленно поднимая руку.

Слишком медленно. Будто смакуя момент. Воздух вокруг её ладони сгустился, как дым.

Магия заколыхалась, тонкими нитями обвивая пальцы.

Демон почувствовал, как стало как-то страшно, что он попытался сбежать, пока не поздно.

— Ты забираешь у меня то, что мое… — прошептала она.

— Что? — он не успел понять, но инстинкт заставил его развернуться и рвануть назад.

Однако было поздно. Заклинание ударило в грудь, и его впечатало в стену. Он почувствовал, как сознание медленно угасает.

Элизабет видела, как искажается тело мужчины, но не могла остановиться.Элизабет не мигала. Она жадно следила, как лицо Демона меняется:

— Д-давай же… Мне нужен уродливый монстр… чтобы он никогда не посмотрел на тебя так, как на меня…

Но вместо ожидаемого чудовища происходило нечто иное.

Его клыки удлинились — но челюсть стала меньше. Пальцы искривились — но в короткие, гибкие лапы. Клочковатая шерсть пробивалась из кожи тёмными волнами, как струи дыма. И с каждым секундным рывком тело становилось меньше. Сильные руки — тоньше. Грудная клетка — компактнее, на горле выросли странные наросты

Становилось ясно, что что-то пошло не таак, и желание Элизабет избавиться от конкурента превратило его в изуродованного кота. Её губы дрогнули. Не от раскаяния — от разочарования, почти детского.

— Это… не то… — прошептала она, шепот вырвался сам собой. — Я хотела чтобы ты… уродец… чтобы тебя нельзя было любить…

Но заклинание уже не остановить. Оно само выбирает форму, если ведьма в сердцах дрогнула. Так всегда бывает с теми, кто творит магию через эмоции, а не через формулы. Зная, что ее шум мог привлечь внимание, она поспешно ретировалась.

* * *

Демон проснулся через некоторое время, уже светало. Он заметил, что все окружение стало больше. Он попытался встать, но ноги его не держали. Но он снова поднялся, уже на четвереньках, цепляясь когтями за землю. Его дыхание было рваным, хриплым, но в этих звуках не было ни слова человеческого — только животный, пронзительный инстинкт. «Она может навредить Стару», — пронеслось в голове, м он исчез между тенью и светом прожекторов, раненный — но живой. Не понимающий до конца, что с ним произошло, но ведомый страхом, сильнее боли. Даже став зверем, этот инстинкт бился в нём — последним обрывком того, кем он был. И поэтому он бежал. Бежал к тому, кого нужно защитить.

Он пытался проникнуть в отель, где группа остановилась по туру, но охрана, увидев животное, выносили его, несмотря на возмущения. Он увидел консьержа, который вносил чьи-то чемоданы, и смог спрятаться между ними. Попав в нужное крыло, он шмыгнул в коридор и наткнулся на зеркало.

Демон подкрался ближе. Лапы подрагивали, словно не его. Он не думал — просто чувствовал, что должен посмотреть.

Когда он приблизился, свет скользнул по его силуэту, и он замер. На него смотрело нечто, похожее на мускулистого кота.

От лицезрения своего образа его прервал стук в дверь. Рядом с одной из дверей стоял Стар, пытаясь достучаться до Демона, но тот, ясно дело, не открывал.