Незабытая любовь султана Сулеймана (гет)

1514 год

Солнышко светило за окном, птички щебетали свои песни, Айше Хафса султан была в хорошем настроении. Она была уверена, что этот день будет хорошим для неё. Мать шехзаде Сулеймана наслаждалась щербетом из алычи, напиток был просто идеальным для такого тёплого дня.

В покои вошла молоденькая девушка, которой не дашь больше восемнадцати; была она служанкой Айше Хафсы султан.

— Госпожа, привезли новых девушек! — сказала служанка.

— Хорошо, Дениз хатун, можешь идти! — сказала мать единственного наследника Османской империи.

Новые наложницы были прекрасной новостью, если они окажутся получше тех, кого привезли до этого, то, может быть, династия пополнится. Предыдущая партия наложниц была такова, что даже как служанку не возьмёшь, заплатишь деньги за девушку, а она завтра умрёт. Так что была надежда только на то, что эти девушки будут в лучшем состоянии.

Девушек передали на попечение Бахар калфы и Аббаса аги. С ними было ещё две девушки, одна из которых держала поднос, на котором лежали ленточки. Девушки, что здесь стояли, были осмотрены лекарками. Они были вполне здоровыми, замотанными в полотенца — их было три ряда по семь человек в каждом ряду.

— Сейчас мы начнём отбор. Наложница получит красную ленточку на руку, служанка — синюю, а с желтой вас вышвырнут из дворца! — сказал Аббас ага, показывая каждую ленточку.

— Первый ряд — шаг вперёд! — сказала калфа, и дождавшись, когда девушки из первого ряда исполнят это действие, продолжила. — Снять полотенца!

Невольницы были вынуждены покориться приказу, даже если им было от этого противно, неловко и многое другое. Полотенца упали на пол. Девушки остались голыми. Бахар калфа подошла к первой девушке.

— Внешность, фигура, состояние зубов — в норме! — сказала Бахар калфа, крутя девушку в разные стороны и смотря ей в рот.

— Широкие кости, круглое красное лицо — прочь! — сказал Аббас ага.

Девушка, что не прошла отбор, подняла руку. Девушки, что были с калфой и евнухом, получили желтые ленточки, которые были повязаны на руки.

Бахар калфа прокрутила вторую девушку в очереди.

— Средненько! — сказала она, евнух только кивнул на слова женщины.

Вторая девушка получила синюю ленточку.

Настала очередь Анастасии.

— Внешность — да, фигура — да, можно в наложницы! — сказала Бахар калфа, после того как осмотрела девушку со всех сторон.

Анастасия была первой, кого определили в наложницы. Ей было пятнадцать лет, она полячка, которую украли татары, когда напали на поселение. Анастасия была дочерью дворян. Она никого не знала здесь. Все были здесь чужими, тех, кого она знала, были там, на невольничьем рынке, куда сама Анастасия не попала. Ей стоило благодарить Бога за то, что Он был милостив к ней. В гареме она могла прожить так и не попав в покои шехзаде.

Она не следила за тем, кого оставляли как наложницу или служанку, не следила и за теми, кого выгоняли из дворца, как бракованный товар. Ещё там, на корабле, она обещала себе, что будет думать только о себе, ведь только так сможет выжить в этом жестоком мире.

Девушкам раздали одежду и позволили одеться.

— Наложницы живут на правой стороне гарема, а служанки — на левой! — сказала Бахар калфа.

После того как новоприбывшие девушки оделись, стали заносить еду. Только сейчас Анастасия поняла, что она голодная. Утром им дали по куску хлеба, а больше не кормили. Привели во дворец — тогда девушек было очень много, их отбирали, отправляли к лекарям, которые осматривали девушек, а только после запускали во дворец. Где отбор проходил дальше.

После ужина Бахар-калфа приказала девушкам готовиться ко сну.

— Детство у вас закончилось! — сказала она после своего монолога, который Анастасия пропустила.

Она хотела спать, сытный ужин, впервые за долгое время, нагнал на неё сонливость. Женщина ушла, а девушки легли спать.

Утро наступило неожиданно быстро, по мнению Анастасии. Ей казалось, что она только закрыла глаза, как уже настало утро и пришла Бахар-калфа.

— Просыпаемся, девушки! — говорила женщина. — Убираем постели, приводим себя в порядок, завтракаем и вы отправляетесь на уроки!

Тон калфы дал понять, что спорить она ни с кем не будет, и уговаривать — если девушки не будут делать то, что им говорят, — то сразу же получат наказание.

Анастасия решила не испытывать судьбу и стала исполнять указание Бахар-калфы, но нашлась девушка, что решила, что правила не для неё. Она сидела с недовольным видом и не собиралась вставать.

— Тебе отдельное приглашение нужно? — обратила на бунтарку внимание калфа.

— Я ничего делать не буду! — заявила девушка.

Анастасия посмотрела на эту смелую или глупую девушку: неужели она не поняла, что здесь они — просто рабыни, что не смогут без разрешения хозяев и моргнуть? Калфа подошла к ней и грубо схватив за руку, поставила перед собой. Бунтарка была невысокого роста — едва ли доставала Бахар-калфе до плеча.

— Раз не хочешь делать, что говорят, будешь в темнице крыс развлекать! — сказала калфа, она явно не шутила.

— Уж лучше крыс развлекать, чем исполнять приказы варваров! — выпалила наложница.

Девушки внимательно следили за происходящим.

— Хорошо! — спокойно бросила Бахар-калфа.

Женщина вышла из гарема, бунтарка довольно улыбнулась, видимо, ощущая вкус победы, но он был недолгим. Бахар-калфа вернулась с тремя евнухами. Двое схватили наложницу за руки и подняли её.

— Отпустите меня, мерзавцы! — кричала девушка.

Третий евнух нанёс первый удар плетью. Бунтовщица закричала от боли. Её пороли перед всеми. Плеть разорвала ткань ночного платья и оставляла на спине следы. Все это сопровождалось криками боли.

— Пусть для каждой из вас это будет уроком. Нянчиться с вами никто не будет! — сказала Бахар-калфа, внимательно обводя взглядом девушек. — За каждый проступок будет наказание, неповиновение карается!

Наказание для бунтарки закончилось. На её спине были следы от кнута, на миловидном личике — слёзы.

— Думаю, урок усвоили все, а теперь быстро взялись за дело, иначе на уроки пойдёте голодными! — сказала Бахар-калфа.

Её слова тут же заставили девушек шевелиться, никто из них не желал попасть под порку кнутом.

После завтрака их стали делить.

— Те, кто вчера получил красную ленту, идут со мной, кто синюю — ждут меня здесь и ведут себя тихо! — сказала калфа.

Девушки послушно исполняли приказ Бахар калфы. Анастасия шла спокойно вслед за калфой. Их привели в класс.

— Здесь вы будете обучаться, заходите, сейчас придет учитель! — сказала Бахар калфа.

Девушки стали послушно делать то, что им сказали. Бахар калфа ушла к девушкам, что остались в гареме.

Наложницы начали своё обучение. Язык именно его стали изучать первым делом. Обучить турецкому, чтобы всё было понятно. Со временем Анастасия привыкла к подобному режиму дня: утром их будили, они приводили всё в порядок, приводили в порядок себя, завтракали, шли на уроки, а после обедали и проводили уборки в гареме; после могли заниматься своими делами, потом был ужин и подготовка ко сну. Девушка грустила только потому, что не видела давно солнца. Их привезли две недели назад, с тех пор ни одна из них не была на улице. Теперь она понимала, почему это место называли золотой клеткой. Девушки в ней были как птицы, которые мне суждено было вылететь на свободу. Стали добавляться и другие уроки.

Айше Хафса султан позвала к себе Дайе хатун, что была её служанкой и прибыла вместе с женой султана Селима из Крымского ханства.

— Эта черкесская княжна, как проходит её обучение? — поинтересовалась мать шехзаде Сулеймана.

— Девушка старается, но есть девушки, кто справляется лучше неё! — сказала Дайе.

— Хорошо! — задумчиво сказала валиде султан. — Как думаешь, Бахарай готова отправиться в покои Сулеймана и не упасть в грязь лицом?

— Сможет! — уверенно сказала Дайе хатун.

— Тогда пусть идёт! — сказала Айше Хафса султан.

Дайе удалилась, ей стоило подготовить наложницу для шехзаде. Мать единственного наследника опустилась на тахту, во время разговора со служанкой она стояла. Бахарай, княжна, что была отправлена в Османскую империю своим отцом как подарок, она должна была попасть во дворец султана Селима. Ей понадобилось много сил, чтобы убедить мужа в том, что княжна ему не нужна и будет лучше, если она будет в гареме их сына.

Бахар калфа и Дайе хатун вошли в гарем.

— Бахарай хатун, подойди! — сказала Бахар.

К женщине тут же подошла высокая шатенка с карими глазами.

— Бахар калфа! — уважительно сказала она.

— Сейчас ты идёшь с Дайе хатун! — сказала Бахар калфа.

Бахарай ушла из гарема.

— Она ведь ни в чём невиновата? — спросила тихо одна из девушек.

Она была блондинкой с карими глазами. Анастасия вспомнила, что её зовут Надя.

— Не знаю! — коротко сказала её подруга, имени которой Настя не знала.

— Скорее всего, её отправили к шехзаде! — сказала Анастасия.

— Возможно! — согласилась Надя.

Бахарай вернулась только утром, когда девушки садились завтракать. Она была одета очень красиво: лёгкое нежно-розовое платье, а на шее красовалось колье из жемчужин. На лице сияла улыбка. Девушки выжидающе уставились на неё. Знакомые девушки начали задавать ей вопросы.

— Я провела ночь с шехзаде, и он дал мне имя Гюльбахар. Я весенняя роза, нашего шехзаде! — сказала черкешенка.

После завтрака пришла Дайе хатун.

— Гюльбахар, шехзаде велел передать тебе подарки! — сказала громко служанка матери шехзаде Сулеймана, она отдала небольшую шкатулку Гюльбахар и мешочек с золотом. — С этого дня ты переезжаешь на этаж фавориток!

После уроков и уборки в гареме Хатидже султан сестра шехзаде Сулеймана стала сыпать золотые монеты в гарем. Фаворитка шехзаде Сулеймана Фюлане хатун была беременна. Многие девушки старались собрать как можно больше золотых монет. Анастасия не стремилась заполучить всё золото — девушки устраивали драки за золото. Полячка подумала, а не наслаждается ли династия подобными боями. Во дворце скучно, а так можно посмотреть на бои девушек за золото. Анастасия собрала себе двенадцать монет, в то время как другие девушки с боем смогли собрать намного больше. Потом раздавали сладости, и принесли шербет. Устроили праздник. Мать шехзаде Айше Хафса султан и его сестра Хатидже султан посетили праздник.