Гарри Поттер и новое дело усатого бельгийца (джен)

Магазин был маленьким и старым. Но различных интересных вещей в нём было много. Продавец, улыбчивый старичок, приветливо встретил Гарри и, выслушав его пожелания, стал демонстрировать свой товар.

Гарри Поттер зашёл сюда не просто так. Совсем скоро из больницы — после лечения от проклятия Долохова — должна была выйти Гермиона. И юноша решил сделать ей подарок. Но никак не мог придумать, что ей преподнести. Ведь не очередные книги! Вот он и покинул дом на площади Гриммо, в который переехал после пятого курса. Удивительное дело, но Дамблдор возражать ему и не думал. Лишь оставил нескольких членов Ордена приглядывать за штабом.

В подарок любимой подруге Гарри выбрал красивый, хотя и несколько старый браслет-оберег. По уверениям продавца, он был способен защитить от любого заклятия, за исключением трёх непростительных, а также от сглаза, вызывающего простуду.

Немного поразмыслив, Поттер решил купить ещё что-нибудь, так как браслет показался ему слишком мелким. Так что, с разрешения хозяина и в его сопровождении, он стал ходить по магазину.

Увы, ничего достойного не попадалось. Но, чтобы не обидеть хозяина, юноша обошёл заведение целиком.

* * *

Из этого небольшого похода парень вернулся на Гриммо также с парой сквозных зеркал, кольцами с чарами отвлечения внимания и небольшим — в среднюю книгу — портретом. Его он заметил на выходе из магазина и остановился, придирчиво рассматривая.

На холсте в резной раме из тёмного дерева был изображён улыбающийся мужчина среднего роста и плотного телосложения. Над растянутыми в приветливой улыбке губами вились аккуратные, напомаженные и закрученные вверх чёрные усы. Похожую на яйцо голову прикрывала аккуратная серая шляпа. Сам неизвестный был облачён во фрак и брюки старомодного покроя. Мужчина сидел в кресле, сжимая руками в перчатках длинную красивую трость. Художник старательно вырисовывал каждую деталь этого волшебного портрета. Волшебного в буквальном смысле: Гарри на третьем курсе, маясь от скуки, пока его друзья гуляли в Хогсмиде, прочёл книгу о волшебном изобразительном искусстве и знал, что все создаваемые магами портреты живые. Потому он решил, что на полотне из магазинчика изображён некий великий маг, совершивший нечто грандиозное, встрече с которым его подруга будет рада ещё больше, чем браслету или кольцу. Хотя конкретно этот портрет ещё не был активирован; чтобы он по-настоящему ожил, требовалась самая малость — коснуться волшебной палочкой и пропустить через него немножко магии. Пока же портрет оставался неподвижен.

Потому, желая поскорее узнать о личности загадочного мага, Гарри отложил украшения и принялся размещать портрет на стене. Помогал ему в этом Кикимер, домовой эльф Блэков. Давать спятившему родичу Добби молоток и гвоздь Поттер поостерёгся, поэтому доверил тому лишь повесить на выбранное место картину, а после отослал прочь.

Дождавшись, пока ворчливый домовик исчезнет, юный волшебник подошёл к портрету, направил на него палочку и произнёс заклинание активации.

Около десяти секунд ничего не происходило. Потом нарисованный человек моргнул, переступил чуть неуклюже с ноги на ногу, огляделся. Заметив Гарри, он снял шляпу и кивнул.

— Здравствуйте, молодой человек. Благодарю за освобождение! Смотреть в одну точку два десятка лет — крайне утомительное и скучное занятие. Как ваше имя?

— Гарри, сэр. Гарри Поттер.

— А я — Эркюль Пуаро.