Маскарад. Последние ночи (джен)

— Агата? Эй, Гасси, с тобой все в порядке?

«Сейчас с тобой будет не в порядке. Особенно после того, как ты употребил подобное сокращение», — промелькнуло в голове Агаты Уокер, когда мысли начали более-менее фокусироваться. Голову снова пронзила боль, как будто кто-то стучал по ней отбойным молотком. Чувствуя накатывающую слабость, девушка пробурчала что-то маловразумительное и упала головой на стол. Доносившиеся до нее звуки звучали глухо и неразборчиво, хотелось лишь отключиться. Чьи-то руки поднимали ее, но она не обращала на это внимания.

— Черт побери, да она не спала! Она сознание теряет! — закричала Саманта, удерживая подругу с помощью одногруппников.

Агата Уокер и Саманта Келли. На первый взгляд, тяжело было найти более разных людей, тем более тех, кто продолжал дружить спустя много лет. Саманта, милая афроамериканка, все пытающаяся осветлить волосы, чаще всего выступала в роли миротворца. А вот темноволосая Агата казалась полной противоположностью. Если карие глаза Саманты излучали тепло и заботу, то голубые глаза мисс Уокер могли насверлить с десяток дыр или просто смотреть в зависимости от ее настроения. Саманта любила решать все миром, а Агата за словом в карман не лезла, порой не гнушаясь пустить в ход кулаки, если дело доходило до драки. Но, как правило, серьезного характера это не носило. Наблюдая за этим тандемом, взрослые гадали, как скоро подруги перестанут быть таковыми. А они не только не перестали, их дружба со временем стала еще крепче.

Проживая вместе с родителями Джорджем и Шелли, и старшим братом Рафаэлем, Агата все чаще стала замечать разницу между ними. Рафаэль все больше становился похожим на мать, становясь более капризным и душным, любителем понудить, которого не каждый выдержит. Младшая же сестра день за днем подтверждала слова «папина дочка». Поначалу Джордж Уокер ворчал, что некоторые занятия не для девочек, но все-таки смирился. Как только девочке исполнилось двенадцать, она все чаще пропадала в гараже с отцом, наблюдая за всем, что он делает. Шелли Уокер с неодобрением качала головой, на что супруг возразил, что не гонять же ему ребенка, которому все интересно. На этой почве между ними возникали ссоры, поскольку мать явно ждала от дочери другого поведения. Неудивительно, что пропасть между ними только росла ввиду отсутствия точек соприкосновения. От отца девушка узнала, что и имя-то ей выбрали с большим трудом, потому что мама ждала сына, а родилась дочь. Если бы не еще один такой же новоявленный папаша, читавший книгу в ожидании приглашения, то выбор бы затянулся надолго. Джордж прочитал имя автора книги и тут же сказал, что первое имя девочки будет Агата, а второе Кристина в честь известной писательницы.

Будучи сотрудником полиции, начиная с простого офицера и дослужившись до капитана, Джордж стремился к порядку не только в городе, но и в семье. Увы, если с карьерой все сложилось, то дома обстановка становилась все хуже и хуже. Супруга все чаще ругалась с младшей дочерью, Агата бежала со слезами к отцу, тот пытался поговорить с женой. Все затихало, но ненадолго.

Прямиком в четырнадцатый день рождения Агаты Шелли поставила вопрос ребром, как семья будет жить дальше. В ответ Джордж парировал, чтобы жена не портила праздник своей дочери. Мол, она и так во всем покрывала сына, сделав из него половую тряпку. И раз так, то он лично займется дочерью, чтобы та не выросла слюнтяйкой. К сожалению, разногласия между супругами достигли своего пика, и они развелись. Девушку спросили ввиду возраста, с кем она хочет жить, и Агата твердо ответила, что останется жить с папой. Несмотря на то, что она любила маму, ее точки зрения не были близки для младшей Уокер. Как она ни пыталась объяснить родительнице, что ей куда интереснее учиться водить авто и заниматься самообороной, нежели вышивать, Шелли ничего не хотела слушать. После суда женщина прямо заявила дочери, что пусть папочка и решает все проблемы, раз дочка так его любит. Первое время они все равно общались, но со временем все контакты сошли на нет как с матерью, так и с братом. Но Агата не горевала, потому что отец и бабушка любили ее за всех, не позволяя чувствовать себя одинокой.

Примерно через год после развода Джордж привел дочь с собой в тир и вложил в руки первое в жизни оружие. Он учил правильно держать, заряжать и разряжать, внимательно следил, как Агата целится и все ли правильно делает. Агата порой спрашивала, зачем это все нужно, но отец неизменно отвечал, что попозже дочка обязательно поймет. Видя, что ничего другого она не добьется, девушка пожимала плечами и продолжала тренироваться под надзором родителя. Зато дома он заваливал ее вкусностями, они ходили вместе в походы на каникулах, иногда брали с собой Саманту, чтобы Агата не скучала в одиночку. Другими словами, Уокер честно отвечала, что она растет в полной семье, что ее любят и уважают.

К сожалению, вместе с радостью приходила и грусть. Когда Агате исполнилось восемнадцать, ушла ее бабушка, чьи пирожки и печенье вросли глубоко в душу и сердце. Не успела та похоронить ее, как во время срочного выезда был убит и папа. Агата, услышав новость из участка, сползла по стене и закрыла глаза — только попрощалась с одним близким человеком и свыклась с уходом, как сразу не стало другого. Единственное, на что хватило сил — позвонить Саманте и попросить помощи. Лучшая подруга примчалась сразу же вместе со своей матерью. Вдвоем они усадили Агату на стул и уговорили выпить воды, чтобы немного привести в чувство. Зная, что к Шелли обращаться бесполезно, а искать Рафаэля тем более, миссис Келли взяла дело в свои руки. Агату поддержали и соседи, с которыми Джордж был дружен. После вторых похорон Агата тихо благодарила всех за помощь, на что Саманта отмахивалась и говорила, что друзья нужны как раз для этого. Что бы ни случилось, они всегда будут вместе.

Время шло, однако Рафаэль и Шелли никак не среагировали на смерть отца и бывшего мужа. Постепенно Агата оживилась и устроилась на небольшую подработку официанткой в кафе. Позже она уволилась и поступила в местный колледж, поскольку желаемая полицейская академия требовала наличия высшего образования. На все вопросы Уокер качала головой и отвечала, что вопрос решенный, она пойдет по стопам отца. Насчет финансов не было никаких волнений, Джордж оставил ей в наследство квартиру и приличную сумму денег. И тут Саманта не осталась в стороне. После долгих споров с семьей она точно же так же устроилась подрабатывать и поступила в тот же колледж, что и Агата.

«Чтобы мы и тут были вместе!», — заявляла мисс Келли.

Более-менее придя в себя, Агата проморгалась и увидела, что ей практически в лицо суют носовой платок. Приняв его и терпя не слишком приятные ощущения, она зажала нос и просидела так какое-то время. Кто-то предложил воды, потом отвезти в больницу, но Агата отмахнулась свободной рукой. Несмотря на то, что она высыпалась, ей не давал покоя один и тот же сон. В нем девушка шла по темному лесу, потом переходила на бег и выбегала на открытую поляну, где ее встречал белый монстроподобный волк колоссальных размеров. Агата пыталась убежать, но ее снова и снова бросало назад, а волк приближался и приближался. Когда она встречалась с ним взглядом, то удивлялась, что глаза чудовища куда больше походят на человеческие. Как раз в тот момент она просыпалась в холодном поту и с гудящей головой.

Отняв платок от лица, Агата вернула его хозяину и попыталась встать, однако тело упрямо не желало слушаться. Опираясь на шаткий стол, Уокер подняла голову и встретилась взглядом с профессором, который вел злосчастный семинар. Он не пожелал слушать возражения и твердо заявил, что студентка должна отправиться домой и, если станет хуже, вызвать «скорую».

— Мисс Уокер, это не впервые, как я понял, — в голосе Ингвара Йохансена звучали как волнение, так и легкий упрек, что кто-то не следит за собой. — Вынужден настаивать, чтобы вы обратились за медицинской помощью.

— Профессор, это быстро проходит, — Агате наконец-то получилось взять себя в руки и выпрямиться.

— А потом это быстро заканчивается на столе патологоанатома, — Йохансен вздохнул и, открыв кожаный портфель, достал плитку молочного шоколада.

— Я прослежу за ней, — пообещала Саманта, поддерживая Уокер под локоть.

— Будьте добры, — кивнул старичок, вкладывая шоколад в руки Агаты. — Мисс Уокер, со здоровьем шутки плохи, — он поднял палец вверх, что вызвало у нее улыбку. — От возраста это не зависит. Мисс Келли, я вас отпускаю, проводите подругу.

Оказавшись в коридоре, Агата прислонилась к стене, глубоко вдохнула и выдохнула. Боль понемногу отступала, а переполох только раздражал.

— Не обижайся, но я тебя слишком хорошо знаю, — с укоризной произнесла Саманта, даже не думая ее отпускать. — Ты упрямая как горный козел.

— Я выспалась, просто сон дебильный приснился. Подумаешь, голова закружилась.

— Сон тоже может вызвать разное… — продолжая говорить, Келли осторожно вела Агату сначала к лифту, потом к выходу из здания. — Присядь, — она усадила ее на каменные ступеньки. — Я сейчас схожу и куплю воды.

— Сэ-э-эм, — Агата подняла голову и усмехнулась. — Если тебе жизнь не дорога, то иди, конечно.

— Каждый раз одно и то же, — Саманта опустилась рядом, и Агата все же позволила приобнять себя за плечи. — Ты никому не позволяешь поддержать тебя, Агата. Нет необходимости быть чересчур сильной, когда рядом есть мы.

— Ты же помнишь, я привыкла обходиться сама, — улыбнулась Уокер. — Голова почти не кружится, Сэм, не волнуйся так.

— Сегодня же пришлю маму, — заявила Саманта, глядя той в глаза. — Надеюсь, врача ты не выгонишь? Кстати…

— Началось… — Агата картинно закатила глаза. — Такими темпами…

— …ты всех парней вокруг себя распугаешь, — одновременно с ней закончила мисс Келли. — Серьезно, на нашем курсе, да и в других группах учатся интересные ребята. Несмотря на свой волчий нрав, ты многим нравишься.

— Какой-какой нрав? — вопрос от лучшей подруги сильно удивил.

— Волчий. Порой бывает ощущение, что ты вот-вот накинешься, словно дикий зверь.

— Если бы мне не было так паршиво, я бы сказала, куда кому пойти, — покряхтывая, Агата медленно встала.

Саманта хотела ответить еще что-то, и в тот же момент Агата покачнулась, едва не улетев со ступенек головой вниз, благо ее подхватили крепкие руки. Собравшись, Агата подняла голову и встретилась взглядом с незнакомым молодым мужчиной. Несмотря на то, что на дворе был апрель, поверх чистого костюма он надел странный темный кожаный плащ, который вообще не подходил к образу делового человека. Волосы цвета воронова крыла были слегка растрепаны, однако на это девушка не обратила внимания. Сама не зная, по какой причине, но она засмотрелась на его глаза. Мужчина смотрел на нее несколько встревоженно, будто бы боялся раздавить, и в то же самое время казалось, что за этим взглядом стояло что-то еще. С трудом прервав зрительный контакт, Агата пробормотала, что она в порядке.

— Осторожнее, — произнес мужчина, убеждаясь, что она не собирается падать носом вниз. — Так и разбиться можно.

— Голова закружилась, — выдохнула Уокер, вновь подняв голову. — Спасибо, что поймали.

— Уверены, что помощь не нужна?

— Вы уже четвертый за последний час, кто мне это говорит, — с губ сорвался легкий смешок.

— Друзья за вас волнуются, — в подтверждение его слов Саманта быстро закивала. — Стоит к ним прислушаться.

Когда мужчина отпустил ее, Агата тихо поблагодарила его, после чего он ушел, пару раз обернувшись.

— Меня ты не слушаешь, зато какого-то… — недовольно прокомментировала Саманта и осеклась. — Или… — ее поразила догадка, — …он тебе понравился, да?

— Иди. В лес. Пожалуйста, — фыркнула Агата, отворачиваясь.

— Подумать только, — видя, что раз подруга шутит, то точно идет на поправку, Саманта захихикала, улыбаясь до ушей. — Не буду спорить, он и правда симпатичный. Причесался бы еще…

На резкое «Кхм!» Саманта хихикнула еще раз и успокоилась. Агата, видя, что сама перегибает палку, извинилась и положила ей руку на плечо. Подруги, постояв так несколько минут, одновременно спросили, куда они пойдут, раз Йохансен отпустил.

— Поехали на ярмарку, — предложила Келли. — Там сейчас спокойно, голова гудеть не будет. Заодно поешь, тебе это сейчас надо.

— Домой не поздно приедем? — Уокер посмотрела на темное небо. — Приспичило же этот семинар поставить именно вечером.

— Не поздно. И потом, разве ты откажешь лучшей подруге в ее день рождения?

Будь ситуация иной, Агата бы нашла способ отмазаться. Однако бросать Саманту в такой день она не собиралась, даже если ей снова станет плохо. Заверив, что она в полном порядке, Агата закинула рюкзак на плечо и поинтересовалась, что они будут делать.

— Для начала мы съедим по корн-догу и выпьем колы, — в животе мгновенно заурчало при упоминании вкусностей. — А потом сходим к мадам Лиотте, давно хотелось.

— Веришь в судьбу? — хихикнула Агата, подойдя к скамейке на автобусной остановке.

— Как и ты, — парировала Саманта, тряхнув кудряшками. — Кто на тех ступеньках стоял и смотрел в кра-а-асивые глаза, м?

— Да, красивые! — не стала та отпираться.

— Ты понятия не имеешь, кто он такой, сколько лет, и все равно засмотрелась, — улыбки и смущение снова украсили девичьи лица. — Серьезно, это странно. На наших ты вообще внимания не обращала, а тут вдруг взяла и призналась.

— Тебе сказала, а не кому-то еще. Потом, наших мы обе слишком хорошо знаем, чтобы рассматривать всерьез.

— И то правда, — вздохнула Келли, вспоминая студенческую вечеринку, на которой сравнила некоторых однокурсников с большими детьми. — Кто знает, может, твой красавчик еще придет к нам. Я ведь его не впервые вижу. То стоит и ждет, пока ты выйдешь, то подходит к кому-то и спрашивает, все ли у тебя в порядке. А помнишь, как мы с тобой шли к тебе домой, чтобы устроить девичник? Ты тогда по сторонам не особо смотрела, а я увидела его неподалеку от автобусной остановки. Ты ему явно нравишься.

— Серьезно? — удивленная Агата повернулась к ней.

— Когда это я над тобой шутила? — ответила Саманта вопросом на вопрос. — Или ты стесняешься? На твоем месте, если бы знала, я давно бы подошла и познакомилась.

В тот момент около остановки затормозил автобус, чему Агата была несказанно рада. Понимая, что не выдержала бы еще партии личных вопросов, она переключилась на оплату проезда и поиск свободного места. Вспоминая о незнакомце, Агата думала о том, что, несмотря на то, что они обменялись всего лишь несколькими репликами, девушка могла поклясться, что за простым взглядом скрывалось что-то еще. Агата не могла объяснить, что именно имеет в виду, и Саманта, видя ее сомнения, не стала докучать расспросами. Однако в голове Уокер поселилось желание понять, что же этот незнакомец хотел от нее. Если он не первый раз приходил к колледжу и интересовался ею, то…

Резкое торможение заставило прийти в себя. Увидев, что автобус затормозил рядом с нужной остановкой, Агата торопливо встала и вышла, пока транспорт не уехал дальше. Глубоко вдохнув и выдохнув, девушка про себя подумала, что ей стоит только пережить встречу с местной гадалкой мадам Лиоттой. Воодушевленная Саманта взяла подругу под локоть и повела за собой, что-то говоря, во что Агата не вслушивалась. Похоже, она этого не замечала, потому что продолжала говорить вплоть до прихода к гадальному салону. Агата умоляюще посмотрела на Саманту, однако не устояла перед изображенным грустным лицом. Видя, что рожица сработала как надо, Келли заверила с улыбкой, что если Агата не хочет, то может просто составить ей компанию. Усмехнувшись, что она все равно не верит в гадания, Уокер согласилась.

Внутри салона Агата осмотрелась, пока Саманта подходила к гадалке и садилась на табурет, поставленный специально для посетителей. Она протягивала руку ладонью вперед, а Агата изучала товары, представленные на прилавке и шкафчиках: хрустальные шары, карты Таро разного вида, книги с описанием разных гаданий, история возникновения. Остановившись рядом с шарами, девушка бросила на них взгляд и с удивлением заметила, что один отличается от предыдущих. Вскоре она поняла, что внутри шара постепенно начинает кружиться имитация снежной метели. Контуры заснеженных деревьев вырисовывались все четче, а из-за них выходил уже знакомый белоснежный волк. Неприятный холодок пополз по позвоночнику, одновременно с этим парализуя ноги. Ощущая, что почти вросла в пол, Агата смотрела, как волк приближается и встает на задние лапы, скаля огромные зубы.

— …слышишь?

— А? Что? — наваждение исчезло сразу же, как только Уокер повернулась на голос. Шар вернулся в исходное состояние, будто бы ничего не было.

— Не хотите попробовать? — поинтересовалась гадалка, тасуя колоду карт.

— Спасибо, но я предпочитаю судьбу, которую создам своими руками, — вежливо отказалась Агата.

— Неплохой вариант, — сказала мадам Лиотта, кивая. — Однако порой бывает куда проще, когда знаешь что-то наперед.

— Не трусь, попробуй.

— Если я соглашусь, ты больше не будешь приставать? — вздохнула девушка, понимая, что иначе Саманта не отстанет. Одновременно с этим она была ей благодарна за то, что голова благодаря этому шевелению кружилась все меньше и меньше.

Саманта энергично закивала. Пожав плечами, Агата подошла к столу хозяйки салона и заняла место на шаткой табуретке. Но мадам Лиотта не стала просить ее протянуть руку ладонью вверх. Вместо этого цыганка ускорила тасование и вдруг с печалью сказала Саманте, что та зря привела с собой подругу. Келли с удивлением взглянула на гадалку, а Агата с недоумением спросила, что все это значит.

— Сколько ни стараться, но от судьбы не уйти. Прости, мертвецам я не гадаю, — прозвучал неожиданный ответ.

— У меня просто закружилась голова, — буркнула Агата, борясь с желанием сказать, что не услышала ничего, кроме чуши.

— Так-то так, — согласилась мадам Лиотта, вынимая из колоды Таро три карты и пододвигая к посетительнице в определенном порядке. — Но умрешь ты именно сегодня.

Не говоря больше ни слова, Агата схватила карты и вышла на улицу быстрым шагом. Прислонившись к стене салона, она какое-то время просто смотрела перед собой. Несмотря на определенный скептицизм, внутри что-то зашевелилось, словно говоря, что так оно и будет. Потеряв отца, Агата дала себе слово, что продолжит его дело и станет полицейским, а впоследствии сможет дослужиться до такого же звания в память о нем. Слова гадалки выбили из колеи, заставили потерять уверенность в себе и защищенность. Как будто она снова вернулась в тот день, когда известие о смерти папы выбило почву из-под ног.

Дверной колокольчик звякнул еще раз, и через минуту на плечо легла знакомая теплая рука. Медленно подняв голову, Агата взяла одну из карт наугад, а две другие затолкала в карман куртки.

— Смерть, — еле слышно пробормотала Уокер, демонстрируя карту подруге.

— Ты была права, мы зря все это затеяли, — затараторила Саманта, желая приободрить ее. — Плюнь на это все, Агата, просто забей.

— Не каждый день тебе говорят, что ты скоро коньки отбросишь, — дрожащая рука убрала карту в карман следом за предыдущими двумя.

— Это кто там коньки отбросить должен? — вдруг поинтересовался кто-то.

— Что отбросить? — послышался второй голос с просьбой повторить, после чего первый, не менее знакомый, добавил, что в гадальных салонах всегда говорят ерунду. Сразу же после этого второй потребовал быстро заткнуться.

Желая отвлечься от всего, что заставляло чувствовать себя неуверенно и растерянно, Агата подняла голову и заулыбалась, увидев говоривших. Женский голос принадлежал их с Самантой однокурснице, красивой кареглазой блондинке Маргарет Грей, которую считали едва ли не самой привлекательной в колледже, а второй — не кому иному, как Джастину Кларксу, вечно лохматому пареньку в джинсах, сыну тех самых соседей, которые купили квартиру как раз рядом с Уокерами. Несмотря на то, что разница в возрасте между Агатой и Джастином составляла шесть лет, последний за словом в карман не лез, умея ловко и метко затыкать тех, кто пытался как-то его принизить. Видимо, они с Маргарет случайно познакомились, столкнувшись где-то на ярмарке, и блондинка сказала в адрес Джастина что-то язвительное, а Джас, зная, кто это и будучи в курсе, что соседка не очень-то любит эту девушку, не постеснялся ответить. По крайней мере, Агата сделала именно такой вывод, глядя на лица обоих. Если Саманта попыталась отвлечь Мэгги вопросом, почему та прогуляла сегодня учебу, то Джастин направился к Агате с вопросом, не нужна ли ей помощь.

— Все нормально, — улыбнулась Агата и выпрямилась. — А тебе не нужна помощь с докладом по истории? — она ловко перевела тему, многозначительно глядя на взъерошенного школьника. Ввиду добрых соседских отношений Агата помогала Джастину с уроками, а мистер и миссис Кларкс спокойно могли присмотреть за Агатой, когда Джордж Уокер по некоторым причинам должен был отсутствовать дома несколько дней.

— Что за кислое лицо? — посмеялся Джастин, сверкнув серыми глазами и попытавшись пригладить пепельно-русые волосы. — Хоть я и младше тебя, а таким точно не бываю.

— Ага, особенно после того, как контрольную завалишь, — парировала Агата.

— Давайте уйдем отсюда, — предложила Саманта всем сразу. — Ей сделали жуткое предсказание, мадам Лиотта сказала, что она сегодня умрет.

— Чушь какая, — прокомментировала Мэгги, убирая прядь пшеничных волос за ухо. — Эта цыганка еще сказала бы, что ей на голову кирпич упадет, когда мы пойдем по тоннелю.

— Вот и я говорю, что ерунда это все, — кивнула Келли. — Мэгги, Джас, присоединитесь? Я хотела отметить свой день рождения, но вышло то, что вы сейчас видите. Пойдемте в кафе все вместе, хочу всех угостить.

— Я всегда за поесть, ты же знаешь, — пользуясь моментом, Джас решил всех отвлечь от неприятной темы.

Кирпич, как язвительно отметила мисс Грей, никому на голову не упал, как не произошло и автокатастрофы. Доехав на автобусе до нужной остановки, компания отправилась ужинать в то кафе, о котором говорила Саманта, и куда сама устроилась на подработку. Хозяйка, относившаяся к ней довольно неплохо, пообещала придержать столик специально для нее и ее друзей, так что у всех был стимул поспешить, чтобы не опоздать до закрытия. К счастью, времени было как раз еще много, однако на подходе голова Агаты снова закружилась, а грудь неприятно сдавило.

Отойдя в сторону и притворившись, что ищет что-то в сумке, Агата пропустила друзей вперед, а сама, едва все скрылись за поворотом, прислонилась к холодной каменной стене и прикрыла глаза. Обычно дурное состояние накатывало тогда, когда должно было случиться что-то плохое… Она не хотела этого признавать, но совпадения были слишком частыми. Недоумевая, почему все повторяется именно сейчас, девушка с трудом оттолкнулась от стены и только подняла ногу для шага, как вдруг услышала жуткий крик, принадлежавший Маргарет.

Недолго думая, повернув за угол и отпихнув друзей в сторону, Агата ворвалась в кафе следом за однокурсницей и увидела, что та стоит, прижавшись к стене и закрыв глаза. Присмотревшись, она поняла, что Грей колотит мелкой дрожью, по щекам текут слезы, а руки сжаты так, что ногти со всей силы впивались в ладони. Подойдя поближе, Агата тихо спросила, что произошло. Не получив ответа, она оглянулась, и сама едва не вросла в пол.

Как только она вошла в кафе, все внимание Агаты привлекла Маргарет, и потому она не сразу увидела причину ее состояния. Все кафе напоминало жуткое побоище, как будто сначала внутри прошелся ураган и раскидал мебель, а потом появился бешеный дикий зверь и растерзал всех людей. Следы от когтей были видны повсюду: на стенах, столах, стульях, опущенных шторах, входной двери. И особенно на телах людей, лежавших везде, где только можно было. Кому-то отгрызли голову, на чьем-то лице навеки застыло выражение ужаса. Осторожно отойдя в сторонку и на цыпочках огибая лужи крови, Агата чуть приблизилась к стойке, рядом с которой располагалась дверь на кухню и не менее осторожно заглянула в проем. Последняя надежда растаяла моментально. Персонал, посетители, все до единого были убиты. Единственные вопросы, которые остались без ответа — как эту бойню никто не услышал, и почему никто не попытался вызвать полицию?

— Чего там… О, Господи! — несмотря на то, что Саманта всячески пыталась его не пустить, Джастин все-таки прорвался и сам застыл словно статуя. — Твою ж мать… — он с трудом подавил рвотный позыв. — Что за… Это кто натворил?..

— Знаю не больше тебя, — выдохнула Агата. — Паршивые новости, телефонный провод тоже оборван.

— У кого из нас есть мобильник? — оживился юноша, сумев, наконец, отвести взгляд от жуткой кровавой картины. — Черт… — он нервно шарил по карманам и в конце концов разочарованно поджал губы. — Я свой дома забыл.

Саманта покопалась в своей сумочке и прошептала, что ее аппарат разрядился. Буркнув ругательство себе под нос Агата решила достать свой, как вдруг все четверо услышали рык. Маргарет отмерла первой и ее сразу же парализовало от нового ужаса, потому что в дверях кафе появилось чудовище, которое будто бы сошло с экрана телевизора. Высокий, выше всех четверых полуволк-получеловек, стоявший на задних лапах, оскалил зубы и занес лапу для удара. Вместо предполагаемого страха Агату охватило сначала оцепенение, а потом появилась невероятная вспышка злости. Сначала непонятный волчара мучил ее во снах, а теперь она видит перед собой его уменьшенную копию, пусть и темного цвета. Нет уж, хватит с нее!

Несмотря на то, что чудовище не спешило нападать, Уокер поначалу замерла, часто дыша от нервного напряжения и пялясь на него в ответ. Монстр засопел, но с места не двигался, и ей удалось рассмотреть его чуть получше, а заодно прикинуть, что он встал практически на улице. Что еще показалось девушке важным, так это то, что чудище, несмотря на грозный вид, едва стояло. Недолго думая, Агата плюнула на главное правило отца «ничего не трогать на месте преступления». Она чудом обогнула все кровавые лужи, подскочила к монстру и ударила его кулаком в морду первой, предотвратив нападение на Маргарет. Зверь, явно не ожидавший такого, отшатнулся и заскулил от боли. Отметив, что первый удар вышел довольно сильным, Агата ухмыльнулась и ударила еще раз другой рукой, а затем отклонилась назад и смогла ударить в грудь уже с ноги, выбрасывая чудище на улицу. После этого она вместе с пришедшей в себя блондинкой закрыла дверь и повернула ключ на все обороты.

— Чего застыли?! — закричал Джастин, бросаясь к ближнему столу. — Баррикады, быстро!!!

Одним-единственным движением руки смахнув все на пол, юноша потянул стол за собой, подпирая им дверь. К нему присоединились Агата и Маргарет, помогая подносить все то, что как-то могло затруднить попадание внутрь, пока Саманта бегала и пыталась убрать крепления с драных штор, чтобы те полностью закрыли окна. С улицы и так не было особо что-то видно из-за больших цветов в горшках на подоконниках, а шторы, к счастью, были разорваны лишь внизу. Какое-то время монстр, почему-то игнорируя стекло, бился в дверь, после чего шум резко прекратился. Предположив, что стекло оказалось ему не по зубам, ребята быстро переместились из разрушенного зала в кухню, где, недолго думая, взяли себе по острому ножу, с горечью понимая, что поварам они уже не понадобятся.

Добравшись до черного хода, Агата осторожно выглянула на улицу и прислушалась. Каких-либо звуков, которые могли принадлежать чудищу, она не услышала, посему знаком показала, что можно выходить. Как только Мэгги вышла последней, зловещий шорох раздался как раз внутри кафе. Не желая гадать, как именно монстр попал внутрь, потому что стекло точно не билось, а запертую и забаррикадированную дверь просто так не откроешь, Уокер и Кларкс, не сговариваясь, закрыли эту дверь и пододвинули к ней огромный мусорный контейнер, которому зафиксировали колеса, чтобы его нельзя было так легко подвинуть. Радуясь, что мусор никто еще не увозил, и что он придавал дополнительный вес, все четверо рванули прочь так быстро, как могли, выдыхая про себя, что кровью никто не испачкался и не наступил в нее.

Остановившись через несколько минут, друзья еле отдышались. За ними, к счастью, никто не гнался, однако нельзя было не заметить кое-что еще.

— Чувствуете? — прошептал Джастин. — Как-то слишком тихо, ничего не слышно.

— Я тоже заметила, — выдавила Саманта. — Чересчур тихо, в кафе было так же.

— Понятия не имею, что это за дерьмо, — выдохнула Агата, крепче сжимая рукоять ножа. Несмотря на то, что за ними никто не гнался, она его так и не бросила, не зная, чего ожидать дальше. — Проклятье, наши вещи там остались!

— У меня есть телефон, — дрожащим голосом сообщила Маргарет. Свою сумочку она так и не выпустила из рук, хоть и активно двигала мебель вместе с остальными.

Недолго думая, Агата подошла к ней и вложила в руку нож. Блондинка смотрела на все это расширенными от страха глазами, потому что себе оружие взять побоялась.

— Держи, — произнесла Уокер, смыкая ее наманикюренные пальцы вокруг рукояти. — Беги отсюда и звони в полицию. Народ, — она перевела взгляд на друзей, — нас четверо, а тот урод один. Сомневаюсь, что он разорвется на всех, так что разделяемся и пытаемся добраться до дома. Мэгги, мой адрес знаешь?

Увидев, что Маргарет качает головой, Агата назвала свой домашний адрес, где было решено устроить что-то вроде перевалочного пункта, чтобы прийти в себя. Как только показался первый проход между домами, ведущий к большой дороге, Маргарет, цокая каблучками, быстро удалилась. Саманта ввиду того, что решила пойти с Джастином, отдала подруге свой нож, и они отправились в противоположную сторону, а Агата продолжила двигаться вперед. Она надеялась, что это разделение собьет чудище со следа, потому что за всеми сразу оно точно не угонится. Если монстр до кого-то доберется и убьет, то точно будет гарантия, что кто-то один доберется до полицейских и расскажет о произошедшем. Хоть и этот вариант был не менее пугающим.

Вспомнив, что Мэгги любила носить высокие каблуки, Агата мысленно пожелала ей удачи и ускорила шаг. Параллельно с этим она с тревогой подумала, как там Джастин и Саманта. Несмотря на разницу в возрасте, паренек явно мог постоять за себя, но подруга… Сколько Уокер себя помнила, Саманта в их паре выступала в качестве миротворца, никогда не давая сдачу физически. Сердце заколотилось с утроенной силой, и она мысленно пожелала им удачно добежать до укрытия, ни на кого не нарвавшись. Когда кого-то подобного видишь на экране, то можно просто посмеяться и сказать, что грим кривой. В реальной жизни было не то чтобы не смешно, было откровенно страшно.

Добравшись до очередного поворота, который должен был вывести к ближайшей остановке, Агата неожиданно услышала тоненький плач, который умолял пощадить и отпустить. Недолго думая, идея бежать была задвинута обратно, а ключи от квартиры перестали жечь карман джинсов. Крадучись, Уокер крепче сжимала нож и вслушивалась в каждый звук. Шорох, похожий на тот, что она слышала в кафе перед появлением чудовища, заставил моментально насторожиться и приготовиться обороняться. Понадеявшись, что друзьям повезло больше, Агата осторожно вышла. К еще большему удивлению, она нашла лишь небольшой диктофон, проигрывающий тот самый тоненький плач и незнакомого мужчину, на чьем лице навеки застыло жуткое выражение. Стараясь не смотреть на мертвеца с дыркой в груди, Агата на цыпочках подошла к нему, присела и, зажмурившись, вытащила пистолет из кобуры. Превозмогая страх и желание сбежать от неизвестности, Уокер обшарила и карманы странного кожаного плаща. Получив заветные коробочки с патронами, она рассовала их по своим карманам и проверила магазин «Пустынного орла». Вернув его на прежнее место, Агата прислонилась к стене, до этого оставив нож рядом с телом и вскинув оружие, чтобы выстрелить при первой необходимости. Несмотря на желание стать полицейским в будущем, она понимала, что происходит что-то, чему никак не найти объяснений.

Из-за угла показалась лохматая голова, а затем и все тело, заставляющее задуматься, а был ли этот кто-то человеком. Спутанные волосы наводили мысли на бомжей, однако зловещие темные глаза и чересчур длинные руки с такими же ногтями говорили об обратном. Существо, издавая непонятные звуки, двинулось к ней с явными гастрономическими намерениями. Не желая становиться чьим-то обедом, Агата направила на уродца пистолет и нажала на спусковой крючок. Пуля попала точно в глаз, и странный бомж моментально рассыпался прахом, что не могло не удивить.

— Что за… — пробормотала Уокер, застыв на несколько секунд с приоткрытым от удивления ртом. Как-то еще ни разу не встречалось кого-то, кто умирал бы таким странным способом. Кроме того, у нее не появилось давящего ощущения, что она убила человека — нормальные люди не рассыпаются пеплом. Казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди от накатывающего ужаса.

Уже знакомое похрюкивание заставило ее зашевелиться и броситься прочь. Пару раз девушке пришлось оборачиваться и стрелять себе за спину, чтобы избавиться от таких же нападавших, которые намеревались прикончить ее вслед за тем погибшим мужчиной. Обратив их в прах и не заморачиваясь над тем, что происходит, Агата хотела лишь одного — выбраться из дворов и либо найти кого-то из дежурных полицейских, либо добраться до телефона-автомата и позвонить, либо поймать машину и попросить как можно скорее увезти ее прочь.

Увидев впереди долгожданный проход к большой улице, Агата воспряла духом и направилась туда быстрым шагом. И это сыграло с ней злую шутку, потому что совсем рядом раздался выстрел, и стрелок попал девушке в правое бедро. Уокер пролетела немного вперед по инерции, но пистолет так и не выпустила. Закусив губу, чтобы не закричать от боли, она отползла к стене и попробовала встать, используя ее в качестве опоры. Неизвестному стрелку понадобилась еще одна пуля, чтобы ранить Агату в грудь и окончательно лишить ее возможности двигаться. Падая на землю и теряя сознание, Агата подумала, что чертова гадалка была права: она вот-вот умрет.

Где-то рядом забегали люди, чьи шаги звучали все тише, а выстрелы и крики все глуше. Последним, что запомнила Агата, было то, как некто приподнял ее тело, а затем в шею вонзилось что-то острое.

* * *

Еле разлепив глаза, Агата с трудом могла понять, где находится. По первым ощущениям казалось, что ее несколько раз переехало чем-то тяжелым, настолько было сложно двигаться. Через несколько минут девушка смогла пошевелиться и сесть, используя руки как опору. Понимая, что из-за головокружения и неприятного ощущения в желудке быстро сбежать не выйдет, Уокер осмотрелась. Она лежала на довольно жесткой кровати, застеленной дырявой простыней и таким же одеялом, а под голову кто-то положил небольшую подушечку. Когда внимание перекочевало на окно, Агата обрадовалась — рама казалась хлипкой, которую при должных усилиях получится выломать. Однако радость оказалась преждевременной, потому что на окне со стороны улицы была установлена решетка с толстыми прутьями. Поняв, что сбежать этим путем не получится, Агата решила поискать другой.

Когда головокружение более-менее унялось, девушка осторожно встала и пошла искать ванную комнату, чтобы умыться. Рядом с кроватью на небольшой тумбочке стоял графин с темно-бордовым содержимым и стаканом к нему, но Агата проигнорировала его, желая охладиться поскорее. Как только она нашла нужное помещение, то сразу открыла кран с холодной водой и ополоснула лицо. Поддаваясь жажде, Агата сделала несколько жадных глотков и моментально пожалела об этом. Желудок сжала невидимая рука с невероятной силой, и выпитое ранее устремилось вверх по пищеводу. Уокер схватилась за раковину обеими руками и склонилась как можно ниже, чтобы выплюнуть воду. Когда тошнота закончилась, Агата посмотрела на свое отражение и застыла от увиденного.

Из зеркала на нее смотрела взъерошенная особа с побледневшей кожей и глазами, которые будто бы стали ярче, чем были раньше. Кое-как пригладив волосы, Агата оставила бесплодные попытки привести их в аккуратный вид и приоткрыла рот, чувствуя не слишком приятные ощущения. Ее внимание привлекли два тонких белых клыка, превосходящих по длине остальные зубы. Коснувшись пальцем одного из них, Агата не выдержала и рассмеялась с мыслью, что это вполне смахивает на проделки Джастина. Наверняка они вчера не выдержали и заказали алкоголь, потом перепили и начали играть в дурацкие игры. Уокер захихикала от мысли, что найдет Джастина и сама прилепит ему похожие зубы, чтобы тот знал, каково прикалываться над спящими. Она попыталась отодрать один клык, но тот держался мертвой хваткой.

Тем не менее, в теорию о приколе от младшего товарища не вписывалось еще кое-что. Коснувшись рукой груди, Агата дернулась и судорожно ощупала место, куда попала пуля. На кофточке действительно была дыра, а вот само ранение исчезло без следа. Задрав одежду, девушка замерла, увидев круглый шрам вместо свежей дырки от ранения. Вернув все как было, она опустила взгляд вниз и увидела, что с ногой повторяется то же самое — на джинсах в зоне бедра есть дырка от пули и аналогичный шрам. Вера в розыгрыш начала испаряться.

«Черт подери, что же это?!» Агата в сердцах стукнула кулаком по дверному косяку.

Покинув ванную комнату, Уокер прислонилась к стене и прикрыла глаза. Не представляя, что делать дальше, она постояла так несколько минут и выпрямилась. Прикинув, что то, что она жива, уже хороший такой плюс, девушка покинула комнатушку и оказалась в другой, более большой. Обстановка была куда богаче, нежели в предыдущей: на полу постелили неплохой ковер, кресла и диваны обладали хорошей и наверняка приятной обивкой, а люстра испускала яркий, но не слепящий свет. На стене перед диваном висел телевизор, а на самом диване сидел тот самый темноволосый мужчина, встреченный около колледжа, в аккуратно выглаженном синем костюме и блестящих черных ботинках. Услышав посторонние звуки, незнакомец выключил телевизор и повернул голову в сторону Агаты.

— Очнулась? Хорошо, — произнес он с ухмылкой. — Долго же тебя пришлось ждать.

— Кто вы, черт подери, такой? И где я нахожусь?

— Для начала здравствуй, — поздоровался мужчина, и Агата смогла его разглядеть получше. — Рад видеть, что ты пришла в себя. Присаживайся, — он похлопал ладонью рядом с собой, — нам нужно многое обсудить.

— Для начала объясните, что за хрень здесь творится! — потребовала Уокер, скрестив руки. — С места не сдвинусь, пока не услышу внятный ответ!

— Ты уверена, что он тебе понравится? — еще одна усмешка. — Просто присядь, неужели я так много прошу?

Решив, что особо ничего не потеряет, Агата на негнущихся ногах подошла и села на самый краешек дивана. Незнакомец внимательно наблюдал за ней, но не предпринимал никаких попыток к сближению. Когда она устроилась, он кивнул и спросил, как девушка себя чувствует.

— Хреново, — буркнула Агата в ответ, не понимая, к чему клонит странный собеседник.

— Странно, — на его лице появилась задумчивость, — я же оставлял тебе попить.

— Так это было для попить? — с губ сорвался веселый смешок. — А я-то думала, что это такое.

— Веселишься? Это хорошо, — на этих словах Агата моментально напряглась, потому что после них обычно не следовало ничего хорошего. — Поверь, вскоре тебе будет совсем не до веселья. Но сначала позволь кое-что сделать.

Незнакомец наклонился к небольшому столику, который Агата поначалу не заметила, и взял в руки такой же стакан, наполненный темно-бордовой жидкостью, какой она видела на тумбочке. Он протянул его девушке и посмотрел в ожидании, что та его возьмет. Однако Агата не спешила брать непонятный напиток. Она повторно скрестила руки, показывая, что не будет ничего делать, пока не услышит внятное объяснение.

Пожав плечами, мужчина выпил все сам и потянулся. Видя, что диалог не клеится, он задал вопрос, от которого хотелось рассмеяться в голос:

— Ты веришь в волшебство?

— Что, простите?

— Я спросил, веришь ли ты в магию, — уточнил незнакомец, откидываясь на спинку дивана и вытягивая ноги. — Нет, я не о той ерунде, которую показывают по телевизору. Хотя кое-что из этого реально. Например…

Он посмотрел на Агату слегка сощуренными глазами, после чего продолжил:

— Вижу, что ты была с друзьями, когда от кого-то убегала. Вы разделились, но это не помогло, стало только хуже. Потом ты попала под…

— Хватит! — крикнула Уокер в голос, заставляя его замолчать.

То, что он описывал, практически полностью описывало картину пережитого. Агата могла поклясться, что никогда раньше не встречала этого человека до того раза около колледжа, Саманта бы наверняка рассказала куда больше, чем уже говорила, про столь эксцентричного знакомого, а Маргарет и Джастин тем более не стали бы общаться с кем-то подобным. Тем не менее, мужчина каким-то образом был полностью в курсе того, что она пережила, а теперь прокручивала в голове. После резкого вскрика он приподнял уголки губ, видя, что достиг нужного эффекта. Убедившись, что Агата не будет ему мешать, он лениво пошевелил пальцами. Стакан, к большому шоку, сам собой заскользил по столу, а потом и вовсе подлетел прямо в руки. Допив остатки, мужчина отправил стакан обратно по воздуху, как будто такое происходило каждый день.

Агата смотрела на полет посуды широко раскрытыми глазами и крепко сжимала обеими ладонями диван. Ей казалось, что она попала в какой-то дурной сон, и она пыталась уговорить себя, что этого не происходит. Не получилось, стакан как подлетел, так и улетел обратно, картинка перед глазами не желала исчезать.

— Вот это настоящее волшебство, — незнакомец получал явное удовольствие от ее шока. Он поднял вверх указательный палец, на кончике которого загорелся небольшой огонек. Опустив палец, мужчина «выстрелил» в сторону свечи, что стояла рядом, и фитиль загорелся. — И это тоже волшебство.

— Как… как вы это сделали? — голос сел, зазвучав куда тише, нежели в начале беседы. Желание спорить быстро исчезло.

— Практика и еще раз практика. Ой, прости, я не представился. Мое имя Николас, но, если хочешь, можешь называть меня Ник. Устраивайся поудобнее, мне есть, что тебе рассказать.

Вампиры… Если раньше Агата считала это просто сказкой, над которой можно посмеяться и повалять дурака, изображая того же Дракулу или Орлока, то теперь хотелось отправить все книжки на свалку, сжечь, утопить в порыве злости, лишь бы больше этого не видеть. Привлекательные истории моментально стали лживыми и отвратительными, максимально отторгающими. Ощутив на себе голод, тошноту от простого глотка воды, Агата была готова умереть, лишь бы желудок перестало крутить.

Проживая среди людей, вампиры тщательно следят за тем, чтобы их существование оставалось в секрете. Никто не может раскрыть правду кому-то другому, иначе с ним быстро разберутся за нарушение Маскарада, свода правил, которому не одна сотня лет. Установлен определенный порядок, которого придерживаются все вампиры, которые хотят остаться нераскрытыми. Те же, кто нарушает правила… Тут Николас посмеялся, что даже говорить о них не надо, никто не собирается беспокоиться за наглецов, которые за помощь платят черной неблагодарностью. Однако бывает и так, что эти же правила специально оборачивают против тебя, чтобы побыстрее избавиться, так что полагаться в этом мире можно только на себя.

И тут Агата задала вопрос, от которого захотелось треснуть себя по лбу:

— Носферату такие же страшные, как в кино?

— Еще хуже, — фыркнул Николас, явно наслаждаясь ролью рассказчика. — Кому-то везет, и он выглядит так, будто встал после автокатастрофы. А кто-то выглядит так, будто его пожевал бегемот, потом выплюнул и хорошенько потоптался. Представляешь, какой это «красавчик»? То-то же, так что поаккуратнее, а то они и обидеться могут. Это их недостаток, зато их преимущество в том, что они лучше других умеют добывать необходимую информацию. Если что-то захочешь узнать, то это первые парни на деревне, как говорят смертные. Они сильны, умны и ловки.

— Но вы использовали совсем другое!

— Потому что мы с тобой не имеем к ним никакого отношения, — парировал мужчина. — Наша кровь может куда больше, чем ты себе представляешь. То, что здесь было, всего лишь малая толика моих умений. И ты так сможешь, когда потренируешься.

— Я смогу двигать предметы, не касаясь их? — обалдела Агата.

— Я же сказал, надо тренироваться, — прыснул Николас. — Вы, молодые, довольно нетерпеливы. Как и любая другая наука, магия требует концентрации и практики. Чтобы что-то получилось, ты должна учиться и еще раз учиться. Ваш профессор же повторял именно эту фразу, так?

— Убирайся из моей головы, — прошипела Уокер, сжимая кулаки и переходя на «ты», сама того не замечая.

— И это лишь малая доля того, что я хочу тебе предложить, — казалось, Ник не смутился открытого проявления враждебности. — Ты ведь читала «Гарри Поттера»? Все волшебники начинают с малого, — цитата казалась знакомой, но в то же время девушка не была уверена, из какого она произведения. — Тебе страшно, все понимаю. Но если бы я не поторопился, то ты бы просто умерла. Ты теперь вампир, с этим можно только смириться.

— Вампир, который может колдовать, — пробормотала Агата, все еще будучи не в силах целиком поверить в происходящее, несмотря на то, что она сама видела проявление магии.

— Вот именно! — Николас поднял палец вверх. — В твоих руках есть огромная сила, с которой остальные будут вынуждены считаться. Тебя будут бояться, не любить, но только не игнорировать. Как бы кто ни двигал фигурами на доске, тебя просто так с нее не скинут.

Нахмурившись, Агата попросила объяснить, что он имел в виду. При чем тут какие-то доски, игроки и прочее?

— Если коротко, то наш с тобой клан Тремер принадлежит к организации под названием Камарилья, — заговорил Сородич, видя, что на него не будут кричать и кидаться тем, что попадется под руку. — В нее входят семь кланов, но про них я расскажу тебе попозже. В Камарилье соблюдают определенный свод законов, за нарушение которых могут строго наказать. Например, нельзя устраивать массовые побоища по типу того, участником которых ты стала, — на этих словах Агата поежилась, вспомнив, как она повелась на имитацию детского голоса и в итоге заработала две пули. — Это называется нарушением Маскарада. Если совсем по-простому, то никто из смертных не должен знать о нашем существовании.

— Это я понимаю, в кино и книгах так же пишут, — ответила девушка, надеясь, что хоть что-то из литературы окажется правдой.

— В этом есть рациональное зерно. Кому надо, чтобы между Сородичами и людьми началась война? Вот именно, что никому, — заметил Ник, подчеркивая важность сокрытия другого мира, о котором никто не подозревает. — Следующее: каждый Сир обязан заботиться о своем потомстве. Я создал тебя, значит несу за тебя ответственность. Научу тебя добывать пропитание, пользоваться Дисциплинами и так далее. Все понятно?

— Ага, — ничего другого в голову не шло.

— Пока я отвечаю за тебя, ты должна делать то, что я скажу, — голос Николаса зазвучал строже. — Ввиду незнания ты можешь наломать дров, однако незнание не освобождает от ответственности. Никто не посмотрит, что ты просто ошиблась, убьют на месте.

— Жутковато звучит, — Агата перевела взгляд на стакан с кровью, которую упорно не желала до этого признавать.

— Не волнуйся, для всех недоразумений у тебя есть я, — тепло улыбнулся Николас. — Я тебе многое покажу и во многом помогу. Пройдет время, и ты займешь достойное место среди остальных Тремер.

— Почему я сейчас не могу этого сделать? — в голосе звучало искреннее недоумение.

— Ты только появилась на свет, Агата. Прежде чем предстать перед другими Чародеями, ты должна обучиться, чтобы достойно проявить себя. Не волнуйся, я скажу, когда ты будешь готова.

«Знать бы еще, когда это будет…»

— Дисциплина — так называется сила, которой обладают вампиры. Конкретно Тремер владеют Тауматургией, Доминированием и Прорицанием. Тауматургия и есть магия крови, которую ты видела, она дает нереальные возможности.

— Доминирование… это что-то вроде гипноза? — догадалась Агата, чувствуя, что вдруг начинает увлеченно слушать.

— Именно так, — хлопнул в ладоши Николас. — Внушение мыслей, стирание памяти и прочая ерунда, которую в фэнтези описывают примитивным языком. Требует определенной сосредоточенности и конкретики. А Прорицание… Не буду говорить мудрено, ты сможешь видеть ауры или читать мысли. Почему всего и побольше не рассказываю? Перевари хотя бы это, иначе мысли собьются в кашу.

— Почему ты обратил именно меня? — поинтересовалась Агата, гадая, зачем она могла понадобиться именно клану колдунов.

— Все просто: я собирал о тебе информацию, — ответил Николас, не обращая внимания на возмущенное лицо Уокер. — Лично мне понравилось, что ты целеустремленная, не пасуешь перед трудностями. С учебой у тебя полный порядок, недаром ваш профессор Йохансен — или как его там? — хвалил тебя. А то, что тебя воспитывал отец-полицейский, только в плюс. Ты знаешь, что такое закон и порядок, что такое честь. Среди всех, кого я выбирал, ты лучшая. Тем не менее, когда Тремер подыскивает себе ученика, он тщательно проверяет будущих кандидатов, и многие отсеиваются еще на первом этапе. Того, что у тебя есть, недостаточно, оно вовсе может быть не тем необходимым, но, к счастью… Скажем так, есть в тебе что-то мистическое, Агата, что только подстегивает желание разгадать эту загадку. Пока что сам не уверен, то ли оно, о чем я думаю. Раньше срока ты все равно не узнаешь, что это.

— Не знаю, чего хочу больше: прибить или дальше продолжать спрашивать, — для девушки стало неприятным открытием, что за ней следили и отбирали по каким-то признакам для того, о чем она понятия не имела.

— Не думай об этом, — мужчина снова проигнорировал недовольное лицо. — Важно то, что сейчас здесь именно ты. И именно ты будешь учиться всему, о чем я рассказал. Когда станешь настоящей волшебницей, то скажешь мне спасибо. Итак, ты согласна обучаться?

У Агаты появился сильный порыв сказать, что она понятия не имеет, за что тут благодарить, однако вовремя прикусила язык. Став свидетелем проявления Тауматургии, узнав, что такое Прорицание, не было никакого желания проверять Доминирование на практике. Она видела по телевизору передачи с гипнотизерами, однако ей не улыбалось стать жертвой настоящего гипноза прямо сейчас. Слов Николаса и демонстрации реальной магии хватило, чтобы убедиться в том, что это не шутки, что более сильный действительно может превратить тебя в свою марионетку.

Видя, что Уокер замолчала, Николас ободряюще улыбнулся ей и протянул раскрытую руку, а другой протянул вновь наполненный стакан. Агата молча приняла кровь и сделала несколько небольших глотков, а потом жадно выпила остальное. Дискомфорт исчез, как будто его и не было, и она улыбнулась. Встретившись глазами с Николасом, Агата ненадолго замерла, а потом медленно положила свою свободную руку в его. Вампир слегка сомкнул пальцы и повторил, что первичный шок скоро пройдет, а его заменит азарт. И что сам Николас будет бегать от своей подопечной, умоляющей научить ее чему-то новому. На этих словах Агата хихикнула, представив себе подобную картину. То, что ее против воли включили в какой-то отбор, начинало казаться не таким уж важным. Любопытство и желание попробовать настоящее волшебство вытесняли тревогу и смятение.

* * *

Бормоча ругательства себе под нос, Маргарет перебирала ногами так шустро, как могла, лишь бы поскорее убраться от страшного места. Толком не соображая, что она делает, блондинка избавилась от ножа при первой же возможности, выбросив в урну. Страх гнал ее вперед, не давал обращать внимания ни на что, даже на рассерженных прохожих, которых Грей случайно задевала при быстрой ходьбе. Когда же она наконец остановилась, то увидела, что никого рядом нет, уличные фонари едва светят, а телефон…

— Черт, — буркнула Мэгги, доставая телефон и видя, что он разрядился. — Проклятье!

Осмотревшись, она вдруг поняла, что понятия не имеет, где находится. Внешний облик домов и дороги прямо кричал, что район не самый благополучный, а тут еще, как назло, мобильный разрядился, а это значит, что позвать на помощь невозможно. Сообразив, что сама загнала себя в ловушку, Маргарет чертыхнулась и снова осмотрелась, думая, как выбираться, в какую сторону идти.

Сзади что-то прошуршало, что заставило Грей вскрикнуть и молниеносно обернуться. Однако она не увидела ничего, кроме пустого пакета, который по асфальту гнал ветер.

— Тьфу! — сплюнула девушка. — Так и параноиком стать недолго.

Позади раздался еще один шорох, на который Мэгги не обратила внимания, но через минуту появилось неприятное ощущение, что за ней следят. Воздух заволновался, обозначая приближение этого кого-то, и она замерла, поняв, что некто находится прямо за ее спиной. Медленно обернувшись, Маргарет увидела самое страшное в своей жизни лицо, лишь отдаленное напоминающее человеческое, если вообще было им. Не помня себя от ужаса, она закричала в голос.

Монстр с изъязвленным лицом, испещренным шрамами, перекошенным носом и острыми ушами разной длины, сверкнул впалыми глазками. Такими же изъязвленными руками с ногтями на манер когтей он схватил девушку и потащил за собой. В тот момент Грей пожалела, что бросила нож в первую попавшуюся мусорку и тем самым лишила себя шанса на спасение. Несмотря на щуплый вид, уродец обладал недюжинной силой, не позволяя вывернуться и нанести вред. В груди больно сдавило от понимая, что еще чуть-чуть, и ее не станет. Если бы она только сумела ранить его…

Мэгги извивалась в попытках освободиться из хватки, пиналась, упиралась, мычала зажатым ртом, еще более тщательно пыталась вырваться, но все было напрасно.