Кассиопея (гет)

Гостиная Когтеврана всегда была для Кассиопеи Блэк убежищем от штормов, которые бушевали в её собственной семье. Здесь, среди шелеста страниц и тихого шёпота звёзд за окном башни, она могла быть просто Касси — блестящей ученицей, чья магия была столь же острой, как и её ум. Но за пределами башни реальность больно жалила.

Её первый год в Хогвартсе был триумфом, но когда Сириус поступил на Гриффиндор, мир Блэков треснул. Кассиопея помнила крики матери, Вальбурги, которые, казалось, до сих пор эхом отдавались в её голове. Сириус стал «осквернителем крови» в их глазах, а для него самого Кассиопея превратилась в часть того самого режима, который он так презирал. Его холодные взгляды в Большом зале ранили её сильнее, чем любое проклятие.

— Опять думаешь о них? — Роксана Малфой присела рядом, изящно поправляя идеальную причёску. — Брось, Касси. Сириус сам выбрал свой путь. А Регулус... он просто напуган.

— Они мои братья, Роксана, — тихо ответила Кассиопея, закрывая книгу по высшей трансфигурации. — Я чувствую, как мы отдаляемся друг от друга, словно планеты, сходящие с орбит.

Вечером, прогуливаясь у Чёрного озера, она столкнулась с братьями Пруэттами. Фабиан и Гидеон всегда были воплощением хаоса и веселья, полной противоположностью мрачному величию площади Гриммо.

— Эй, Снежная Королева Когтеврана! — воскликнул Фабиан, его рыжие волосы ярко выделялись на фоне сумерек. — Почему такой грустный вид? Мы как раз собирались проверить, правда ли, что гигантский кальмар любит лимонные дольки.

Кассиопея невольно улыбнулась. Рядом с Фабианом тяжесть её фамилии словно становилась легче. Его искренность и теплота были тем, чего ей так не хватало дома. Но она знала, что Пруэтты — активные противники идей, которые сейчас активно продвигал некий Том Реддл, собиравший вокруг себя чистокровных волшебников.

— Фабиан, осторожнее! — мягко сказала она. — Мир становится опасным. Мои друзья... Рудольфус и другие... они говорят о вещах, которые тебе не понравятся!

— Именно поэтому мы должны смеяться, пока можем! — Фабиан подошёл ближе, и его голос стал серьёзным. — Касси, ты не обязана выбирать сторону только из-за фамилии. Ты — это ты!

Она посмотрела на замок, где в окнах Гриффиндора горел свет — там был Сириус, который её ненавидел. В подземельях Слизерина скрывался Регулус, который её избегал. А перед ней стоял человек, который видел в ней не «чистокровную наследницу», а просто девушку, любящую звёзды. Гражданская война дышала им в спину, и Кассиопея понимала: скоро ей придётся стать мостом между этими мирами или сгореть вместе с ними.