Король ночи (не тот) (джен)

— То есть, вы утверждаете, что Лорд-командующий Ночного дозора окончательно спятил, связался с женщиной-Иной и устроил в Твердыне Ночи филиал Семи преисподень? — осведомился сир Родрик Сэнд — командующий Восточным дозором.

— Точно так, милорд! — закивал до смерти перепуганный мужчина. — Мы еле унесли ноги… Нас с братом хотели принести в жертву тёмным богам, или типа того…

— Ой, да кому вы нужны! — фыркнул Рабастан — здешний первый разведчик. — Любые уважающие себя тёмные боги побрезговали бы вами, да ещё и своим приспешникам высказали бы за то, что им в жертву приносят всякую шваль…

— И тем не менее, милорд! — не унимался мужчина, а второй просто усиленно кивал, — мы были на волосок от гибели… Многих уже — того. А они были ещё похуже нас…

— Да уж, не те культисты нынче пошли…

— Главный вопрос не в этом, Рабастан! — грубо оборвал его сир Родрик.

— Верно, милорд, главное — у них там что, и правда, есть женщина? Пусть и Иная…

Сир Родрик лишь тяжело вздохнул и снова обратился к беглецам, которых сегодня утром нашли разведчики — вымотанных, перепуганных и говорящих в основном на вестеросском диалекте мата.

— Мы должны решить, что с этим делать… Я не могу просто взять и забыть о том, что сейчас услышал…

— А я могу, — заверил его Рабастан.

— Не сомневаюсь… Как ты «забыл» о том, что я приказывал тебе пойти за Стену на прошлой неделе… Но и принимать на веру всё это — тоже не дело. Меня могут осмеять! — Сир Родрик на минуту задумался, потом кивнул каким-то своим мыслям. — Вот как мы поступим: мейстер Стефан, пожалуйста, отправьте в Тврдыню Ночи ворона с письмом. Осведомитесь, всё ли у них в порядке, как дела и настроение… Если ответят, что всё хорошо — значит, там, и правда, творится какая-то дичь. Когда у тебя двое разведчиков пропали, ты не можешь об этом не думать…

Мейстер кивнул и пошёл отправлять письмо. Двух братьев-беглецов пока что разместили под охраной — вдруг они дезертиры. Хотя сир Родрик в этом сильно сомневался… Кому придёт в голову дезертировать из одного замка Ночного дозора в другой…

Ворон с ответным письмо вернулся через два дня, и мейстер тут же позвал сира Родрика.

— Ну что, каков ответ? — спросил Родрик.

— Вы не поверите… — Мейстер протянул ему письмо.

— «Крпн… Трепск… Трепск… Кртв…» Это что за хрень, мейстер?!

— Сам не знаю… Но всё письмо написано на этом странном языке. Никогда такого не видел. Разве что…

— Ну, говори уже! У нас и так перебор с драматизмом!

— Когда я учился на мейстера в Цитадели… Ох, это были славные времена! Тогда помнится, я был ещё кудрявым и краси…

— Да-да, это всё очень интересно, но ближе к делу!

— Конечно… кхем… Мне попался на глаза один труд архимейстера Каллимана. Головастый был человек, хотя под конец жизни сошёл с ума и считал, что он утка… По крайней мере, мы так думали, ведь он постоянно крякал…

— МЕЙСТЕР!

— Да-да… Так вот, в его книге был описан некий опыт общения Первых людей с Иными. И там был как раз подобный язык…

— Мать моя леди… — выдохнул сир Родрик. — Неужели весь тот бред, что тут несли эти два брата — правда?

— Как знать, милорд… Но есть ещё кое-что…

— А? В письме?

— Нет. — Мейстер откашлялся и указал на клетку с вороном, который принёс это злосчастное письмо. — Я посылал обычную птицу, а назад прилетела мёртвая с ярко-голубыми глазами. Мне кажется, это слегка подозрительно…