Гарри Поттер и острые козырьки (джен)

Бирмингем 1919 года не был местом для детей. Воздух здесь был пропитан угольной пылью, гарью и запахом дешёвого виски. Томас Шелби, человек с глазами цвета холодного свинца, только что вернулся с войны, но война не покинула его. Он слышал стук лопат в туннелях даже в полной тишине своего кабинета.

В тот вечер Артур, старший брат, ворвался в паб «Гаррисон» с необычным свёртком. Он выглядел растерянным, что случалось редко.

— Томми, это нашли у ворот склада. Какой-то шутник оставил его прямо на холодных камнях! — прохрипел Артур, протягивая брату корзину.

В ней, укутанный в дорогое, но потрёпанное одеяло, лежал мальчик. Ему было около пятнадцати месяцев. Он не плакал, а лишь внимательно смотрел на Томаса своими ярко-зелёными глазами.

Томас Шелби медленно затянулся сигаретой. Он знал, что Дурсли — те самые родственники из Суррея, о которых гласила записка, приколотая к одеялу, — просто выбросили ребёнка, как ненужный хлам, испугавшись «странностей», которые его окружали. Они привезли его сюда, в город дыма, надеясь, что он исчезнет в трущобах.

— Его зовут Гарри! — тихо произнёс Томас, прочитав имя на записке.

Он протянул руку, и маленький Гарри внезапно схватил его за палец. В этот момент что-то внутри Томаса, что казалось навсегда похороненным под землёй Франции, дрогнуло. Холодный расчёт лидера «Острых козырьков» столкнулся с чем-то забытым — с человеческим теплом.

Джон и Финн подошли ближе.

— Мы не можем оставить его, Томми. У нас война с полицией, у нас дела с букмекерами! — заметил Джон, поправляя кепку с вшитыми лезвиями. Но Томас уже принял решение. Он поднял ребёнка на руки, и мальчик прижался к его тяжёлому пальто.

— Он остаётся! — отрезал Томас. — Он будет Шелби. И если кто-то из Лондона или этих проклятых магических мест, о которых бредила записка, придёт за ним — они узнают, что такое гнев Острых козырьков!

В ту ночь Альбус Дамблдор в своём кабинете в Хогвартсе с удивлением обнаружил, что серебряные приборы, следящие за безопасностью Гарри Поттера, начали вращаться в обратную сторону, а затем и вовсе затихли. Мальчик исчез с радаров волшебного мира, попав в мир, где магия измерялась не палочками, а верностью семье и остротой лезвия.