«Всеобщая гармонизация» (джен)

1019 год.

День первый. Мейнхеттен.

Эн проснулся в пять тридцать. Его утро, как и каждое утро последние пять лет, было подчинено строгому, безрадостному ритуалу: скудный паёк и выход на улицу до того, как город окончательно проснётся.

Улицы Мейнхеттена встречали его привычной серой тишиной. Пони шли по тротуарам, не поднимая голов и избегая встречных взглядов, словно невидимые нити стягивали их рты. На каждом углу тускло светились голографические плакаты Министерства с лозунгом «Порядок — это выживание». Эн шёл, плотно прижав хвост к бедру и прижимая уши к черепу при каждом звуке пролетающего патрульного дрона, стараясь не выделяться из потока.

К шести сорока он уже входил в здание библиотеки. Он проработал в этом филиале более трёх лет и за всё это время ни разу не привлекал внимания Министерства Гармонии, потому что давно усвоил правило тишины. В столь отдалённый район почти никто не заходил, поэтому он привык заполнять пустоту перекладыванием каталожных карточек и механической протиркой полок.

Дверь тихо скрипнула, и в зал вошла земная пони Элли. Её копыта ровно стучали по потёртому паркету, нарушая гнетущую тишину.

— Эн, ты тут? — спросила она, ставя ведро у входа.

— Ага, — ответил он, не отрываясь от стеллажа.

— Что делаешь?

— Как обычно, ничего. Давай быстрее закончим смену и пойдём домой. Сюда всё равно никто не придёт.

— Элли, а ты не знаешь, что случилось в девятом секторе?

— Взрыв в хранилище? Слышала. Говорят, какой-то земной пони за десять минут смог устранить всю охрану, выкрасть важные документы и подорвать здание. И как ему это только удалось…

— Недолго ему, наверное, осталось жить…

— Не знаю. Раз он смог за десять минут провернуть такое, то скрыться ему не составит труда. Меня больше интересует, что это за документы были.

— Наверное, очередные талоны на еду.

— Вряд ли, хотя всё может быть.

Оба замолчали и продолжили заниматься своими делами. В этот день ничего не произошло. В восемнадцать часов Эн собрал вещи и пошёл домой, прокручивая в голове новости о девятом секторе. Это был просто ещё один день выживания.

День второй.

Эн пришёл на работу вовремя. В воздухе висело непривычное напряжение.

— Не получится сегодня уйти пораньше, — сказала Элли, выходя из служебной комнаты. — Сегодня назначена внеплановая проверка.

— Опять? Прошлая была всего месяц назад.

— Протокол ужесточили. Готовь дальние стеллажи.

Эн молча развернулся и ушёл в дальний отсек. Спустя несколько минут он снова позвал её, не поднимая голоса, но они не успели продолжить разговор.

На уличных часах пробило двенадцать двадцать семь. Внезапно гул города за окнами стих, сменившись неестественной, звенящей тишиной. Тяжёлые магнитные замки на главных дверях библиотеки с глухим, окончательным лязгом захлопнулись автоматически. По потолочным динамикам пронёсся сухой, лишённый интонаций голос, объявляющий внеплановую биометрическую сверку сектора.

Эн замер у стеллажа, чувствуя, как холодеет кровь. Из коридора в зал вошли четверо пони в форме карательного батальона «M-77».

Один из конвоиров направился к служебной комнате, откуда вышла Элли с ведром в зубах. Сканирующий луч прошёлся по её боку. Забрало конвоира мигнуло красным индикатором, издав резкий, вибрирующий звук. Без предупреждения двое агентов Министерства схватили её за передние копыта, наложили жёсткие путы и потащили к выходу. Элли выронила ведро, вода расплескалась по паркету.

Эн прижался к стеллажу так сильно, что дерево впилось в его бок. Он судорожно подавил вспышку магии на роге, которая предательски захотела вырваться наружу; от этого усилия по вискам ударила тошнотворная боль — привычный эффект подавляющих полей. Он опустил голову, подчиняясь правилу тишины. Двери захлопнулись.

После случившегося Эн стоял на месте, потеряв счёт времени. Его копыта прилипли к луже воды на полу, но он не мог заставить себя сдвинуться. Пришёл в себя он только к восемнадцати часам, когда было объявлено об окончании смены. Кое-как он собрал вещи и пошёл домой, прокручивая в голове образ широко раскрытых глаз Элли. Придя домой, Эн не мог думать ни о чём другом. Он вошёл в квартиру и тяжело рухнул на узкую койку, уставившись в потолок и чувствуя, как внутри всё сжимается от бессилия.

День третий.

Пять тридцать.

Эн встал, собрался и пошёл обратно в библиотеку, чувствуя себя полностью опустошённым.

Библиотека встретила его мёртвой, звенящей тишиной. Место у служебной комнаты, где ещё вчера стояло ведро Элли, теперь было безупречно чистым, словно её никогда здесь и не было. Зайдя в ненавистный ему кабинет, он сразу же обнаружил на столе официальный конверт с голографической печатью.

«ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ МЕЙНХЕТТЕНА (ГУБ-М)

Отдел кадрового контроля и внутренней безопасности

Исх. № 884-К/1019

Классификация: ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ

Кому: Единорогу N7321, старшему архивариусу, Филиал №4.

Тема: Уведомление о кадровых изменениях и инциденте с сотрудником L247.

Настоящим уведомляем вас, что земная пони L247, ранее занимавшая должность младшего технического специалиста в вашем филиале, была задержана. Причиной задержания стала задокументированная системами наблюдения попытка саботажа архивных сетей и несанкционированного доступа к закрытым секторам хранения.

В соответствии со статьёй 14 Протокола Министерства Гармонии, данный инцидент квалифицируется как прямая угроза государственной стабильности. Сотрудник L247 этапирован. Доступ к данному делу для гражданских лиц закрыт.

В связи с выбытием сотрудника L247 из штатного расписания, ваш филиал временно переводится на сокращённый режим обслуживания. Новый сотрудник, назначенный на должность младшего технического специалиста, прибудет на место через 72 часа для прохождения инструктажа и принятия обязанностей.

До момента прибытия замены вам предписывается самостоятельно выполнять полный объём регламентных работ по поддержанию порядка в филиале. Категорически запрещается обсуждать детали инцидента с посторонними лицами, распространять слухи или инициировать самостоятельные запросы в архивы безопасности.

Любое отклонение от стандартного распорядка или попытка связаться с задержанным будет расценена как соучастие в саботаже и повлечёт за собой немедленную проверку вашего личного дела с применением принудительных мер.

Соблюдайте правило тишины. Работайте по регламенту.

Отдел внутренней безопасности Мейнхеттена

[Неразборчивая подпись] »

— Да-да… Так я и поверил, — прошептал Эн, опуская голову на столешницу и плотно прижимая уши к шее. — С чего вдруг она решила бы это сделать? И когда? Как?..

Эн провёл остаток дня в оцепенении, механически выполняя работу, и почти не заметил, как пробило время окончания смены. Выйдя на улицу и свернув в тёмный переулок, он вдруг услышал шаги позади. Из тени вышел крупный земной пони. На его боку, под потёртой шерстью, чётко виднелась кьютимарка в виде двух скрещенных мечей.

— Добрый вечер, — странно прошептал незнакомец, и на его лице застыла пугающая улыбка. — Слышал, недавно очередного пони забрали. Не знаете, кто бы это мог быть?

Эн, не желая нарваться на неприятности, попытался обойти его и ускорить шаг, но земной пони резко преградил ему путь.

— А что вы молчите, господин? — сказал незнакомец, не меняя голоса. — Я же к вам обращаюсь.

— Извините, но я не могу с вами говорить, — произнёс Эн, не оставляя попыток отойти в сторону. — Можно я пройду?

— Проходите, конечно… Но можно один вопрос? Вы всё собираетесь оставаться таким же жалким и слабым? Собираетесь и дальше терпеть?

— Вы это о чём? — голос Эна дрогнул, а уши плотно прижались к черепу. Он попятился, но спина тут же уперлась в холодную кирпичную стену переулка.

— А ты не понимаешь? Некую L247 на твоих глазах увезли в мозгоправку, а ты делаешь вид, как будто ничего не произошло?

— Пожалуйста, дайте пройти…

— Ну, как изволишь. Проходи.

Эн, стараясь не смотреть на незнакомца, почти зашёл за угол, как вдруг тот его окликнул.

— Я могу помочь спасти её.

Встав за угол, Эн замер и задумался. Спустя минуту он, с мелко дрожащими копытами, медленно повернулся назад. Подойдя ближе, он шёпотом спросил:

— Но… как?

— Ты довольно быстро согласился. Я этого не ожидал, — бесстрастно проговорил незнакомец. — Ладно, меня зовут Грей Страйд, можешь звать меня Грас. Пошли. Расскажу по дороге.

— Х-хорошо… а меня зовут Эн…

Оба пони вошли в заброшенное здание, до отказа набитое строительными материалами. Пройдя до самого конца тёмного коридора, Грей Страйд отодвинул несколько досок, скрывавших массивный металлический люк в полу.

— Заходи, я за тобой, — скомандовал он.

— Погодите… Я думал… — Эн замер на месте, его уши нервно дёрнулись.

— Меньше думай. Давай-давай, быстрее, — оборвал его Грей Страйд, уже заглядывая в проём.

— Л-ладно…

Эн осторожно, перебирая копытами, спустился в тёмный проём. Следом за ним спустился и его спутник, плотно задвинув тяжёлую крышку люка на место.

— Итак, слушай, что я хочу сделать, — начал Грей Страйд, разворачивая передними копытами свёрток пожелтевших чертежей. — Ты вроде умный, книжульки перебираешь и всё такое. С планом транспортных путей сможешь разобраться?

— Ну да… — Эн настороженно повёл ухом, не отрывая взгляда от карт. — А зачем вам?

— Ребята наверху участили захваты пони. Пачками берут всех подряд, и мне интересно, почему.

— И… что вы хотите сделать?

— А разве не понятно? Мы проберёмся в их центр управления и посмотрим, что они замышляют. По пути забежим спасать твою подружку.

— Вдвоём?! — Эн отшатнулся, его хвост нервно дёрнулся.

— Ну да. Как копыто об асфальт, за пятнадцать минут управимся.

— Погодите… вы собираетесь втянуть меня в преступление?! Я думал, вы поможете договориться!

Грей Страйд медленно склонил голову набок, и в его глазах отразилось искреннее недоумение.

— Ты… сейчас серьёзно? Голова в порядке? Не ударился?

— Нет-нет-нет-нет, — протараторил Эн, пятясь назад, пока его круп не уперся в холодную кирпичную стену. Его уши плотно прижались к черепу, а передние копыта мелко дрожали. — Я не могу. Нет. Я лучше пойду домой… Скажу, что это недоразумение, что меня задержали против воли…

— Я тебя не держу, иди, — Грей Страйд не сдвинулся с места, лишь лениво махнул хвостом. — Только учти: и второго шанса у тебя не будет. Будешь дальше свои бумажки таскать. Гуляй.

Эн замер. Эти слова ударили больнее, чем любая физическая угроза. Он вспомнил свою пустую квартиру, тусклый свет и то чувство бессилия, которое не отпускало его со вчерашнего вечера. Возвращаться туда было равносильно медленному самоубийству.

Единорог медленно выдохнул и кивнул. Всё его тело дрожало, а сам он еле стоял на ногах, но шаг назад уже не сделал.

— Слушай внимательно, — Грей Страйд снова указал копытом на карту. — У транзитного блока «Дельта» три уровня: верхний для администрации, средний для обработки, нижний для временного содержания. Именно там сейчас находится она.

Эн придвинулся ближе. Его рог слабо засветился, освещая схему. Он узнал общие контуры старого промышленного узла, но многие коридоры были перечёркнуты красным маркером.

— Мы пойдём через нижний уровень, — продолжил Грей Страйд. — Там есть старые вентиляционные шахты и дренажные коллекторы, которые они так и не удосужились перекрыть. Это наша слепая зона. Но есть одна проблема.

— Какая? — тихо спросил Эн, чувствуя, как учащается пульс.

— Двери камер и системы блокировки контролируются локальным терминалом. У меня нет доступа к их закрытой сети. А у тебя он есть.

— А я что с этим сделать должен?

— Ты работаешь с архивами, а значит, знаешь старые коды аварийного перекрытия, — парировал земной пони, не повышая голоса. — Те, что остались с довоенных времён и которые они поленились переписать в новых протоколах. Ты подключишь свой рог к терминалу, введёшь код и откроешь нужную ячейку. Я в это время буду держать дверь и следить за периметром.

Грей Страйд аккуратно свернул карту и убрал её в потёртую сумку на боку.

— Забираем и уходим тем же путём. Времени мало, дня два максимум.

— Ну-у, так с чего мы... начнём?

— С того, что ты просмотришь каждый чертёж этого здания, — Грей Страйд направился к выходу из комнаты, его хвост лениво качнулся из стороны в сторону. — А я проверю снаряжение. Работаем.

— Погоди… «Архивный отдел, сектор 9»… а откуда они у тебя?

— Скажем так, одолжил.