Амритов след (джен)

Драко не боялся человека, рассевшегося в кресле в его доме. Он этого человека ненавидел!

Пускай у него было другое лицо, но волшебная палочка, напоминающая обглоданную кость с вырванным суставом, не оставляла сомнений в личности человека.

— Чем обязан, мистер… — Драко был уверен, как и нему обращаться.

— Гимсон, — спокойно ответил человек и пристально посмотрел на Драко.

Да, это взгляд. Все ещё тот самый Тёмный Лорд во всей своей красе! Причем в красе далеко не фигуральной. Лет сорок, глаза коньячного цвета, выпуклые обветренные губы, льняные, аккуратно подстриженные волосы — не красавец, но вполне симпатичный. Да уж, помотало знаменитого Волдеморта знатно.

Драко прочистил горло:

— Если… мистер Гимсон пришел уведомить всех о своем существовании через меня или мою семью, ничем помочь не могу.

— Нет. Меня интересует Гарриет Поттер. — Голос Лорда звучал не так панихидно, как Драко привык, магнетически, медово.

— Нет. — Тот нахмурился. — Я вам ничего не скажу.

— Почему?

Драко уже начинал уставать от этого человека, если его еще можно так называть:

— Никто из Малфоев вам ничего не должен. Выметайтесь.

— Драко…

— Не зовите меня по имени! — Он сорвался на крик. — От вас проблем больше, чем от всех рейдов авроров вместе взятых! После ваших выходок, несколько лет оттирали дом, пока он не перестал вонять змеями! — Драко понимал: находящийся с ним в одной комнате человек мог легко убить его — но уже было все равно. Боль и обида, копившиеся многие годы, вырвались наружу. — Выметайтесь! Пока я не вызвал авроров! Мне, конечно, тоже достанется, но как-нибудь отмоюсь, а вот вам!.. — Драко уже прямо тыкал в самого Темного лорда пальцем. — И если вы сделаете Поттер хоть что-то, я вас лично хоть из-под земли достану!

Его била крупная дрожь. В руке уже давным-давно лежала верная палочка. Драко не сомневался, если этот человек хоть дернется, он сразу проклянет.

Волдеморт, на удивление, не стал ничего делать. Посидел, подумал. Потом медленно встал, направился к двери, и лишь посреди выхода застыл:

— Забыл сказать, Поттер пропала. Меня обязали ее найти.

Послышались удаляющиеся шаги, тихо, самостоятельно, захлопнулась дверь — Темный лорд просто ушел.

Драко прислонился спиной к дивану, медленно сполз на пол, ноги его не держали — этот человек просто ушел. Ушел! Самое страшное существо, которым Драко пугали с самого детства, весь окружающий мир, которое так не вовремя воскрес, которое уничтожило юность Драко, опорочило его дом — просто ушло? Тихо, без криков, света непростительных, даже не хлопнув дверью? Драко видимо еще совсем не знал жизни. В свои почти двадцать семь.

Девять лет прошло с той ужасающей войны. Со смерти этого человека, который сейчас предстал перед Драко. Он не был к этому готов. Не хотел. Да никто не мог быть готов! Разве что Гарриет. Но по словам самого Лорда, Гарриет… Нет, этого не может быть. Она не могла пропасть, Волдеморт не мог ее искать!

Драко вспомнил про кабинет. Пробежал несколько этажей старого замка даже не заметив. Распахнул двери. Уши, филин с несколькими белыми перьями в крыльях, недовольно ухнула. Драко подошел к письменно столу, одним движением скинул все, что мешало, начертал послание, сунул Уши записку с именем Гарриет прямо в клюв. Филин, которая должна была, тут же раскрыть крылья, сидела неподвижно.

Драко взмолился:

— Уши! — и с отчаянием наблюдал, как филин роняет послание и недовольно ухает, отворачивается.

Не нашла. Уши могла найти Гарриет где угодно! Даже в Азкабане! Она не может быть мертва!

У Драко оставался только один вариант. Он помчался в хозяйское крыло. К жене. Астория сидела в широком кресле, лениво почитывая газету. Ее изящные пальцы цеплялись за бумагу, серо-синие глаза — за мелкие буквы.

Драко даже не пытался отдышаться:

— Тори, ты не могла бы наведаться к тетушке Меде?

Она посмотрела не него исподлобья и апатично протянула:

— Кто приходил?

— Том Риддл.

Ее глаза прожигали:

— Ты спятил?

— Нет, — Драко оправдывался. — Это был он и никто другой! Этот мордредов псих!

— И что, этот «псих» попросил услугу у твоей тетушки? — Ее издевка была очевидна.

— Письмо Гаррет не отправляется.

Глаза Астории округлились от шока:

— С вот этого надо начинать! — Она швырнула газету на столик. — Как не отправляется?! Уши вернулась обратно? Или не полетела?

— Не полетела. — От нервов Драко захныкал. — Тори, дорогая…

— Замолчи! — Она поднялась с кресла. — Где мое платье?! Цати!

Домовушка немедленно положила перед ней на стол оранжево-черное шелковое платье с цветочным узором. Астория быстро оделась и расчесалась.

— Что Волдеморт говорил?

Драко вздохнул с облегчением:

— Поинтересовался Гарриет, сказал, что она пропала и его обязали ее найти.

— Что-то еще?

— Нет. Я… — Драко боялся говорить, заметив колючий взгляд жены.

— Устроил истерику и выгнал его? Темного лорда? Что ж, я тебя поздравляю. Теперь ищи его — не сыщешь. — Она заколола волосы в густой пучок. — Я к Андромеде. А ты, сиди здесь и не дергайся. Или свяжись с оставшимися, вдруг что-то знают.

Драко расплылся в благодарной улыбке:

— Тори… — Как же он любил свою жену, несмотря на тяжелый характер.

— Будешь должен!

Она вышла из комнаты и быстро направилась к камину.

Драко молился, чтобы его тетушка Андромеда что-то да знала. С ней Гарриет проводила много времени. Точнее с ее внуком Эдвардом, который приходился Гарриет крестником. Дурацкая маггловская традиция помогала ей не терять связь с обществом.

Война сильно ударила по всем. Особенно по тем, кто находился на передовой. Не важно с какой стороны. Пока Драко мучился под надзором сумасшедший близнецов Кэрроу, Гарриет с Грейнджер и шестым Уизли бегали по всей Британии по поручению сумасшедшего деда от еще более сумасшедшего фаната змей. Потом были тяжелые сражения, полуразрушенный Хогвартс, последняя дуэль с Тем-Кого-Нельзя-Называть и не менее ужасное восстановление.

Драко все еще хранил у себя в кабинете ту самую газету, где освещалось, как Национальным героям магической Британии: уставшим, измотанным, с огромными синяками под глазами — выдавали ордена Мерлина. Жуткое зрелище.

После судьба развела кавалеров I степени: Грейнджер решила вернуться в Хогвартс доучиться; шестой Уизли пошел по рекомендации в Академию авроров; Гарриет Поттер — пропала на целых полгода, чтобы потом предстать перед судом в качестве обвинителя или защитника тех или иных людей, бывших или приписанных к Пожирателям.

Одними из них были Драко с семьей. Он тоже не смог закончить Хогвартс, был оправдан, подвергался бесконечным обыскам авроров последующие лет семь. Правда, именно с последним было полегче, чем у других «выкрутившихся» — обыски его дома монополизировала сама Гарриет.

На самом деле, она ничего не требовала. Ничего не искала. Просто заваливалась к ним на диван и спала пять часов кряду. Или облюбовывала местечко в библиотеке, которое до сих пор осталось только для нее. А для протоколов мама и папа Драко отдавали Гарриет какой-нибудь бесполезный артефакт или старый том, который уже не спасти. Она лениво заносила «изъятую» вещь в длинную, никому не нужную бумагу и исчезала до следующего «обыска».

Драко долго этого не понимал, потешался над ней: «Поттер-то, Поттер-сё, не можешь выполнять свои обязанности?» — а она лишь смотрела на него своими огромными ярко-зелеными глазищами, словно на умалишенного.

То, что Астория, шесть лет назад начавшая жить в доме Малфоев сначала на правах невесты, а потом жены Драко, и Гаррет спелись, стало для него неожиданностью. И когда в он проигрывал в очередном споре, то бросил с горяча: «Поттер — герой! Она ничего не делает!» — ответ от Астории ударил по самому больному: «Именно поэтому она перерыла все гримуары по Темным искусствам в этом доме!»

Никто не интересовался Темной магией так, как Малфои. Это было что-то на уровне инстинктов, совершенно не рационально. Это приносило кучу проблем, особенно при настоящих обысках — но чтобы ей интересовалась «самая светлая» на тот момент ведьма Британии уже нонсенс! Поэтому Драко стал к Гарриет присматриваться.

Заметил неприятную молчаливость и нервозность. Увидел бледную худобу, переломанные пальцы, разбитые вдребезги очки — но спрашивать побоялся. Понатащил в ее библиотечный угол пледов и одеял. Позже через Асторию узнал про Эдварда Люпина, крестника Гарриет. Ради приличия стал дарить подарки ему и его бабушке, тетке самого Драко, тем самым поправив практически уничтоженные отношения между остатками семьи Блэк.

Мальчик Драко нравился: шебутной, когда любопытствовал, спокойный во всем остальной. Безмерно любящий свою крестную мать и задающий неудобные вопросы: где его родители? Почему Гарри нельзя называть мамой? Зачем Драко прячется от общества?

Постепенно отвечая на них все в доме потихоньку сблизились: Драко с Асторией, с отцом, матерью, со скверной теткой, с Гарриет (которую Драко разрешил себе без посторонних называть по имени) — последние оставляли Эдварда в доме Малфоев, если были сильно заняты.

У Андромеды такое случалось не часто, все-таки возраст и элементарная лень куда-то ходить. А вот Гарриет где-то пропадала постоянно. Иногда даже подолгу.

Однажды Драко попал с этим впросак: послал письмо с вопросом, что подарить Эдварду на пятилетие, ведь у мальчика было все, начиная от метлы, заканчивая личной совой. Ответ пришел. Вместе со штрафом за отправку писем в Азкабан.

Так все узнали, что Гарриет де-юре — штабной аврор, де-факто — оперативник Исполнителей. Все вопросы про шрамы, усталость и шутки о пяти часах выходных в неделю сразу отпали. В Отделе Исполнителей хорошо если у работников хоть час в месяц на себя имелся.

Когда два года назад прекратились обыски Гарриет не перестала захаживать, но только из-за Эдварда. Читательский билет в библиотеку Малфоев она закрыла еще за год до этого. Зато стали замечать там мальчика, с серьезным лицом запоминающего старые манускрипты неясной, даже для Драко, тематики. Эдвард всегда тушевался от чужого присутствия, с громким хлопком закрывал фолианты, быстро ставил их на место, а на закономерный вопрос, зачем ему все это, лишь что-то неразборчиво бурчал или просто игнорировал. Лишь однажды выдав, что это для Гарриет.

Так все поняли, что она рассказывает крестнику куда больше, чем могли предположить, и что он умеет хранить секреты. Отличные качества! Вот только иногда играющие и против них. Драко надеялся, что сейчас ровно такой случай.

Что Гарриет не пропала, а просто чем-то занята. И Эдвард, остававшийся всегда спокойным даже в случае ее самых неожиданных и долгих отсутствий, что-то да расскажет.

Драко вздрогнул от звука каблуков. Астория ворвалась в комнату:

— Ты все еще здесь? Письма написал?

— Когда? Я еще даже не успел к кабинету подобраться! — Жена вернулась фантастически быстро.

Астория помотала головой и устало упала на софу:

— Андромеда ничего не знает. Эдвард — разревелся.

Драко был удивлен:

— Разревелся? Он?

— Да. Все, что мы смогли выцепить из его воя: Гарриет планировала ненадолго заскочить в Лютый.

Драко взметнул брови. В его голове до сих пор никак не соединялись школьная хулиганка, задерганная взрослой жизнью женщина и тюремщик Азкабана, травящий байки Пожирателя Долохова.

— Я пишу знакомым. — Кажется, простая пропажа принимала крутой оборот.

— Пиши, да только побыстрее.