Мышка (джен)

Холодное сентябрьское утро 1943 года. Хогвартс Экспресс прибывает на платформу «Хогсмид». Вокруг уже началась привычная суета: младшекурсники носятся по платформе в поиске своих питомцев,а старосты бегают по платформе в поисках младшекурсников. Из единственного вагона — купе выходит элита Слизерина: идеально выглаженная форма, холодный взгляд, высоко вздернутые подбородки, острые скулы, одним словом аристократы. Остальные студенты Слизерина лишь плетутся позади, сгорбившись, понимая свою никчемность перед ними. Во главе них — староста факультета Слизерин, тот, кого уже боятся, кого уже предпочитают сторониться, но при этом желают завоевать расположение. Том Марволо Реддл. Тот, кем восхищаются профессора, пророчат карьеру в Министерстве, тот, кому хотят служить. Он идеален для всех учеников, учителей, но не для нее.

— Эй, Блэк, как там твоя сестра? — голос Рудольфуса Лестрейнджа разрезал тишину, низкий, хриплый. Он был верным слугой Тома, низкого роста, но зато глаза его были хитрыми и невероятно жестокими. — Слышал, собирается отречься от рода. Позорище, — посмеиваясь, добавил Лестрейндж. Он был резок в своих заявлениях, из — за чего не раз получал недовольные взгляды от Тома.

— Это неправда, пока еще, — сквозь зубы процедил Альфард Блэк. — Эмили просто не понимает, какое место в магическом мире она занимает! Так что заткни свою вонючую пасть, Рудольфус! — прокричал Альфард, в его глазах плясала нескрываемая ярость, которая была столь нехарактерной для него. Он был очень умен, харизматичен, да еще и из чистокровной семьи, очевидно, что все девушки засматривались на него, хотя у него был конкурент в этом плане. Несмотря на то что Альфард находился в одной компании с Томом Реддлом, тот предпочитал сторониться старшего представителя семьи Блэк. Ему казалось, что Альфард скрывает что-то, возможно, данные о своей семье, ведь не просто так он всегда молчит и оглядывается на вагон барсуков? Но ведь все тайное становится явным?

Том Реддл слушал этот разговор только одним ухом, особо не вникая в него. У него нет времени на семейные драмы. Ему своим проблем хватает по горло, особенно после того, как он получил «Выше ожидаемого» за СОВ по Прорицанию, из-за чего его репутация чуть запятнилась. Он был знаком с Эмили Блэк только из-за того, что она является старостой Пуффендуя, ничего больше. Она просто такая же как все. Дружелюбная, глупая, слабая пуффендуйка. От этих мыслей Том холодно усмехнулся и кивнул головой в сторону кареты. Вся свита потянулась за ним.

Карета ехала по грунтовым дорогам, которые были размыты из-за вчерашнего ливня. Карету нехило заносило, что заботило всех, кроме Тома, он смотрел в окно, задумавшись. Он вглядывался в очаровательный пейзаж за окном: на фоне свинцово-серого неба растянулась радуга после дождя, редкие лучи солнца пробегали по зеленой траве, которая уже начала желтеть, как и положено осенью. Но вдруг, лучи солнца окончательно скрылись за плотными тучами, радуга исчезла так же внезапно, как и появилась, начался дождь. Стало тоскливо и темно. И только Том хотел вернуться в диалог со свитой, как он заметил среди мощных стволов тонкий силуэт, который быстро исчез из его поля зрения. Может это зверь? Нет. Это точно не зверь. По спине Тома пробежал холодок, такой знакомый… Это был не страх, а предчувствие. И кажется он понял, что этот год будет труднее, чем предыдущий. Он будет переломным.

* * *

1943 год, май.

Эмили Блэк успешно сдала СОВ, правда не все предметы на «Превосходно». Она сдала Зельеварение на «Удовлетворительно». Собственно говоря это не было неожиданностью для нее, ведь ни для кого не было секретом, что профессор Слизнорт недолюбливал ее из-за факультета, на котором она находилась, но сколько было шума! Он даже отчитал ее на уроке перед всеми за оценку по СОВ. Но Эмили было все равно: она предпочитала не высовываться на его уроках, а просто делать поставленную задачу, чтобы не получить «тролля», ведь остальное ее не волновало. Как и Том Реддл, который был любимчиком профессора Слизнорта и который постоянно выходил к доске со своими безупречными зельями и вызубренными рецептами. А профессор хвалил его, ставил в пример и даже сказал, что планирует сделать клуб по зельеварению для «отстающих», который будет вести Том. Эмили не была в восторге от этого, ведь было очевидно, что она попадет в список «отстающих», а тратить свои личные часы после уроков на Зельеварение ей очень не хотелось.

На ужине Эмили сидела вместе со своей подругой: Миртл Уоррен, которая была обладательницей черных длинных волос, круглых очков с толстыми линзами, стройного телосложения и формы Когтеврана. Девочки познакомились давно, когда еще обе были младшекурсницами: Эмили разбила бокал Миртл, а та начала плакать так, будто оплакивает всех своих родственников. Эмили лишь усмехулась и с помощью одного взмаха палочки восстановила бокал. Собственно, именно после этого девочки подружились. Их дружба казалась странной для всех, кроме них самих.

Эмили никогда не думала, что такой замкнутый человек, как Миртл, может быть очень интересным, но вскоре убедилась в этом сама. Миртл делала из себя на публике глупую, беспомощную девочку, хотя, по мнению Эмили, таковой не являлась. Конечно, излишнюю плаксивость и ранимость Миртл она не отрицала, но то, что Миртл глупая, сказать было однозначно нельзя.

Сейчас они сидели в большом зале, который был украшен пышно: роскошные скатерти, цвета карамели, потолок, который создает иллюзию ночного звездного неба, золотые канделябры, прикрепленные к стенам, летающие шарики из света, созданные самим профессором Дамблдором. Четыре стола для факультетов и один преподавательский стол, стоящий перпендикулярно им, были так же украшены, но только вкусными блюдами, что говорило об окончании учебного года. По залу разливалась приятная классическая мелодия, которая ласкала уши, царила приятная атмосфера радости и приближения летних каникул. Но Эмили испытывала эффект дежавю, будто что-то должно произойти сегодня. В сердце затаилась тревога, необъяснимая, липкая, как пол, на который пролили сладкий сок; она сидела за столом и даже не притронулась к еде. Такие предчувствия были не впервые. И что самое страшное — они сбывались.

— Эмили, с тобой все в порядке? Выглядишь так, будто сейчас упадет метеорит, — высокий, даже можно сказать писклявый голос Миртл вывел Эмили из раздумий.

— А? Да, все нормально, просто… душно тут, — произнесла Эмили неуверенно и задумчиво.

— Ты уверена? — взволнованно сказала Миртл, будто знала, откуда росло беспокойство в Эмили. Она придвинулась ближе к Эмили, отодвинув тарелку в сторону. — В последнее время ты часто пропадаешь по вечерам у профессора Дамблдора и отказываешься гулять со мной! У тебя что-то случилось?

— Я не знаю, но я будто чувствую, что произойдет что-то плохое сегодня! — немного повысив голос, сказала Эмили, посмотрев на Миртл краем глаза. Она была напряжена: тревога не давала расслабиться и наслаждаться пиром. Даже ее любимый десерт лежал нетронутым.

— В нашей школе все чаще стали происходить нападения, вот и ты волнуешься, да? — тихо сказала Миртл, посмотрев на Эмили.

Эмили не ответила: она обвела взглядом весь Большой зал, ища предполагаемый источник тревоги. Миртл интуитивно посмотрела в ту же сторону, что и Блэк-младшая, и увидела, как Том сидел рядом с очаровательной брюнеткой — пятикурсницей, Грейс Макмиллон, шептал ей на ухо что — то, от чего ее молодые пухлые щечки густо покраснели; но Том продолжал: с идеальной обворожительной улыбкой заправил прядь кудрявых каштановых волос Грейс ей за ухо. Это выглядело так по — настоящему, что она, без ума влюбленная в Старосту школы когтевранка, поверила в это.

— Видишь? — тихо прошептала Эмили. — Сегодня он другой: флиртует, слишком много говорит… Знаешь,Миртл, что-то мне это не нравится, надо не спускать с него глаз, — Блэк сказала это на ухо Миртл ровным и твердым голосом, ведь внешне Эмили не была похожа на волнующуюся подругу. Поэтому она не заметила подавленное состояние Миртл, когда упоминула Тома Реддла.

— Мне нужно уйти, я пойду в библиотеку, — сказала Миртл уже дрожащим голосом, ее сердце в этот момент разбивалось на куски. На что я надеялась? Идиотка. С такими мыслями Миртл встала из-за стола, схватила свою тряпичную сумку, вдобавок захватив еще платок из-под столовых приборов.

— Ты куда собралась? Уже поздно, одной ходить по коридорам опасно, тем более ты идешь не в библиотеку, можешь даже не пытаться врать мне, что-то не так?... Я могу пойти с тобой и проводить тебя до комнаты, ведь я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — ответила Эмили мягко, но твердо, уже вставая из — за лавки, чтобы пойти вместе с Миртл.

— Мне надо побыть одной, пожалуйста, оставь меня сейчас! Я обещаю, что пойду сразу в комнату, — голос Миртл дрожал — Эмили не поверила ее словам, но решила оставить ее в одиночестве. Когтевранка пошла на выход из большого зала, не оборачиваясь, а Эмили смотрела вслед и ощущала, что возможно не стоило отпускать Миртл одну. И это ощущение становилось все более сильным…

Пока Эмили думала об этом, она упустила момент, когда Том Реддл исчез из Большого Зала, оставив от себя только свою свиту: Альфарда Блэка, братьев — Лестрейндж, Эйвери, Розье и т.п. Она мысленно отругала себя за это упущение, но после нескольких секунд встала с места и пошла по направлению Башни старост.

Эмили прошла мимо гостиной Пуффендуя, которая находилась на первом этаже рядом с кухней, на которой готовили эльфы. Эмили часто заглядывала туда, в поисках чего-нибудь вкусненького, собственно говоря, сегодняшний день не был исключением. Она зашла на кухню, которая была оформлена в серых тонах, по помещению струился запах выпечки, от которого текли слюнки. Эмили попросила приготовить для нее шоколадный кекс, а сама уселась на стул, который стоял рядом с выходом из помещения. Спустя некоторое время она вышла из кухни с кексом и направилась уже непосредственно в Башню Старост. В гостиной стоял камин, который хорошо согревал помещение, рядом с ним — несколько кресел в мягкой бархатной обивке, царила атмосфера домашнего уюта и спокойствия. Эмили поднялась по лестнице к себе в комнату. Ее комната была выкрашена в светло-желтый цвет, навевающий умиротворение. Так же в комнате стояла некоторая мебель: маленькая кровать у стенки, выполненная из массива кедра, большой письменный стол, расположенный перпендикулярно окну, шкаф с одеждой и прикроватная тумбочка с гербом семьи Блэк.

Эмили приняла душ и переоделась в пижаму, уселась на кровать с книгой, решив подтянуть зельеварение. Первые двадцать минут она действительно вникала в рецепты и малейшие подробности, но потом она жутко захотела спать и даже, не успев убрать книгу, буквально провалилась в сон.

* * *

Старая женская уборная на 3 этаже. Запах затхлой воды, которая струилась будто из-под земли. Женский плач, до боли похожий на Миртл. Дверь ее кабинки была закрыта. В туалете было темно, окно было открыто нараспашку, впуская лунный свет. Дул сильный ветер, в туалете было холодно. Раздались чьи-то тихие ровные шаги, которые неумолимо приближались к уборной. Эти шаги нельзя было перепутать ни с чьими другими, это мог быть только он. Том Марволо Реддл.

Он зашел, в идеально выглаженной форме Слизерина, с приглаженными темными волосами, которые обычно завиваются, закрыл за собой дверь и прислушался. Том прошел в глубь уборной, остановившись прямо напротив кабинки Миртл. Он не торопился. Но даже через дверь она могла почувствовать его присутствие. Резко похолодало. Окно захлопнулось с громким звуком. Его тень скользнула ближе, загораживая лунный свет. Было слышно только тихое дыхание в темноте. Том резко и даже грубо открыл дверь кабинки и холодно усмехнулся, Миртл могла видеть только его силуэт, темный, высокий, могущественный… А его похоже это забавляло.

— Что же делает малышка Миртл в уборной в такое время? — наигранный жалостливый голос Тома разрезал рыдания Миртл и заставил ее вернуться в реальность. Его темно-карие глаза смотрели прямо в ее, не отрываясь.

— Уйди, прошу, — прошептала Миртл, все еще захлебываясь в своих слезах. Она попыталась встать, но Том жестко остановил ее одним взмахом палочки. Ее тело будто парализовало, она была в полной власти Тома. Ей стало дурно. В его глазах плясал интерес, не к персоне Миртл, а к тому, что он планировал сделать сейчас. Миртл почувствовала животный страх, впервые за всю свою жизнь настолько сильный…

— Не так быстро, грязнокровка Уоррен, не волнуйся, тебе понравится то, что ты увидишь, ведь ты любишь разгадывать тайны, не правда ли? Особенно мои, — Том произнес это уверенно, словно он уже расписал судьбу Миртл поминутно. Он развернулся и подошел к раковине, через зеркало над ней Миртл могла увидеть его лицо, такое красивое, идеальное… И спустя пару минут тишины Том заговорил на парселтанге. Шипящие, кряхтящие звуки разливались по всему туалету, навевая ужас на Миртл еще сильнее. Она чуть сильнее забилась в угол, насколько это позволила магия Тома, ее сердце готово было выпрыгнуть из груди прямо сейчас.

Из трубы раковины что-то вылезло с характерным хлюпаньем, Том отошел в сторону, как исследователь, который нашел подходящий образец для эксперимента. Его ледяной пустой взгляд, который будто понижал температуру во всем помещении, остановился на Миртл. Запах сырости стал явнее, а Миртл заметила, как что-то большое зеленое проскользнула мимо кабинки, с большим гребнем светло-зеленого цвета. В следующее мгновение она ощутила пристальный взгляд со стороны, но не решалась обернуться.

— Повернись, малышка Миртл, тебе понравится увиденное, обещаю, — ужасающе ласково прошептал Том. Он наслаждался зрелищем. Он знал, что произойдет.

И тогда она обернулась, медленно и неуверенно, словно сомневалась до последнего, но сдалась под ласковым тоном своего возлюбленного. Миртл увидела морду неизвестного ей древнего существа прямо перед своим лицом, испугалась до смерти, ее сердце готово было остановиться прямо сейчас. А потом Миртл посмотрела существу в глаза, желтые, как два янтаря с вертикальными зрачками, такие завораживающие, необычные… Она настолько была увлечена ими, что не заметила, как Том что-то прошептал на Парселтанге, а в следующее мгновение змей резко пополз на нее…

Раздался треск. Короткий вскрик. Хруст костей шеи.

Все произошло очень быстро.

Том Реддл стоял, как завороженный и смотрел на эту картину, даже не пытаясь остановить змея. Он казался довольным, как будто ему подарили поместье Малфоев. Он не чувствовал угрызений совести. Наоборот, он понял, что нашел способ избавиться от маглов в магическом мире. И это открытие вызвало у него кратковременную улыбку. Холодные черные глаза будто стали еще темнее, кожа — еще бледнее. Окно снова резко открылось. Подул ветер, запах крови начал рассеиваться. А лунный свет снова просочился в помещение, освещая бездыханное тело Миртл, с неестественным положением шеи.

— Жаль, что ты не поняла сути, Миртл, — зловеще прошептал Том и закрыл дверь кабинки. Его шаги стали удаляться, он уходил в темноту коридоров. И ему не было совестно за содеянное. Он сделал то, что хотел.

* * *

Эмили просыпается с пронзительным воплем. Она тяжело дышит и пытается сфокусироваться. Как хорошо, что я живу одна. Она открыла шторы резким движением рук, впуская солнечный свет в комнату. Эмили умылась и привела себя в порядок, схватила сумку и побежала на завтрак. Может это просто переутомление? И ничего не произошло? С такими мыслями она забежала в большой зал и уселась на место в правом углу за столом Пуффендуя.

Начался завтрак. Эмили ела неспеша, то и дело поглядывая на стол Когтеврана, одно место которого пустовало. Миртл. Эмили вспомнила свой сон, который отложился в памяти, как будто это произошло наяву. По ее спине снова пробежал холодок, а к горлу подкатил ком. Директор Диппет встал зачем — то со своего места. Эмили поняла, что что-то произошло. И кажется она знает, о чем пойдет речь.

— Сегодня утром, в женской уборной на 3-ем этаже нашли тело Миртл Уоррен, пятикурсницы с Когтеврана, обстоятельства смерти выясняются, — твердо и громко произнес директор Диппет.

Больше слов Эмили Блэк не слышала, она поняла, что произошло. Ей стало дурно: перед глазами все поплыло, а дыхание сбилось. Эмили прекрасно понимала, кто за этим стоит, но раскрывать это сейчас было бессмысленно, поэтому она решила подождать, собрать улики… Хочешь поиграть в кошки — мышки, Том? Но вот пока коты буйствуют, мыши ждут подходящего момента.

Игра началась.

* * *

Эмили шла сквозь сырой лес, полный буреломов, оврагов, ям. Она спотыкалась и падала в лужи, но продолжала идти, несмотря ни на что. Ее руки были в ссадинах, ветви больно били по лицу, сапоги хлюпали от воды, скопившейся в них. Наконец, Эмили вышла на опушку, рядом с дорогой, которая вела в Хогвартс. Дорога была грунтовой, размытой и кривой, на ней запросто можно было улететь в кювет, что, собственно, не раз случалось с несколькими каретами. Руки Эмили приобрели синевато-белый оттенок: вскоре она почти полностью перестала чувствовать их.

Эмили стояла около высокого дуба, с зелено — желтыми листьями, наблюдая за проезжающими мимо каретами. Листопад усилился. Теперь в ее плаще были красно-желтые листья клена, росшего недалеко от дуба. Она ждала определенной кареты.

Прошло около часа, дождь усилился, но она все еще стояла около дуба. Теперь это был не просто дождь, а настоящий ливень, который поглощает всю сухость на своем пути. Плащ Эмили уже полностью промок, а кленовые листья прилипли к телу. Она смотрела вперед, в лужи, находящиеся посреди дороги, будто пыталась понять, что находится на самом дне. Вдруг, она увидела карету, которая отличалась от остальных. Она была черного цвета, украшенная серебряными завитушками, которые были вырезаны из дерева. Карета мчалась быстрее, чем предыдущие, что не осталось незамеченным Эмили. Очевидно, что в ней был Староста школы — Реддл. Она достала старый бинокль из своей сумки и прислонилась к дубу, аккуратно выглянув из-за него. Эмили начала следить. И в тот момент, когда карета промчалась мимо нее, окатив ее грязной водой, смешанной с землей, она встретилась взглядом с ним через бинокль. На миг Эмили показалось, что его взгляд, который был холодным, как лед, стал заинтересованным на доли секунды?

Эмили поняла, что он заметил ее. Но опознал ли? Нет. Он увидел лишь силуэт около старого дуба, который просто вызвал минутное любопытство. Ему нет дела до таких мелочей, скорее всего. Эмили смотрела вслед уходящей карете, которую периодически заносило, сердце забилось чуть сильнее. От чего? Тяжело вздохнув, Эмили убрала бинокль в свою насквозь промокшую сумку и по грязной дороге поплелась в Хогвартс, под дождем, в сумерках. Она шла и шла, дорога будто не кончалась. Поднялся сильный ветер и холодные капли летели прямо в лицо Эмили. Начало смеркаться. Что случилось? Я же шла по дороге…Эмили оглянулась по сторонам и закричала от ужаса, на нее медленно ползла стая огромных змей, будто вылезших из — под земли. Длинные зеленые существа с отвратительными на вид гребнями бесшумно передвигались по опавшей листве, создавая иллюзию одиночества для Эмили. Единственное, что выдавало их присутствие — ярко красные глаза, будто наполненные кровью предыдущих жертв. Змей с каждой секундой становилось все больше, они стекались в один комок и медленно ползли на Эмили. Она не знала, что делать и куда бежать, но она даже и не подозревала до этого момента, что попала в ловушку хладнокровных существ еще до того, как зашла в лес.

Стало совсем темно. Эмили осталась без возможности видеть, со всех сторон доносилось шипение змей и постепенно некоторые из них начали подползать ближе, так же бесшумно — Эмили даже не понимала, насколько плохо дело. Вдруг она почувствовала касание чего-то склизкого и холодного на своей ноге, она вздрогнула и попыталась двинуть конечностью, но змея только сильнее начала обвиваться вокруг ее ноги, пережимая сосуды, тем самым причиняя боль. Шипение становилось громче, она не понимала, змеи приближаются или готовятся напасть? Ее сердце забилось в бешеном темпе, страх за свою жизнь начинал побеждать над логикой, тем самым Эмили пыталась вырваться из мертвой хватки, бессмысленно тратя силы. Змеи обвили ее конечности, тем самым обездвиживая полностью свою жертву. На ее лице появилась гримаса полного отчаяния. Эмили изредка ощущала прикосновения языков к своей коже, будто ее готовили к сдачи крови — она чувствовала это. Беспомощность. Ей казалось, что это конец, из такой ситуации просто нет выхода…

Внезапно Эмили ощутила темный вихрь чего-то неизведанного внутри себя, будто вся ее боль, отчаяние, схлопнулись в один комок, который готов был вырваться наружу из глубины души. Она закрыла глаза и закричала, освобождая себя от тяжелой ноши на мгновение. Темная волна магии пронеслась по лесу, оглушая всех животных на своем пути, в том числе и змей. Глаза зверей стали безжизненными, стеклянными, будто они замерзли насмерть. Ветер стих. Листья перестали падать. Все будто замерло на пару минут. Эмили пыталась осознать, что только что произошло, но давалось это ей с трудом. Единственное, что она поняла, это то, что ее магический потенциал куда больше, чем она когда — либо предполагала. Эмили не удержалась на ногах и рухнула на землю, ее ноги и руки болели от длительного отсутствия циркуляции крови в них. Ей хотелось спать. Сильно. Но Эмили все же поднялась, опираясь на дерево, подняла сумку, которая полностью была разорвана. Она взяла все вещи в руки, оттолкнулась от ствола клена и пошла по той же дороге, которая теперь была больше похожа на реку из листьев, оглушенных змей и воды. Эмили ускорила темп, стараясь успеть к ужину, хотя сначала ей предстояло отчитаться перед деканом…