С первого взгляда (гет)

Вечером в квартире семьи Узуй, на 17 этаже одного из токийских небоскрёбов, царил хаос. Если быть точным, то только в комнате Тенгена. Повсюду были разбросаны его вещи. Даже куртки, вываленные из шкафа, отдельной стопкой лежали на полу. Тенген с важным видом стоял у большого зеркала и поочерёдно прикладывал к груди рубашки. В дверь постучали, а затем раздался голос Каге — младшей в семье Узуй:

— Тенген, я вхожу, — она протиснулась в комнату прикрыв глаза ладонью. — Надеюсь, ты в трусах?

Тенген фыркнул и, не оборачиваясь, швырнул рубашку на кровать в кучу одежды.

— Вообще-то я в процессе создания образа, — он схватил лежавшую на столе синюю рубашку со стразами на спине и начал осматривать её. — Но для тебя — да, в трусах.

Каге убрала руку и посмотрела на то, как Тенген пристально смотрит на несчастный кусок шёлковой ткани. Девушка прислонилась к стене и скрестила руки.

— Ты в клуб собираешь или на свидание?

— На работу, Каге, на работу, — он вздохнул, кинув и эту рубашку в завал. — А ты чего не суетишься, коллега по цеху?

Каге нахмурилась.

— Моя форма давно поглажена и спокойно висит в шкафу, — ответила она. — Вообще-то у преподавателей тоже форма, — заметила она. — Или ты думал, что будешь читать лекции в безрукавках и светить своими бицепсами, как в прошлом году?

Тенген замер. Затем медленно повернул голову к ней.

— Сестрёнка, спасибо, — он потянулся к спинке компьютерного кресла за футболкой.

Каге хмыкнула.

— А за что, собственно?

— За то, что про форму напомнила, — ответил он, уже натягивая домашние треники. — Точно, я же теперь почти препод, а не стеснительный аспирантишка. Ещё чуть-чуть, и моя голова начала бы разваливаться на части от мысли «что надеть».

— Не благодари, — она пожала плечами и развернулась к выходу. — Только про стеснение мимо. Это не про тебя.

— Каге, — почти в дверях остановил её Тенген. Она обернулась. — Поздравляю! Ты теперь студентка третьекурсница факультета журналистики, а я — твой вредный препод, который будет спрашивать тебя каждый семинар и ставить двойки, даже за правильные ответы.

Каге цыкнула.

— Тогда я снова переведусь на исторический, и больше не поведусь на то, как ты нахваливаешь свой факультет.

— Сестрёнка, — Тенген закрыл глаза и положил руку на сердце. — Ты же сама этого хотела. Помню твои рассказы о том, как скучно на истфаке, и какие все там умные зануды. Обещаю, ты не пожалеешь. На журфаке своеобразный народ. Творческие люди... — Тенген покрутил пальцем у виска. — ...они же все с ебанцой.

Каге залилась смехом, прикрыв рот ладошкой.

— Верю. Потому что знаю одну творческую личность, — ответила она, кивнув в сторону Тенгена.

Сделав серьёзное лицо, Узуй поднял указательный палец вверх.

— Но умные. Чего только один Ренгоку Кёджиро стоит, — продолжил он. — Вечно ходит с таким лицом, будто он профессор со стажем в тридцать лет! Всё носится со своей этикой. Правильный слишком. — Тенген фыркнул. Секунду помолчав, с улыбкой добавил: — Но он солнышко нашего факультета! Пламенный мотор по основам журналистики!

— Звучит утомительно, — криво улыбнулась Каге.

— Почему? — смутился Тенген. — Кёджиро — потрясающий мужик. Честный, умный, прямолинейный до идиотизма. Но, верно, немного утомительный. Зато у него громкий и заразительный смех.

Каге закатила глаза и повернулась к двери. Но остановилась, вспомнив одну важную деталь.

— Тенген, — она повернулась к нему.

—Ммм? — он вопросительно посмотрел на неё.

— Мы должны установить правила.

Узуй, словно в испуге, прикрыл рот рукой и округлил глаза.

— Правила? Каге, ты же знаешь, что у Узуев аллергия на это слово!

— У меня аллергия только на твои выходки. Слушай внимательно. — Она подошла к нему и ткнула пальцем ему в грудь. — В университете ты меня не знаешь. Мы — однофамильцы. Случайное совпадение. Ты — Узуй Тенген, эпатажный молодой препод, который одевается как сорока на кокаине. А я...

— Обидно, но метко, — Тенген перебил сестру, состроив гримасу.

— ...а я — Узуй Каге, скромная и талантливая третьекурсница, которая желает рассказывать об истории, ведя свою программу по телеку или видеоблог, на худой конец. И которая никому не рассказывает о своём позорном родстве с тобой.

Тенген расхохотался и рухнул на кровать в гору своей одежды.

— Позорном?! Каге, да я легенда журфака! Меня цитируют! Мои лекции посещают даже студенты с других факультетов!

— Тенген, — голос Каге стал опасным. Тенген перестал смеяться и посмотрел на сестру. — ты обещаешь мне, что не расскажешь никому о том, что я твоя сестра?

— Клянусь! — он прижал руку к груди, туда, где на футболке, подаренной Каге, красовалась надпись «СЛИШКОМ ЯРОК ДЛЯ ТЕБЯ». — Даю слово Узуя!

— Я серьезно, Тенген. Я хочу, чтобы меня воспринимали как личность. Как Каге. А не как «младшую сестру Тенгена Узуя, того самого, который...»

— ...гений, икона стиля, покоритель сердец...

Каге закатила глаза.

— С меня хватит, — она вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Иди, иди, — хитро улыбнулся Узуй, глядя на закрытую дверь. — Думай о телевидении, о видеоблоге. Так-то у меня совсем другие планы на тебя. И на правильного Ренгоку.