Rurouni Kenshin: Выстрел в Мицуяме. Пули и волны (джен)

— Ну сколько нам ещё ехать, — тоскливо провыл Яхико, бессильно откидываясь на мешок с поклажей.

Колёса телеги умиротворяюще поскрипывали. Ветер ласково колыхал траву вдоль дороги, превращая её в волны зелёного моря. Почти неотличимые от тех, что бились далеко внизу — волны настоящего моря.

— Хватит ныть, — отрезала Каору. — Если бы не ты, мы бы не опоздали на поезд и уже давно были бы в Мицуяме. Между прочим...

— Если бы не я? — Яхико едва не подскочил на месте и, сжав кулаки, набычился в сторону учителя. — А кто вообще решил, что пока есть свободный часик, можно зайти за лентами в Осаке? Да если бы не ты, мы бы вообще...

— А при чём тут мои ленты, если это тебя потянуло проверить, а что будет, если...

Каору тоже в раздражении сжала кулаки и угрожающе склонилась над мальчишкой. Теперь они едва не сталкивались лбами.

— Нет причин для ссоры, всё нормально, — примирительно произнёс Кеншин, с улыбкой кося через плечо. — Не так уж много времени мы потеряли. К вечеру будем на месте, вот что я скажу.

— К вечеру? — в ужасе воскликнули Каору и Яхико, одновременно развернувшись в сторону Кена. Кажется, от ужаса они даже позабыли о своей перепалке.

Мегуми заливисто засмеялась.

— Можете ещё немного покричать, — предложила она, с улыбкой принимаясь копаться в дорожной сумке. — А я пока устрою Кенни обед. Как раз остался последний онигири. Ему нужны силы, чтобы до самого города управлять повозкой и довезти вас, балванов, в целости и сохранности.

— Я сейчас скину тебя с телеги, Мегуми, — прошипела Каору сквозь зубы. — Сано ждёт нас со вчерашнего вечера, между прочим. И не стыдно тебе...

— Смотрите-ка, — неожиданно вклинился Кеншин и указал ладонью, не отпуская вожжи, куда-то вперёд. — Кажется, добрым людям нужна помощь, однако.

Все замолчали и уставились туда, куда он указывал.

Яхико поднялся и оперся ногой о бортик телеги.

— С чего ты решил, что они добрые? — удивлённо спросил он.

— Человек с двумя детьми вряд ли злоумышляет что-то так далеко от цивилизации. Тут почти никто не ездит. Теперь все пользуются поездом, вот что я скажу, — улыбнулся Кеншин.

— Вот именно, — подхватила Каору, приложив руку к глазам козырьком.

Телега их замедлилась. Усталая старая кляча уже почуяла траву и тянула морду к обочине, прямо на ходу сщипывая подсыхающую зелень.

У дороги виделись три фигуры.

Прямо на обочине сидел мужчина в чёрных самурайских хакама и плотно запахнутом тёмном хаори. Лицо его скрывалось в тени от широкополой амигасы. Ветер трепал по спине длинные чёрные волосы. Мужчина лениво курил тонкую заграничну папиросу. Рядом с ним стоял подросток лет шестнадцати. Его одежда полностью повторяла одежду мужчины, только вместо амигасы голову украшала красная повязка. Сын? Возле них суетился щуплый, дочерна загорелый мальчишка. Его отличал только синий вместо чёрного цвет одежды и синяя же повязку на голове.

Рядом с ними на боку валялась старенькая деревянная рияка. Одно колесо у неё отвалилось, и теперь мальчишка пытался приладить его обратно.

Завидев приближающихся путников, подросток что-то негромко сказал мужчине. Тот поднял голову, лениво покосившись в сторону дороги, и едва шевельнул губами, делая затяжку.

— Эй! У вас всё в порядке? — закричала Каору, когда телега остановилась в десятке шагов от людей.

Подросток вышел навстречу компании Кеншина.

Кеншин смотал повод, спрыгнул с телеги и подал руку Каору. Та, подобрав подол кимоно и обхватив его пальцы, тоже ступила на землю.

— Вам нужна помощь, однако? — поинтересовался Кеншин, выходя вперёд.

Яхико тут же соскочил следом и широкими шагами догнал его.

— Благодарю, что не проехали мимо, — парень с красной повязкой коротко, но вежливо поклонился. — Но не знаю, чем вы могли бы помочь. У нашей рияки треснула ось и отвалилось колесо. Мы просто отдыхаем, чтобы продолжить путь пешком.

— Ого! — восхитился Яхико. — Она у вас сгнила, что ли?

Парень смерил Яхико холодным взглядом. Лицо его казалось более непроницаемым и неприветливым, чем слова.

— Это плохо, однако, — отозвался Кеншин. — Куда вы держите путь?

— В Мацуяму, — отозвался парень.

— Тогда считайте, что вам повезло. Мы тоже едем в Мацуяму, — улыбнулась Каору, останавливаясь рядом с Кеншином. — Мы можем вас подвезти!

Кеншин кивнул и посмотрел парнишке за плечо. Мужчина на обочине всё так же сидел, и только сигарета в его пальцах всё ещё тлела. А мальчик во все глаза смотрел на Кеншина. Поймав его взгляд, он сжал губы и отвёл глаза. Кеншин некоторое время смотрел на него, и уголок его губы дёрнулся.

— О, я не уверен, что это вам будет удобно... — подросток между тем смутился. — У нас есть поклажа...

— Как тебя зовут, однако? — Кеншин перевёл внимательный взгляд на мужчину в амигасе.

— Хизока, — отозвался парень.

— С твоим спутником всё в порядке? — спросила Каору. — Не очень-то вежливо сидеть и не обращать на нас внимания, когда мы предлагаем помощь.

— Вот именно! — нахмурился Яхико. — Эй, ты! Не хочешь хотя бы поздороваться?!

Хизока нахмурился.

— Не нужно грубить учителю, мальчик, — предупреждающе проговорил он. — Учитель не обращает внимания на наглецов, но я — обращаю.

Яхико подобрался и насупился.

— Грозить вздумал? Тебе давно никто не отвешивал здоровских затрещин? Такой же хам, как твой учитель! Мы вам...

— Яхико! — угрожающе начала Каору.

— Тише, тише, — Кеншин примирительно положил руку на плечо мальчишки. — Не нужно начинать ссору без причины.

— Без причины? Да он... — возмутился было Яхико и тут же недовольно дёрнулся, получив от Каору подзатыльник.

— Но если желаешь подраться, то начни хотя бы с равного себе, — Хизока гордо вскинул подбородок. — Хотя даже Эйджи разделает тебя под орех.

Взгляды компании непроизвольно скользнули за его спину, туда, где стоял хмурый загорелый мальчишка. Оружия при нём не было.

— Ты! Да... — начал Яхико, который совершенно точно не мог такого стерпеть.

— Хизо, — вдруг послышался резкий оклик, и Хизоко чуть склонил голову, замолкая. — Это было глупо.

Мужчина наконец смял дотлевшую сигарету пальцами и поднялся. Он оказался высоким и худым, будто даже нескладным. Фигура его была далека от фигуры силача, но сквозило в его движениях что-то резко-опасное. Оружия при нём было не заметно, кроме одного кодачи, что торчал, небрежно заткнутый за пояс. Это определённо был не просто путник.

Тёмные глаза сверкнули из-под шляпы.

— У нас нечем заплатить вам, — отозвался мужчина, приближаясь к компании. Голос его был негромким, но ясным. Рука, худая и мозолистая, легла Хизоке на плечо. — И ценностей никаких тоже не имеем.

— Простите, Кио-сенсей, — тихо повинился Хизоко, когда учитель приблизился к нему. Тот только неопределённо дернул щекой.

— Вот видишь, болван! Так ведут себя с учителем! — зашипела где-то за спиной Кеншина Каору.

— Мы не грабители какие-то, — качнул головой Кеншин. — Нам не нужно от вас ничего, однако.

Тонкие губы Кио изогнулись в благодарной улыбке.

— Что ж. Простите нас за подозрительность, — он примирительно поклонился Кеншину и Каору. — Даже такая безлюдная дорога может быть опасной. Если вам будет удобно, мы будем благодарны за помощь.

— Конечно, — улыбнулся Кеншин. — Давайте заберём ваши вещи, вот что я скажу.

Мегуми, что до этого молчала, протянула Кио фляжку с водой.

— Напоите детей. В такую жару можно заработать обезвоживание.

— Благодарю, — Кио поклонился и молча передал флягу Хизоке.

— Эй, мелкий, — Хизока тут же направился к младшему из их компании.

Яхико проводил парня испепеляющим взглядом. Эйджи выглядел его ровесником, и очки Хизоки в глазах Яхико всё падали и падали.

Поклажи, вопреки обещаниям, оказалось немного. Они переложили только два скромых дорожных мешка да Кио поднял с земли длинный и довольно толстый свёрток с плечевым ремнём, который, впрочем, тут же закинул за спину. Несчастную рияку оттащили от дороги да так и оставили. На телеге стало заметно теснее, но лошадь всё ещё могла тянуть её быстрее человеческого шага.

— У вас в Мицуяме какие-то дела? — спросила Каору, устроившись на своём месте.

Мальчики расположились на полу, а Кио сел рядом с Кеншином на длинные козлы, но спиной к дороге. Вероятно, он ожидал, что с ним захотят повести разговор, и устроился так, чтобы видеть всех собеседников.

— О, если отдых можно назвать делами, — он приветливо улыбнулся, чуть склонив голову набок. — Мы едем посмотреть на Дого Онсэн.

— Серьёзно? — обрадовалась Каору.

— Да ладно, — не выдержал Яхико.

Мегуми тихо засмеялась.

— М? — Кио перевёл удивлённый взгляд на Кеншина возле себя.

— Мир полон удивительных сюрпризов, — улыбнулся Кеншин. — Мы тоже едем в Дого Онсэн, вот что я скажу.

* * *

К вечеру все, конечно, ужасно устали. У новых попутчиков нашёлся некоторый запас рисовых шариков, на удивление — даже по-разному вымоченных. И дискуссия о методах приготовления стала для всех неожиданностью.

— Фкуфно! Пофти как у Мегуми! — запихивая в рот последний (или нет?) шарик, доложил Яхико.

Хизока смерил его недовольным взглядом, но промолчал.

— Кио-сенсей, — негромко позвал он. — Поешьте тоже. Тут ещё осталось.

Парень протянул бумажный свёрток с оставшимися двумя шариками учителю.

Кио качнул головой. Он сидел, глядя в пол, и почти не шевелился. Лишь изредка поправлял амигасу, чтобы солнце не попадало в лицо.

— Я не голоден, — отказался он. — Лучше отдай Каору-доно и Эйджи.

— А мне?! — тут же возмутился Яхико.

— А ты и так слопал большую часть, — отрезала Каору. — Кеншин? Будешь?

— Если не хотите, отдайте Яхико, — отозвался Кеншин. — Его организму требуется много энергии, однако.

— Вот именно! — довольный Яхико тут же стащил с бумаги последний шарик.

— В самом деле очень вкусно. Ты сам это готовил? — спросила Мегуми, сворачивая остатки позднего ужина и убирая жирную бумагу в сумку.

— Я? — удивился Хизока. — Нет, что вы. Это Кио-сенсей.

— Ну надо же. У вас определённо золотые руки, Кио-сан, — улыбнулась Мегуми.

— Хизоке и Эйджи необходимо хорошо питаться, чтобы иметь силы на сложные тренировки, — задумчиво проговорил Кио. Он был мыслями будто где-то не здесь, а взгляд его бездумно скользил по однообразному морскому горизонту.

— Вот как надо готовить, Каору, — гнусаво пропищал Яхико, передразнивая недавнюю реплику девушки.

Каору, которая всё это время слушала молча и потихонечку закипала, справедливо ожидая шуток в свой адрес, наконец не выдержала.

— Сколько раз повторять, не нравится — ходи голодный! — взорвалась она и отвесила Яхико смачный подзатыльник.

— Вместо того чтобы повторять одну и ту же ерунду, уже давно бы научилась у Мегуми нормально готовить! — не остался в долгу мальчишка. — Даже Кеншин и вот этот тип справляются лучше!

— Вот и живи тогда с этим типом, раз так!

— Кстати, — тактично вклинился Кеншин, покосив глазом в сторону сидящего рядом с ним Кио. — Вы занимаетесь с учениками кендзюцу?

— Можно сказать и так, — отозвался Кио. Все замолчали, прислушиваясь. — У меня... своя техника.

— Понимаю, — Кеншин кивнул. — Не волнуйтесь, мы не будем лезть в ваши секреты, вот что я скажу.

— Вы очень милые люди, — улыбнулся Кио. — Нам повезло вас встретить.

— Именно так! — довольно улыбнулась Каору и назидательно подняла палец, придавая весу своим словам.

Когда они наконец-то прибыли в Мацуяму, сдали телегу и огромной толпой наконец добрались до Дого Онсэна, на небе уже светила луна.

Приветливые служительницы купален встретили их в дверях. У нечаянных попутчиков, как оказалось, была забронирована комната. Попрощавшись с Кеншином и компанией, они ушли.

Остальные же сообщили, что где-то здесь их должен ждать друг — Сагара Саноскэ.

— Ох, значит, это вас ждёт Сано-сан, — служительница хихикнула, прикрыв рот ладошкой. — Где же вы так задержались? Сано-сан ждёт со вчерашнего дня.

Она мечтательно хлопнула глазами.

— А этот болван тут времени зря не теряет, — протянула Мегуми, пробегая по девушке колючим пристальным взглядом.

— Эге-ге-гей! Вы чего там встали, а? — послышался громогласный голос самого Сано, и он вышел в центральный зал.

Тело его выглядело ещё более загорелым, чем обычно. Он был в своей неизменной белой одежде, только растрёпанные волосы заметно отросли, и теперь он небрежно завязал их в короткий хвостик.

— Кеншин, дружище! — Сано сбежал вниз, и деревянные ступеньки приятно скрипнули под его весом. Он облапил Кеншина в счастливые объятия.

— Оро! — придушенно пискнул Кеншин, но улыбка на его лице оставалось довольной.

— Сано! — радостно всплеснула руками Каору.

После всеобщих радостных приветствий Сано по-свойски махнул девушке-служительнице рукой.

— Всё, мы дальше сами. Пошли, ребята. Я снял нам целых две комнаты на целых четыре дня. Правда, один из них вы уже профукали, поэтому осталось три. Где вы, кстати, были?

— Так вышло, — улыбнулся Кеншин. Они шли теперь по коридору, и мягкий свет ламп на полу отбрасывал на светлое дерево уютные золотисто-розовые блики. — Пара недоразумений, опоздали на поезд и вот... Ничего, трёх дней нам тоже хватит, вот что я скажу.

— Вот, зацените, — Сано открыл одну из дверей и, обняв одной рукой Мегуми за плечи, едва ли не втолкнул её в дверной проём. — Вот комната для девчонок. Тут всё совершенно новое, может даже ещё никто и пожить не успел. Уверен, тут самые мягкие футоны, какие вам попадались. Я сам проверил.

— Уж конечно, совсем никто не пожил, — фыркнула Мегуми, небрежно сбрасывая с плеча его руку. — Даже в Айдзу последнее время только и разговоров, что об этих новых купальнях. Разве что ленивый не мечтает сюда съездить.

— Ну вот видишь, как удачно сложилось, — Сано не растерялся и обхватил Мегуми за талию, многозначительно заглядывая ей в лицо. — Когда вернёшься домой, сможешь всем говорить, что смоталась в Дого Онсэн на выходные. И всё благодаря красавчику Саноскэ!

Кеншин и Каору переглянулись и тихо засмеялись.

— А наша где комната? — нетерпеливо поинтересовался Яхико. — Я так задолбался, что сейчас усну тут под дверью.

— Ты что, совсем там разнежился, пока меня не было? — фыркнул Сано, отрываясь от Мегуми.

— Вот ещё! Да если надо, я до утра тут могу стоять!

— До утра не надо. Сано, давай оставим девушек отдыхать и сами тоже пойдём. День был долгим, вот что я скажу, — Кеншин похлопал Яхико по плечу.

— Как скажешь, брат. Значит, все развлечения завтра. Ух, развлечения, я вам скажу, тут превосходные! А, кстати, я привёз вам подарки... Ладно, с подарками тоже завтра разберёмся!

Когда обе двери в комнаты закрылись и новые постояльцы наконец-то успокоились, следующая по коридору дверь открылась. На гладкий деревянный пол ступила высокая тёмная фигура. Бесшумно и не оборачиваясь, человек прошёл мимо затихших спален и скрылся в коридоре. Из дверного проёма выглянула фигура поменьше. Длинные тёмные волосы, подхваченные бордовой в вечерней темноте повязкой, качнулись от шагов. Некоторое время глядя ушедшему вслед, фигура скрылась в комнате и затворила за собой дверь.