Приключение после разговора (джен)

«Ну что, Меверик, опять из себя самого умного корчишь?», — с этих слов началось моё следующее большое приключение, которое в этот раз происходило в роли Гарри Поттера. Хотя, нет. Началось оно чуть раньше, но давайте всё же по порядку.

И начнём мы с того почему, обращаясь к нему, в смысле теперь уже ко мне, назвали совсем другую фамилию. Да потому, что в Литтл Уингинге об этом знали только три человека. О том, что фамилия данная ему после рождения была совсем не Меверик и имя его совсем не Джон было. Были это дядюшка Вернон, тётушка Петуния и я, с недавних пор. А как так получилось? Да очень просто, на самом деле. Потому что в этом варианте поттерианы, в котором я оказался, у Поттеров родились близнецы, которых они назвали Гарри и Конрад. Ну, а дальше было как в каноне, наступил Хэллоуин восемьдесят первого, пришёл Волдеморт и всё пошло прахом. И для него, и для Гарри. В том смысле, что сам он рассыпался, а Гарри приняли за сквиба и подбросили Петунии, сестре его мамы Лили.

Вот только самой Петунии он оказался ненужен, поэтому она настропалила мужа и тот сразу же отвёз его в полицию. Дескать, подкинули им младенца, ну прям как в восемнадцатом веке. И ни документов при нём не было, ни чего иного, чтобы понять кто он такой. А в полиции, конечно, тоже долго не думали, а вызвали представителей социальных служб и через некоторое время Гарри Поттер стал Джоном Мевериком. Или, если по-русски, то Иваном родства не помнящим, потому как, имя Джон это аналог нашего Ивана, а «Безродный» это одно из значений фамилии Меверик.

Вот так сложилась ситуация на тот момент когда началось моё следующее большое приключение и я Гарри-Джоном стал. А началось оно через какой-то период времени после окончания моей первой жизни. Правда насчёт продолжительности этого самого промежутка я ничего не сказал бы, так как определить не смог бы, а значит и заморачиваться было незачем. Да и не это главное было, а то, что примерно в это же время, в одном из вариантов поттерианы закончилось противостояние длившееся около восемнадцати лет между Гарри Джеймсом Поттером и Томом Марволо Риддлом и началось следующее большое приключение сразу для целой кучи народа.

Объясню для не имеющих понятия кто это вообще такие: Поттер и Риддл. В классическом, так сказать, варианте. Ведь не все же о них знают. Был этот Том Риддл, придумавший себе ещё в школе псевдоним Лорд Волдеморт, магом и так называемым Тёмным лордом. А что подобные ему обычно делают? К власти они рвутся. При этом власть для них это как таблетки от жадности, которых побольше нужно, побольше, да ещё бесплатно. А методы которыми они её достигают это, как правило, террор, убийства, пытки и всё такое.

И если спросить, почему разговор зашёл о противостоянии Риддлу не какого-то народа, например, или страны, а очень даже одного конкретного Поттера, тоже, кстати, мага, то ответ будет очень прост. Всего лишь пророчество о том что в определённое время родится ребёнок который сможет его сокрушить.

И, разумеется, когда Волди о нём узнал, то решил принять меры и нанести превентивный удар, чтобы не ждать пока ребёнок вырастет. Именно поэтому во время Хэллоуина восемьдесят первого года он к Поттерам в дом заявился и убил родителей Гарри, но, как это обычно случается в подобных случаях, об ребёнка взял, да и обломался. Кстати, в классическом варианте у него никакого брата-близнеца не было, а самому мальчику тогда всего пятнадцать месяцев от роду было. И если бы к тому моменту не наделал себе Том так называемых хоркруксов то и умер бы прямо тогда. А так он всего лишь тела лишился, а остаток его души задержалась на этом свете.

А дальше жизнь этого самого ребёнка была, в основном, не слишком хорошей, а временами и нехорошей вообще, от слова «совсем». Сначала с родственниками, которым его навязали, не спросив их мнения на этот счёт, а после в школе чародейства и волшебства Хогвартс, куда Гарри учиться отправился когда ему одиннадцать лет исполнилось. И вот ведь незадача, как раз, почему-то, именно с этого самого момента Волдеморт начал предпринимать активные попытки и тело себе новое заиметь, и доделать то, что в восемьдесят первом у него не получилось. Что, кстати, весьма странно было, ну, что именно в тот год его попытки начались.

И невольно возникал вопрос, а раньше-то почему он ничего в этом отношении не делал? Почему попытки начались только в девяносто первом году? На который, совсем уже не невольно, возникал ответ, что наиболее вероятно, такие попытки со стороны Тома делались, но пресекались кем-то. Скорее всего одним добрейшей души дедушкой, Альбусом Дамблдором. И делалось это, разумеется, в соответствии с планом самого Альбуса. Конечно же, замечательным и можно даже сказать гениальным, потому как других планов у него не было и быть не могло.

Впрочем, пытаться найти ответы на эти вопросы Гарри не стремился. Всё равно спросить было не у кого, кроме как у самого Альбуса, а тот бы не ответил. Не любил дедушка информацией делиться. Ну, и встречами с Волдемортом дело не ограничивалось, конечно, потому как в Хогвартсе и других... э-э-э... источников неприятностей хватало. Один только профессор зельеварения Северус Снэйп чего стоил.

В итоге, в девяносто пятом году Том тело себе, таки, заполучил и снова к власти стал рваться и стремиться к тому чтобы с Гарри расправиться, конечно. Не исчезло у него это желание. А длилось этот период, на сей раз до второго мая девяносто восьмого года, потому что раньше Гарри как-то не довелось лично с Томом встретиться. И началось для Риддла следующее большое приключение, а Поттер победителем из этого противостояния вышел после чего жил себе да поживал. Вот так развивались события в классическом варианте.

Но, так как вариантов всегда может больше одного оказаться, то в том, о котором речь пойдёт, всё по другому произошло. Тут вообще, когда они лицом к лицу наконец сошлись, началось следующее большое приключение, не только для Тома и целой кучи его прихлебателей, но и для Гарри. Правда для Поттера оно не сразу началось, так как пришлось ему сначала побывать ещё в одном месте.

В общем, через некоторое время после гибели, он, сначала, себя просто осознал, как сущность пребывающую в месте, в котором не были ни света, ни звуков, ни запахов, ни ощущений, ни какой-нибудь опоры. А дальше, после того как Гарри повисел в этой самой пустоте какое-то время, то сперва он ощутил собственное тело, потом понял что лежит на какой-то поверхности, да ещё и абсолютно голый. Затем увидел, что окружает его какая-то непонятная субстанция, вроде белого тумана. Ещё через некоторое время у него появились желания. Например, ему захотелось стать одетым и рядом с ним появилась одежда, так что, оделся он. А ещё чуть позже ему захотелось понять где это он находится и кто тут есть кроме него.

А захотелось потому, что услышал Гарри непонятные звуки, издаваемые, как будто бы кем-то живым. Да и туман к тому времени почти рассеялся. Поэтому, встал он и отправился на эти звуки. А там встретил двух... непонятно кем их можно было назвать. Сущности, души? Не знал этого Гарри. Одним из них, тем кто звуки издавал, был Риддл и выглядел как очень уродливый ребёнок, скулящий и бьющийся в конвульсиях, а вторым оказался Дамблдор, задержавшийся в этом месте в ожидании Поттера. Кстати, Альбус Дамблдор, при жизни, был тоже магом, а ещё директором Хогвартса и человеком сыгравшим в судьбе самого Гарри весьма неположительную роль.

— Ты замечательный молодой человек, Гарри, — поприветствовал он Поттера, широко раскинув руки, как будто бы собираясь его обнять.

— Ага, — согласился Гарри. — Жаль что про вас я того же сказать не могу.

— Понимаю, — сказал в ответ Дамблдор. — Но тем не менее нам есть о чём поговорить, поэтому позволь мне ещё немного злоупотребить твоим вниманием.

— Ну и что же такого эпического вы мне хотите сообщить? — уточнил у него Поттер. — Если то, что я умер, так я это знаю. Хотя, у вас наверняка имеется план даже на этот случай. Разумеется, весьма замечательный и в чём-то даже гениальный, как, впрочем, и все ваши другие планы.

— Видишь ли, мальчик мой, — улыбнулся в ответ Дамблдор. — дело в том, что ты не совсем мёртв.

— Да ну?! Ух ты! Вау! — чуть ли не восхитился Гарри и попросил. — А нельзя ли с этого момента поподробнее?

Альбус сказал что можно и рассказал, что Волдеморт, в процессе возвращения своего нынешнего тела, тогда, в девяносто пятом году, использовав кровь Гарри создал между ними особую связь, благодаря которой Поттер не может умереть пока Том жив. И следовательно он сейчас может вернуться в своё тело. А Гарри выслушав его задумался.

— Интересно получается, — сделал он вывод. — Я не могу умереть пока жив он. Но тогда и он не может умереть пока жив я, если логике следовать. В общем, простите дедушка, но херню вы сморозили. Хотя, теперь это уже и неважно, потому что мертвы мы оба, да и тел у нас с ним больше нет.

— То есть как это нет?! — вдруг заволновался Дамби.

— А вы чего так задёргались-то? — ухмыльнулся ему Гарри. — Что, события в разрез с вашими планам пошли? Вы-то, наверное, планировали, что победит Поттер Риддла, потом вольётся в состав одной большой, дружной, рыжей семьи, возьмёт себе фамилию Уизли и поведёт британских магов ко Всеобщему благу. Только хрен вы угадали, дедушка. Но к этому мы чуть позже вернёмся, если время будет, а пока скажите, что по-вашему он должен был сделать, чтобы я обратно мог вернуться?

— Как что? — переспросил его Альбус. — Конечно же Аваду в тебя выпустить.

— Н-да, — заметил Гарри немного огорчённо. — Правильно Снэйп сказал, что для вас всё как будто само собой разумеется. Дескать, всё должно быть так как вы это запланировали. Жаль только что вы никогда других людей в свои планы не посвящали, поэтому и получилось как... получилось.

— Но всё же... Я не понимаю, почему ты говоришь что не можешь вернуться? Что такого ты сотворил, Гарри?

— Силу применил, — пояснил Поттер. — Помните как в пророчестве сказано: «... отметит как равного себе, но не будет знать всей его силы...». Вот её-то я и применил. Очень сильную силу, прошу прощения за тавтологию.

— И что это за сила такая? — разумеется, уточнил Альбус.

— ТНТ.

— Что?!

— Господи, да что ж вы все тупые такие?! — воскликнул Гарри. — Тринитротолуол, Альбус, всего лишь, тринитротолуол. Впрочем, некогда мне в объяснения пускаться. Вон, как раз поезд мой подошёл, так что, поехал я.

— Но, почему поезд? — удивился Дамблдор.

— Да потому что это вокзал Кингс-Кросс, — пояснил Гарри. — А раз это вокзал, то и поезда тут останавливаются и дальше следуют. А мой, как раз, сейчас и отправится. Так что, поехал я, а вы тут можете дальше оставаться и новые планы составлять.

И уже в дверях вагона он обернулся и сказал напоследок: «Вот не сидел бы ты, старый козлодранец, на своих тайночках и секретиках и не изображал бы из себя собаку на сене, глядишь и по другому дело бы повернулось». А дальше Гарри прошёл в вагон уселся на сиденье и поезд тронулся. И уже отъехав от станции он слегка позлорадствовал. «Пусть теперь старичок сам немного отведает своего собственного блюда и помучается в неведении, — мелькнуло у него в голове. — А то хороши чересчур, что один, что второй. Первый привык что только он один, типа, самый умный и все должны под его дудку плясать, а у второго ЧСВ до небес и выше. Впрочем, у первого ЧСВ тоже совсем немалое». Тут Гарри даже похихикал немного. Вспомнилось ему как он с Томом разобрался.

А получилось как? Когда Гарри посмотрел воспоминания Снэйпа и окончательно убедился что его как свинью на убой готовили, потому что он, тоже оказывается одним из этих самых хоркруксов был, то разозлился, конечно. Сначала. Но потом успокоился и в условиях дефицита времени, принял оптимальное решение. А именно, аппарировал на военную базу, на которую он недавно наткнулся, а там используя старый, добрый Империо, проник на склад боеприпасов и увешался с ног до головы и взрывчаткой, и противопехотными минами. После чего аппарировал обратно и используя мантию-невидимку пробрался на поляну в Запретном лесу, где кучковались Волди с приспешниками и уже там привёл в действие ту супер-бомбу в которую превратил самого себя.

А хихикать он начал потому что Тома вспомнил. В общем, если не вдаваться в подробности, то Волди выставил ультиматум. Типа, давайте мне сюда Поттера или я вас всех уничтожу. Час времени вам на это. И когда Гарри на поляну где его ожидали пробрался, то услышал как тот сетует.

— Я думал что он придёт, — сказал он тогда с огорчением в голосе. — Видимо я ошибался.

— Нет, ну это наглость уже, честное слово, — послышалось вдруг ему в ответ. — Ты тут совсем охренел, что ли, Томми?

После чего Гарри снял мантию-невидимку и продолжил говорить.

— Тебе что, Том, головой подумать религия не позволяет? Типа, склонюсь я перед тобой, приду, упаду перед тобой на колени и взмолюсь, Волдемортик, миленький, убей меня пожалуйста, очень тебя прошу, — после чего вдруг резко сменил тему разговора. — Ты, кстати, напоследок полный текст пророчества услышать не хочешь? Ну, ты понимаешь о чём я.

— Говори, — согласился Том. — Всё равно тебе не долго осталось.

— Ну, слушай, — начал декламировать пророчество Гарри, — «Грядёт тот кто может победить Тёмного лорда...», — и после того как закончил его рассказывать, то спросил, — а знаешь какие в нём ключевые слова?

— Ну, и какие? — не преминул полюбопытствовать Волдеморт.

— Отметит как равного, но не будет знать всей его силы, — пояснил Гарри.

— Да что ты мне сделаешь?! — даже развеселился Том.

— А вот что, — с этими словами Гарри нажал кнопку взрывателя.

Кстати, когда рвануло, то все находившиеся от него в радиусе пяти или шести метров превратились в кровавое месиво, над которым вскоре стали появляться души погибших и устремляться куда-то ввысь. Последней проявилась душа самого Тома и тоже куда-то улетела. После чего и душа самого Гарри тоже недолго двигалась ввысь, затем был период беспамятства и он оказался в той самой пустоте о которой говорилось ранее. В виде чистого сознания.

И, разумеется, не мог не возникнуть вопрос, на который Гарри ответил бы и даже подробностями поделился. А почему он поступил именно так? Да потому что в тот момент не было у него другого выхода. Именно у него не было, поэтому он и сделал то, что сделал. Да и жить ему недолго оставалось, были к тому причины. Так что, почему бы тогда и не устроить фейерверк напоследок.

И после того как Гарри похихикал и успокоился, то подумалось ему с чувством удовлетворения: «Ну, хорошо хоть рвануло не просто здорово, а очень здорово. И даже без всякой магии».

Кстати, шляясь по территории Британии, как самое разыскиваемое лицо он не только с места на место перемещался, разыскивая хоркруксы и устраняя, при случае, тех кто на него охотился, но и умные книги читал. Перемещался он, кстати, в этом варианте поттерины, в одиночку. А всё потому что когда дедушку Альбуса завалили к концу его шестого курса, то у Гарри как озарение случилось и понял он вдруг, что далеко не все его друзья таковыми являются, как и то, что для Дамблдора он, по сути, шахматная фигура. Вот и решил он, что отныне не фигурой, а игроком быть попробует.

А ещё, в силу обстоятельств, оказавшись в «Ракушке», коттедже Билла и Флёр Уизли, Гарри у него много чего про эти самые хоркруксы выяснил. Билл был старшим из сыновей большой рыжей семейки, работал разрушителем проклятий и по долгу службы с ними сталкивался, конечно. А ещё Билл рассказал, что шрам Гарри очень уж похож на запирающую руну, но если добавить к ней пару чёрточек, то она из замка закрытого превратится в замок открытый.

Ну, а Гарри спросил возможно ли создать хоркрукс внедрив часть души в живое существо? Были уже у него на тот момент подозрения, что сам он таковым является. На что, подумав, Билл сказал, что теоретически такое возможно. «Правда, — добавил он в конце рассказа, — нецелесообразно это. Умертвить-то такой живой объект очень даже запросто. К тому же, недолговечными они получаются, потому что душа и магия носителя просто вытолкнет осколок чужой души как инородное тело. Это конечно если запор не сделать. А вот если сделать, то постепенно организм носителя травиться будет, как например если бы ему мышьяк ежедневно в еду подмешивали. Поэтому, срок жизни такого носителя тоже совсем недолог будет, лет примерно двадцать, не более. Но если найдётся какой-то идиот и добровольно впустит в себя чужой дух, то срок его жизни уменьшится примерно до года. При этом его тело, практически, будет заживо разлагаться». «Да это же как Квиррелл сделал, в своё время, — подумал Гарри, — ведь добровольно впустив в себя оставшуюся часть Волди, он, по сути, создал из себя хоркрукс».

— А скажи-ка вот ещё что, — уточнил ещё Гарри, — а может ли, если процесс разложения зашёл пока ещё не слишком далеко, осколок чужой души самостоятельно покинуть тело носителя?

— Нет, это возможно только после его смерти, потому что носитель поместил в себя осколок чужой души добровольно, тем самым заперев его в себе, — ответил Билл.

А ещё он добавил, помахав палочкой, что на магическом ядре Гарри присутствует специальный блок, которым родители магию своих детей ограничивают если у них дофига её. И, обычно, к одиннадцати годам его снимают. Но на его ядре этот блок почему-то до сих пор остался. И снова невольно возникал вопрос, ведь если у него уровень магической силы с блоком не самый маленький получился, то насколько сильным он был бы без него? Но, самое главное, почему его так и не удалили? И ещё добавил Билл, что в случае с Гарри, удалять блок сейчас будет уже нецелесообразно и даже очень опасно. Потому как рванёт и от какого-нибудь Литтл Уингинга, например, только развалины останутся.

Единственное, о чём ещё не сказал Билл, непонятно по какой причине, что Гарри сам хоркруксом является. Но вот почему он промолчал было неясно, то ли думал что Гарри сам об этом знает, то ли не захотел его расстраивать лишний раз. А может и по какой-то другой причине, например, по чьей-то настоятельной просьбе. И это, кстати, тоже было одной из причин по которой Гарри, узнав что он хоркрукс, устроил «Большой Бум». Ну, потому что жить ему недолго оставалось.

И уже сидя в вагоне поезда, отъехавшего от призрачного вокзала Кингс-Кросс, он пришёл к выводу, что если бы некоторые взрослые были хоть чуточку ответственней, то по другому события могли бы пойти. Но, не зря говорится, что история не знает сослагательного наклонения, поэтому и получилось всё так, как получилось. После чего его разморило и он погрузился в сон. Но, прямо перед тем как уснуть у него мысль мелькнула. «Странно, — подумалось ему, — ведь если я умер, то спать-то мне почему хочется?». А когда проснулся, то оказался на станции, где его пригласили в какой-то офис и сделали ему предложение от которого он не стал отказываться.

Кстати, почему я так подробно об этом рассказываю? Да потому что я тоже присутствовал в этом самом офисе в этот момент и где мне предложили самому Поттером поработать, так сказать. Типа, дали ещё один шанс жизнь прожить. Там-то я всё это и узнал, от самомго Поттера, а когда я спросил зачем мне эта информация, то Жнец меня и спросил, а не хочу ли я ещё пожить, сохранив при том некоторые воспоминания и жизненный опыт и новый, свой собственный вариант поттерианы забабахать.