Дождь (джен)

Облака, как и на протяжении последних восьми месяцев, нависали в сотни метрах над землёй. С виду обычные облака, если не принимать во внимание свисающие с них сгустки серого грязного цвета, похожие на растрёпанные нити, — результат колдовского климатического эксперимента, приведшего к апокалиптическим последствиям. Все города мира накрыли такие облака, из которых сутки лил дождь, превращая людей в уродливых существ, изменяя их ДНК. Примерно тридцать процентов населения Земли мутировали в примитивных агрессивных тварей с огромными газами и когтями сантиметров восемь в длину. Их агрессия и голод смяли многих оставшихся людьми. Связь (радио, телевидение, СМИ) прекратили существование. Облака не только обратили людей. Они заблокировали все средства, сигнал которых передается с помощью волн. Земля погрузилась в молчание на много месяцев. Те, кто выжили, не знали точное количество оставшихся людей на планете, не знали, когда всех тварей уничтожат колдуны. Обычные люди ничего не могли им противопоставить. Но колдуны не торопились разделаться с монстрами. Отчего так произошло, никто пока не знал. Но многие, как Намджун, например, считали, что этот эксперимент был задуман правительством для сокращения населения планеты. Перенаселённой планеты. Но эксперимент рухнул, скорее всего, пошёл под откос из-за ошибки колдунов. И теперь опустевшая планета пыталась выздороветь, и это у нее получалось. И воздух стал чище и прозрачнее. Иногда сквозь уродливые облака начали пробиваться лучики солнца. Что характерно, дрянь, лившаяся из облаков, влияла только на людей. И тот, кто не спрятался понадежнее, были обречены на уродливое, убогое существование в виде мутантов.

Города опустели. Все, кто спрятался, выживали как могли в мире дефицита всего самого необходимого. Больше всех повезло тем, кто жил в сельской местности и выращивал овощи и фрукты. Или тем, кто оказался на островах, спрятался и не попал под магический дождь. Примитивные твари, когда-то бывшие людьми, не умели плавать и просто не могли преодолеть водное пространство.

Одними из счастливчиков были и Намджун, бывший лидер BTS, с двумя младшими участниками. В тот памятный день, 12 октября, они смотрели шоу байкеров на одном из островов посреди реки Хан, в самом широком её месте. Сначала небо заволокло облаками. Причём, мгновенно, по всему видимому небу. А затем из этих облаков начали опускаться грязные сгустки. Намджун тогда схватил ребят за руки и поволок в домик для отдыхающих. А почти все остальные зрители остались снаружи. К вечеру почти все они видоизменились. Половина умерла к утру следующего дня. И парни, прятавшиеся в домике, не понимали, отчего это произошло. Из города доносились страшные крики и дикие нечеловеческие вопли, похожие на рёв больного животного. Три дня ребята, сидели в домике, но ничто не изменилось, никто не пришёл их спасать. Складывалось впечатление, что военные не предпринимают никаких действий для освобождения города от чудищ. А колдуны как испарились, словно покинули сцену битвы навсегда. Никто из ребят не представлял, что делать и как быть. В город — путь заказан. На острове не останешься из-за монстров. Вариант был один — переплыть на другой остров метрах в ста пятидесяти по течению. Они так и сделали . Часть чудищ бросилась за ними, но утонула в реке. Остальные уроды так и остались на острове.

Жуткие крики по ночам, смрад от мертвых тел, от которого сводило кишки, страх неизвестности — это было непереносимо. Но самое страшное, они перестали видеть по берегам людей. Только уродцев с огромными глазами и свисающими до колен когтистыми руками. Намджун, Чонгук и Тэхен не знали, что делать и чего ждать. Но со временем привыкли и к этому. Им повезло, что на острове находился склад речной компании. И там даже примитивные удобства имелись. Месяца через два после Дождя Намджун нашёл в одной из комнат, где валялось всякое ненужное барахло, маленькие пакетики, и обнаружил в них семена болгарского перца, лука, томатов и кабачков. Намджун ни на что не рассчитывал, когда вырыл ямки позади склада и положил в них семена. А потом просто полил водой, молясь, чтобы хоть что-то выросло. Жрать одну рыбу и запивать её водой из Хана, которую они научились фильтровать, обрыдло. Но ничего лучше у них не было. Точнее, вообще ничего не было, кроме этого. Переплыть реку они могли на лодке, но соваться в город, кишащим бывшими людьми, не рискнули. Понимали, что оттуда просто не вернуться.

После посадки семян, на четвертый день Намджун выглянул в маленькое окошко со второго этажа, где обустроил себе спальню. И не поверил в то, что увидел. Такого просто не могло быть. Не могло! Перец веселого солнечного цвета и кабачок размером с дыню яркими пятнами разукрасили припорошенную снегом землю. Намджун испугался, что сходит с ума. Как иначе объяснить увиденное? Он тщательно оделся и даже побрился в первый раз за последние несколько недель. Вышел на улицу и осторожно заглянул за угол. Они были там — перец и кабачок. Плюс жёлтые помидорки, ещё совсем малышки, которые он не сразу заметил. Намджун неспешно подошёл к импровизированной грядке и быстро наклонился. Потрогал перец, затем — кабачок. Они действительно существовали. Значит, он не спятил! Но как, каким образом овощи выросли за несколько дней?! Ответ мог быть только один: колдовство! Что-то вроде единения с природой или стихиями. Намджун точно не знал. Но кто из них троих (а на острове жили только они)? Чонгук ненавидит колдунов лютой, беспросветной ненавистью с детства. Тэхен? Оставался только он, потому что сам Намджун никогда не проявлял способностей к колдовству.

— Тэхени молодец, — похвалил вслух Намджун и улыбнулся, чего не делал месяца два. С тех пор, когда просился Дождь. Он решил прямо спросить Тэхени, но не успел. Тэхен вдруг ворвался к нему в комнату (давно небритый и лохматый) и изумлённо указал за окно:

— Хён, ты видел?! Там овощи растут! Я не понимаю, почему ты раньше не сказал, что выращиваешь? Чонгук только сегодня мне рассказал, что там овощи за складом. Но сейчас зима! Как они могут расти? — Тэхен, искренне воодушевленный, потянул обескураженного Намджуна за собой. Рэпер, как на автомате, шёл за Тэхеном и пытался принять правду о себе самом. Он понял, что его способности, как это называется, — "спящие". Такое бывает. Человек не подозревает о своей колдовской силе, думает, что он обычный, а потом — бац! — происходит что-то, что вызывает эмоционально-духовное потрясение, из-за чего магия вырывается, ломая духовный барьер. Некоторые люди не подозревают об этом и живут с проснувшимися способностями, не используя их.

Всё это пронеслось в голове Намджуна за то время, что они шли к грядке. Он вздохнул, с благодарностью принимая свою колдовскую сущность. Возможно, это поможет им остаться в живых. Одно было плохо: Чонгуки. Парень ненавидел колдунов всеми струнами своей горячей и страстной натуры с раннего детства, когда однажды стал свидетелем их расправы с человеком, сбежавшим из тюрьмы: они просто испарили его. Намджун пока решил не говорить парням о Силе своей души. Он сказал, что посадил овощи ещё месяц назад (знал, что парни сюда не заглядывают), но не верил, что всходы взойдут и просто забыл о них. Парни поверили только потому, что погода до прошлой недели стояла теплая, но мрачная, как, впрочем, и всегда после Дождя.

Намджун начал экспериментировать со способностями, не представляя, как это правильно делать. И всё же научился контролировать рост овощей. Он сажал их в ящики с землёй в одном из просторных помещений склада. Пришлось сломать часть стены, чтобы свет, пускай и тусклый, но падал на грядки. Садоводство и открывшиеся способности не давали Намджуну окончательно спятить от чувства безысходности и страха за будущее. И конечно от неизвестности. Это было хуже всего.

Зимой стало совсем паршиво. Река покрылась льдом возле набережных с обоих сторон от острова, но до острова лёд так и не дошёл. Намджун подозревал, что это происходит из-за его способностей. Если лёд покроет всю реку, уродцы могут нанести им нежелательный визит.

Однажды ночью Намджун по наитию опустил руку в воду возле берега и сосредоточился. Он чувствовал всё водное пространство вокруг острова и за его пределами. Намджун не имел представления, что он делает. Он как будто соединился с природой вокруг и попросил её о помощи. Чтобы она скрыла их от посторонних глаз и не позволила чудищам найти их. А на следующее утро весь лёд растаял.

Хорошо, что лёд ушёл, иначе без рыбы они жрали бы только овощи, выращиваемые Намджуном. Чонгук и Тэхен шутили, что хён просто кудесник: его овощи росли неестественно быстро. Они не обладали насыщенным вкусом, но голод утоляли, а это — самое главное.

Парни приучили себя к ежедневным тренировкам. Чонгук соорудил из подручных средств что-то вроде силовой установки и штанги. И все трое поднимали тяжесть и бегали до изнеможения, только бы упасть и забыться сном. Чтобы не думать, не вспоминать, не страшиться всего того, что окружало их остров за пределами реки, там, на берегу.

Чонгук и Тэхен часто говорили об их уединённости на острове. Они жили как на ладони посреди реки. Но, странное дело, никто ни разу не переплыл реку, чтобы оказаться на острове и спастись. Парни не могли взять в толк, почему это происходит, а зимой порадовались этому, ведь едой не нужно делиться ни с кем. Иногда в голову приходила мысль, что их просто не видят. Как будто их защищает что-то невидимое.

Возможно, так оно и было.

* * *

Склад был огромным и включал в себя несколько отсеков. В одном из них они устроили что-то вроде столовой тире кухни. Нашлась электрическая настольная плитка. Старая, но рабочая. Они использовали её первую неделю жизни на островке, пока не отключилось электричество. Но парни сумели отремонтировать генератор военного образца, забытого на этом складе много лет назад, судя по его состоянию.

Это трудно было назвать полноценной жизнью, скорее примитивным существованием, и всё же они были живы. Что стало с их семьями, мемберами, друзьями... они боялись даже думать об этом. Что стало с человечеством в целом? На этот вопрос они тоже не знали ответа. Почему колдуны не зачищали города? Почему Сеул, лежащий в пятистах метрах от острова, населяли только чудища? Почему ничего не менялось? Намджун и ребята миллион раз обсуждали это между собой, предполагая десятки разных сценариев.

* * *

Облака. Серые. Грязные. Они закрывали небо много месяцев. И парни перестали обращать на небо внимание. Поэтому и не увидели изменений, произошедших семь месяцев спустя после Дождя. То тут, то там пробивались лучики солнца. Совсем крохотные, но чистые, теплые. Это заметил Чонгук в особенно паршивый день. Ему было плохо. Уже месяца два он не видел смысла в бесполезном, гнетущим ожидании положительных изменений. Последнюю неделю он даже почти не ел. Ни хотелось ничего. Он забыл, что такое радость и надежда. Осталось безразличие, неопределенность и разрывающая сердце тоска. У них нет будущего. Они сдохнут на этом надоевшем до отвращения острове! Ничего уже не изменится. Никогда! Чонгука захлестнуло отчаяние и он бросился в реку, не желая продлевать страдания. Он уже зашёл в воду по грудь и вдруг остановился в нерешительности. Это его и спасло. Точнее, это дало время Намджуну броситься в речку вслед за Чонгуком и схватить его за плечо. Он развернул парня к себе лицом и влепил пару ощутимых пощёчин.

— Не смей так делать! — его злой, рычащий голос удивил его самого. — Если ты умрёшь, я, клянусь, сдохну следом за тобой!!! Я жив только потому что живы вы! Я должен защищать вас, чёрт тебя подери! — надрывно кричал Намджун, тряся Чонгука за плечи. — Вы — единственная причина жить, ты понимаешь?! Я не смогу один, — он прижался лбом к плечу растерянного Чонгука. — Пожалуйста, не уходи! Я просто не смогу, Чонгуки, не смогу без вас. Я просто на грани.

Чонгук не верил своим ушам. Намджун был тем, кто постоянно утверждал, что скоро все придет в норму, что колдуны обязательно найдут способ исправить ситуацию. Что планета вернётся к жизни. И только теперь Чонгук понял, что Намджун говорил так только для того, чтобы поддержать ребят. Чтобы они не сдавались, чтобы жили, тем самым подливая жизнь и себе. Чонгук поглаживал Намджуна по плечам и длинным волосам и говорил какие-то банальные глупости, но его хён потихоньку успокаивался, больше не дрожал.

— Только не плачь, хён, только не плачь, — приговаривал он, испытывая забытое чувство щемящей тоски от радости, что у тебя есть близкий человек, и что он тоже нуждается в твоей поддержке. — Не волнуйся и не бойся, я не собирался делать ничего такого. Просто вода сегодня теплая... — сказал — и к удивлению понял, что прав. — Вода... почему она такая теплая?

Намджун, как понял Чонгук, не удивился.

— Ты разве не заметил? — он утер слезы. — Атмосфера и воздух вообще изменились. Воздух стал чище и солнце пробивается сквозь грязные облака.

Чонгук глянул вверх и с трепетом заголосил:

— Облака! Колдовских облаков стало меньше! Даже небо видно, смотри! — Чонгук боялся верить глазам. В измождённой душе появилась тихая, не смелая надежда.

— Я ещё утром заметил. — Намджун вышел на берег за Чонгуком, с неверием и надеждой смотревшим, как из-за обычного облака выглядывает краешек солнца. Совсем малюсенький, но такой долгожданный. У Чонгука на глаза навернулись слезы.

— Может, ты был прав, и всё наладится?

— Я очень хочу этого.. Тэхени! Как тебе? — указал пальцем на то место, где виднелось солнце.

Тэхен полол грядки. Он посмотрел на небо и неуверенно улыбнулся:

— Я вчера весь день смотрел на небо. Радовался каждому светлому окошку в брешах между облаков. — Только он сказал об этом, их остров полностью оказался в солнечных лучах. Тэхен растроганно улыбнулся, но в следующий миг его лицо перекосило от ужаса и он отчаянно закричал: — ХЕН, ХЁН! ЧТО ЭТО?!

Намджун и Чонгук стремительно обернулись и застали от вида наползающей тьмы. Она за несколько секунд накрыло все небо. И стало очень тихо. Абсолютная тишина и темнота.

А затем пришел свет. Настолько яркий, слепящий, как будто Солнце взорвалось перед глазами. Парни оглохли и ослепли на несколько минут. Но постепенно зрение и слух вернулись к ним. Парни стояли и смотрели друг на друга, ожидая ещё чего-нибудь странного или страшного. Чонгук и Тэхен посмотрели на Намджуна, ожидая пояснений. Что касалось знаний, он почти никогда не подводил. Знал многое о многом. Намджун прислушался к своим ощущениям. По всему телу разливался... свет. Очень странный, как будто пришедший со звезды — с самого Солнца. Настолько горячий, что хотелось выпрыгнуть из кожи вон. Намджун чувствовал именно так: свет горел внутри него ярким огнём. Это пугало. И завораживало. Намджун хотел понять причину возникновения этого огня. Он осмотрелся вокруг и подумал, что знает ответ: свет солнца. Солнце выглянуло из-за облака и осветило все пространство, насколько хватало глаз. Намджун порылся в памяти и кое-что припомнил: "Сила света может придать вам сил, если вы находитесь на грани поражения или смерти. Также, она может согреть вас в студеную пору. Вас и ваших спутников. Тех, кого вы хотите защитить или спасти. Силой Солнца вы может зажечь или сжечь все что угодно". Теперь он понял, почему в трескучий мороз ему не было холодно этой зимой. И почему парни инстинктивно хотели быть рядом с ним. В памяти всплыло ещё одного воспоминание что-то насчёт огня и света, но мысль ускользнула от него, так и не сформировавшись.

— Хён, ты чего? — Тэхен дотронулся до его плеча. — Ты так странно выглядишь. Всё время глядишь не руки.

— Я так понимаю, это было что-то наподобие очищения. Смотрите, там, на берегу только что стояли два уродца. А когда вспыхнул свет, они точно испарились. Как думаете, можно наведаться в город?

— Н-не знаю, но уродцы вообще почти исчезли, — Тэхен взял со стола старый бинокль и приложил к глазам. — За последние месяца два мы видели, может, тридцать-сорок из них. А раньше они кишмя кишели. И всё равно страшно. Ведь ты уверен, что люди им ничего сделать не могут, хён. И я тоже так думаю. — Он все ещё отчётливо помнил один случай на мосту шесть месяцев назад. Группа хорошо вооруженных бойцов израсходовали все патроны и даже гранаты, но уродцев ничего не брало. Их как будто защищал невидимый барьер. Тогда из воздуха материализовался колдун с кривыми кинжалами и расправился со всеми нелюдьми. И это был второй раз, когда парни видели одного из колдунов. Больше они не видели людей. Только изменившихся нечто. И ещё одного колдуна месяца три назад. Но он был не таким ловким и умелым, как первый. Чудища разорвали его на куски.

— И все же, я почти уверен, что это колдовство уничтожило оставшихся уродцев. Или почти всех. Мы не будем заходить далеко в город. Побродим по берегу и территории прилежащих домов. — Намджун подумал, что он же маг, возможно, сможет защитить себя и парней. — В магазины заглянем. Посмотрим, осталось там что-нибудь или все растащили. Соль и крупы долго хранятся, и они нам очень пригодились бы. Если заметим чудищ — побежим к реке.

— Ладно... но вы знаете, я стал таким неравным, — признался Чонгук и опять начал заламывать пальцы. — Я останусь тут.

Намджун накрыл ладонью его руку и постарался говорить уверенно и спокойно:

— Чонгуки, мы вернёмся, не волнуйся. Ты веришь мне?

Чонгук кивнул. Если он кому и верил всей душой в этом опустевшем, изуродованном мире, так это Ким Намджуну, бывшему лидеру ныне несуществующей группы.

Намджун и Тэхен взяли ножи и топорик. На всякий случай. Намджун подозревал, что можно столкнуться с выжившими. А люди, живущие в страхе и нехватке продовольствия, могут быть опасными. Тэхен не хотел соглашаться, но в душе понимал, что Намджун может быть прав. Зверские времена — зверские правила выживания.

— Хён, — Чонгук подошёл вплотную к нему и тихо попросил, — только возвращайтесь.