Истинный рыцарь (гет)

...Серые горы вставали на горизонте. Рыцарь устало вздохнул, слез с коня, кинул мальчишке-служке мелкую монету и вручил ему же поводья.

— Коня почистить, напоить и задать корму.

— Бу сделано, милсдарь рыцарь. А вы к нам надолго?

— Заночую, пожалуй. До гор далеко ещё?

— Да к завтрашнему вечеру до отрогов как раз доберётесь. А вам зачем?

— А сам догадаешься?

В таверне было малолюдно, но шумно. С кухни доносились аппетитные запахи, не менее аппетитные подавальщицы сновали по зале. Трактирщик, старый уже, но крепкий ещё пройдоха, завидев рыцаря, подобрался, как пойнтер, учуявший дичь.

— Чего изволит милсдарь рыцарь?

— А что есть?

— Мясо печёное, каша перловая, куриный суп, вино и пиво в ассортименте.

— Неси всё, кромне пива. А вина нацеди лучшего, что есть в твоём заведении. А то — мой меч, твоя голова с плеч! Мы, истинные рыцари, скоры на расправу! А уж я, Свирепый и Непобедимый, Благородный и Благообразный, Законнорожденный и Право Имеющий, Истребитель Драконов Ульрих фон Тотенкопф де Лакруа Тридцать четвёртый, — подавно! — к концу фразы, произнесённой на одном дыхании, Рыцарь выдохся, и окончание выдал уже хриплым шёпотом. Но получилось таинственно, и, соответственно, грозно, так что эффект не пострадал.

— Как будет угодно Вашей милости!

Через полчаса перед рыцарем исходила паром тарелка с кашей и хорошим шматом буженины, рядом стыла тарелка супа, а в кувшине плескалось Марочное Черноплодное Фирменное от бабы Феодории трёхлетней выдержки.

...

— Чего изволит ваше высокоблагородие? — явно продажная девка с хитрым прищуром посмотрела на засмущавшегося рыцаря.

— Тебя кто сюда приглашал? — не без интереса спросил тот. Девок вроде он не заказывал, но, видимо, трактирщик имел своё сугубое представление об отдыхе истинных рыцарей.

— Никто. Я сама пришла. А что, милсдарь Рыцарь, НАСТОЛЬКО устал, что не утешит бедную вдову?

— Ну что Вы, — зарделся рыцарь. — Мы, истинные рыцари, никогда не оставим безутешной страждущую Даму. А уж я, Свирепый и Непобедимый, Благородный и Благообразный, Законнорожденный и Право Имеющий, Истребитель Драконов Ульрих фон Тотенкопф де Лакруа Тридцать четвёртый, — подавно!

— Что ж, — девица достала из-под подушки потрёпанную книжку в кожаном переплёте и с засаленными страницами. Грамотный Ульрих успел по складам прочитать начало заглавия: "Кама...", когда девица открыла первую закладку, и ткнула в страницу пальчиком. — Начнём, пожалуй, отсюда...

...

Вечером следующего дня измождённый Рыцарь стоял перед логовом местного Дракона и свирепо, приподнявшись от усилия на цыпочки, трубил в боевой рог. Через полчаса из логова выполз зелёный, чешуйчатый ящер. Дракон был не так уж велик, как говорит о нём народная молва, — где-то с лошадь в холке, и с две — в длину. Крылья были сложены на срине в два своеобразных валика, теменной гребень сердито топорщился.

— Тебе чего, Рыцарь? — Дракон явно был недоволен побудкой и срывался на хамство.

— Я пришёл за принцессой!

— А она тебе на кой, пузо железное?

— Истинный Рыцарь не оставит Принцессу в беде! А уж я, Свирепый и Непобедимый, Благородный и Благообразный, Законнорожденный и Право Имеющий, Истребитель Драконов Ульрих фон Тотенкопф де Лакруа Тридцать четвёртый, — подавно!

— Ой! — неожиданно обрадовался Дракон, — Так Вы таки за мной? Пойдёмте же скорее, пока ОН не проснулся?

— Кто? — опешил Ульрих? — И зачем мы куда-то пойдём?

— Дракон! — свистящим шёпотом прошипел ящер. — Он — это Дракон! А Вы за принцессой приехали? Ну так вот принцесса — это я!

— КТО ПОСМЕЛ ПОКУСИТЬСЯ НА МОЮ ДОБЫЧУ?! — донеслось из логова, и наружу выскочила благообразного вида девица лет восемнадцати, в очках и довольно коротеньком платьице. — Кто смеет претендовать на мою принцессу?

— Дракон проснулся! — пискнул Ящер, неубедительно попытавшись упасть в обморок.

— Экхм. Девушка, Вы кто? Принцесса? — осведомился совсем уже ничего не понимающий Ульрих.

— Безумец! — патетически воскликнула девушка. — ослеп ты что ли? Я — Дракон, принцесса — она! — пальчик уткнулся в лежащего, ненатурально постанывающего ящера.

— Нет... — простонал рыцарь. — Истинные рыцари никогда не связываются с шизофрениками. А уж я, Свирепый и Непобедимый, Благородный и Благообразный, Законнорожденный и Право Имеющий, Истребитель Драконов Ульрих фон Тотенкопф де Лакруа Тридцать четвёртый, — подавно!

...

Когда пыль от копыт рыцарского коня осела на тропу, Дракон открыл глаза, перевернулся на брюхо, и меленько захихикал.

— Здорово ты его!

— А то! — гордо ответила девушка. — Истинные Принцессы своих домашних зверюшек в обиду не дают! А уж я, Благородная и Благонравная, Несравненная и Ослепительная, Добронравная и Милосердная Мария де Монсальват фон Бибенштерн — и подавно!