Виктория Ивановна. Новые технологии и тяжелый рок! (джен)

Глава 1.

Суббота. Третье июля. 1971-й год.

— Болт! — Окликнул я расписного, — Ты тут кого то ждёшь? Я же предупреждала тебя, не появляться мне на глаза, но ты я как погляжу, вообще тупой.

Урка не говоря ни сло́ва, выкинул руку в которой блеснуло лезвие ножа, а я в этот самый момент выстрелил.

Сильный удар в грудь, очень сильный, и боль, чуть ли не до потери сознания. В голове закружилось. Первым делом я посмотрел на упавшего болта, который валялся зарывшись головой в кусты. Потом опустил глаза и посмотрел себе на грудь, куда пришелся удар ножа. На ткани футболки, в районе солнечного сплетения висела финка. Странно, как она может висеть на тряпке, подумал я тогда и кажется потерял сознание.

Вот, сейчас лежу в больнице. Рядом со мной крутится медсестра, собирается капельницу ставить. Хотел ей сказать, — на хрена эта капельница, набулькай стакан, зашвырну за воротник и всех делов. Но, думаю что тётя не поймёт. К тому же, она кажется думает что я сплю, или нахожусь без сознания. Хотя, без этого самого сознания, я находился совсем чуть. Ещё там, в палисаднике, врачиха скорой помощи привела меня в чувство дав понюхать нашатыря. А дядька Костя сосед, показал мне, мой пробитый сквозь ткань футболки медальон. Так вот почему нож на тряпке висел. Он под одеждой воткнулся в мягкий металл и пройдя его насквозь, повредил мне кость между сисек. Вчера ещё, как только меня привезли в больницу, тут же сделали рентген. Оказывается, нож прилично глубоко вошел в кость грудной клетки. Ещё там, в палисаднике, сосед аккуратно вырезал кусок футболки и снял с меня медальон, вместе с ножом.

Болта первым увезли в больницу, жив сучонок остался, правда без сознания. Я ему в плечо попал. Он же, как раз ко мне боком стоял. Не знаю точно что с ним, но дядька Костя сказал, что похоже парень не жилец. Он то знает, повоевал и разных ранений насмотрелся.

— Ну и хрен с ним, туда ему и дорога, — отмахнулся сосед, отдав мне свою рубаху, оставшись в майке алкоголичке.

А когда эта же скорая вернулась за мной, нарисовался Гончаров с группой оперативников. Тут же дядька Костя отдал ему мою футболку с ножом, а меня в генеральской рубахе увезли в больницу. Я лишь попросил соседа, что бы они с тёть Тамарой за Гулькой присмотрели.

— Не переживай Викулечка, и накормим и напоим, главное сама выздоравливай.

Вот и лежу, пытаюсь выздороветь, всякую хрень в голове кручу́. Правильно я вчера поступил, или нет? Думаю что правильно. Этот урка запросто мог Гульку со мной спутать. Не правильно я сделал что окликнул его. Надо было без разговоров с ноги в ухо зарядить, а уж потом, разбираться за каким он тут торчит. Хотя, и так ясно за каким, если у него ножичек наготове был. Кокнуть меня хотел сука, обидчивый падла попался. Ладно, травма у меня не критическая, врач вчера сказал, что заживёт как на Вулкане. Интересно, как там мои в Суровикино, чем занимаются? Я попросил Гончарова, что бы им ни чего не сообщали, пусть девчата отдыхают, а то чего доброго сорвутся и приедут. У Настёны! Так у той вообще мозгов хватит пешком убежать. Нет уж, я потом сам к ним приеду. Но это будет тогда, когда с меня швы снимут. Ах да, когда мне вчера делали рентген, то я обнаружил в своём организме две злокачественные и даром ненужные мне опухоли. Кажется, что у меня начали расти сиськи. Честно, я прямо упёрся ими в ту холодную доску, к которой пришлось прижиматься грудной клеткой. Эти медики затейники, перебинтовали меня по хитрому, ни как всех нормальных людей вокруг туловища, а крест на крест, прямо как матроса революционера с патронными лентами, оставив мои опухоли свободными. Даже сейчас лёжа под простынёй, я чувствую как они, мои пузырьки набухают. Х-эммм, к чему бы это? До февраликов вроде рановато, ещё целых полторы недели, так чего же они такие чувствительные то? Не уж то у моего тела начинается пубертат? Хотя, чего тут странного, шестнадцать лет как ни как, давно пора. Не дай бог ещё на парней потянет? Ну уж нет, лучше сразу пулю в лоб, или найти такие таблетки, что бы мужика не хотелось. А чего, в наше время были такие, почему бы сейчас не быть? Это надо будет в интернете посмотреть, сам то я в этом деле не алё.

— Виктория, вы проснулись!? — Обратила на меня внимания тётка, что прикрепляла бутылочку с лекарством на металлическую конструкцию. — Отлично, а то я не хотела вас будить. Сейчас мы вам капельничку поставим, вы не переживайте, это обыкновенные витамины и обезболивающее. Как, грудь то болит небось? Да уж, не повезло вам на этого бандита нарваться. Кстати, помер он, вчера ещё, туда ему и дорога упырю энтакому. У нас милиционер сидел, который охранял его. Так он про этого негодяя такого понарассказывал! Оказывается, кровушки то на нём немеряно. Но, да вам это знать не обязательно. Давайте руку, сейчас я аппарат поставлю, а вы лежите спокойненько, хорошо?

— Тёть! — Прохрипел я осипшим голосом, — можно я сперва до туалета прогуляюсь, а то боюсь что не вытерплю пока капельница капать будет.

— Не по што милая в туалет ходить, давай, я уточку подложу и сходишь, не к чему тебе свежие швы тревожить, пусть срастутся по лучше. Давай, раздвинь чуток ножки, а я тебе помогу.

Куда деваться, тётка похоже права. Что ж, придётся пописать лёжа, лишь бы не привыкнуть.

Молодец медсестра, опытная, и уточку подержала и не побрезговала письку тряпочкой подтереть, спасибо ей. А потом воткнула в вену иглу, отрегулировала перфузор и была такова, оставив меня одного.

Но, моё одиночество длилось совсем не долго. Ещё не закончилась бутылочка с лекарствами, как ко мне пришли посетители. Генерал Гончаров, Куличенко, сестра Гулька и Ольгина Дарья Станиславовна. Она к стати, тоже вчера присутствовала на месте происшествия, вместе с дочкой Верой, помогали дядьке Косте мою футболку кромсать.

— Ну здравствуй, гроза криминального мира. — Улыбнулся чему то довольный генерал. — Ты Викуля чего с этим болтом не поделила, какая между вами кошка пробежала?

— Здравствуйте всем. — Улыбнулся я. — Да так дядь Толь, мелочи жизни.

— Ни чего себе мелочи? — удивился Куличенко, — Давай рассказывай, пока память свежа.

Ну я всё и выложил присутствующим. Рассказал как ко мне приезжал какой то Князь, с водителем болтом. Рассказал, что я его ещё с детства помню, рассказал, как обидел самого болта, даже номер волги, на которой они приезжали назвал. Потом поведал события вчерашнего дня. Как я увидел из окна этого урку, пасшего наш подъезд, как подумал о том, что он может меня с сестрой спутать и сам пошел с ним на встречу.

Гости помолчали, переваривая мой спич, а потом Гончаров сказал, что я всё правильно сделал, вот только окликать бандита, надо было стоя за деревом. Хотя, ты же не знала что у него оружие наготове.

— Не согласен я с тобой Петрович. — перебил его Куличенко. — Заметила бандита, надо было в опорный пункт звонить и вызывать наряд, а не лезть на рожон и не геройствовать.

— Нет Леонид, как раз всё правильно Виктория сделала. Ну вот представь себе, вызвала она наряд, и что дальше, чего бы сотрудники ему предъявили? Проверили документы и отпустили. А он потом всё равно бы её подкараулил и кто знает, как бы тогда всё обернулось и был бы при ней пистолет, а хоть и был бы, успела бы она им воспользоваться? А так, инициатива была полностью на её стороне. Спасибо медальону конечно. — Ты девочка наша, в рубахе родилась. — Повернулся генерал ко мне. — Уже какой раз я в этом убеждаюсь. Ни чего, есть у меня хороший ювелир, отдам твой кулон и он его восстановит, сделает как новенький. И с этим Князем я вопрос решу пока заводские о происшествии не узнали, не нужна мне война в городе, а ты давай выздоравливай. Вот, мы тут тебе витаминов всяких привезли, — потряс он сумкой, — поправляйся быстрей и слушайся докторов. Знаю я тебя, чуть по легче станет, так и из больницы чего доброго сбежишь. А пока ты здесь, я с криминалом вопрос решу. Ещё, за дверью подежурят твои знакомые, Дроздов с Неклюдовым, а если тебе чего понадобится, обращайся к ним, ребята напрямую со мной свяжутся.

— Спасибо дядь Толь за заботу и то что ругаться не стали, честно, я этого больше всего боялась.

— А какой смысл Викуля на тебя ругаться, тебе хоть чего говори, ты всё равно всё по своему делаешь, да особо и не за что пока. Просто, будь с криминалом поосторожнее, а я поговорю с их паханами, что бы тебя даже мелкие хулиганы десятой доро́гой обходили.

Я не стал при Гульке генералу лишних вопросов задавать, не маленький, и так знаю, что у ментов с криминалом есть какие то договорённости.

Пока мы болтали, в пузырьке закончилось лекарство. Гости ушли, оставив Гульнару со мной.

— Спасибо тебе сестра, — присела на кровать девчонка, — ты оказывается, пострадала из за того что бы меня уберечь.

— Нет Гуль, ты тут не причём, отморозок на меня охотился. Просто, мы с тобой сильно похожи и он мог перепутать, а ты пострадала бы из за меня.

— Всё равно спасибо, ты смелая Вик, я бы наверное не смогла, вот так как ты, пойти на преступника, испугалась бы.

— Нет Гуль, это у меня просто с головой не всё в порядке, мозги дома забыла. Ты как, сытая хоть? Если захочешь кушать, то в спальне в столе, в выдвижном ящике деньги лежат, можешь сходить в столовую, или купи продуктов и сама себе чего нибудь сготовь.

— Да что ты Вик, меня сегодня ни свет ни заря тёть Тамара подняла, пирожков вкусных принесла и вчера ужином накормили так, что я до кровати еле доползла. Хорошие они, соседи у тебя, ни то что у нас в подъезде одни мымры живут. Всё им не так, то в юбке короткой хожу, то каблуками сильно топаю, то лестницу плохо помыла, разводы оставила. Зато Аринку нашу сплетницу, все любят, никогда ни чего не говорят. Вииик, а тебя до приезда родителей выпишут?

— Не знаю Гуль, может и выпишут, ещё целая неделя впереди. Вы с Мишаней как вчера погуляли то?

— Хорошо Вик, — засмущалась девчонка, — ты права была, всё кино на заднем ряду процеловались.

— Гуль, ты главное не забудь о чём я тебя предупреждала, ни чего кроме поцелуев.

— Конечно Вик. Ты не ругайся пожалуйста, но я вчера позволила Мишане свою грудь потрогать, правда так, через платье и лифчик.

— Зря Гуль, больше ни в коем случае не разрешай. Не забывай, тебе всего четырнадцать и по сути ты ещё ребёнок, хоть и выглядишь как девушка. Ещё Гуль, как приедут Зойка с Надюхой, ты сильно на счёт меня им жути не нагоняй, скажи, что накупалась и простыла, хорошо?

— Хорошо Вик, так и скажу, а когда они приедут? А то мне одной так страшно.

— Гуль, может тебе всё таки уехать с родителями в Нижнекамск, поверь, рядом со мной вообще жить страшно и опасно.

— Нет Вик, не хочу домой, а рядом с тобой совсем не страшно. Ты такая сильная и смелая, я даже мальчишек таких не встречала. Пожааалуйста Вик, поговори с папкой.

— Поговорю Гуль, я же обещала, а если я чего то обещаю, то значит обязательно делаю. Сестрёнка, позови ка из коридора милиционера.

Девчонка выглянула и обратно зашла с сержантом Неклюдовым.

— Привет Андрей! — улыбнулся я своему бодигарду. — Как видишь, опять тебе за мной приглядывать приходится. Андрей, у меня к тебе просьбочка есть. Не сможешь проводить мою сеструху до нашего дома? А то она не местная, город совсем не знает. И ещё, принеси мне пожалуйста мой пистолет, он у соседа в девятнадцатой квартире, хорошо!?

— Виктория, мне же не положенно пост покидать, давай, как Сергей меня менять придёт, так я и схожу.

— Сейчас у нас девять часов, во сколько он тебя менять будет?

— В обед Вик, в первом часу дня.

— Нет Андрей, это долго ждать, сходи сейчас. Тут ведь рядом совсем, всего лишь пара квартало́в, если быстрым шагом, то ты через пол часа уже здесь будешь.

— Хорошо Виктория, только возьми тогда мой пистолет, так мне будет спокойней.

— Спасибо Андрей, ты настоящий друг. Ты Гулечке хорошенько дорогу покажи, что бы в следующий раз сама могла прийти.

Милиционер кивнул соглашаясь, а Гулька подошла к кровати и по сестрински чмокнула меня в обе щёки. Они ушли, а я вырубился, странно, с чего бы? Может мне чего то в лекарство подмешали?

Разбудила меня молоденькая санитарка, принесшая поднос с обедом.

— Здравствуйте Виктория Ивановна, — зачем то покраснела девушка, — вот ваш обед. Давайте, я подсоблю вам сесть по удобнее и даже покормлю. Полина Матвеевна сказала, что вам пока нельзя руки напрягать, могут швы на груди разойтись.

— Здравствуйте девушка, как мне к вам обращаться можно?

— Зовите просто по имени, меня Люся зовут.

— Хорошо Люсечка, а не подскажешь, сколько у меня там швов?

— Не знаю, — Пожала санитарочка плечиками, — Вас же вчера зашивали и я не присутствовала, но слышала, что вроде четыре. Вам же ранку разреза́ли, чистили, чего то от туда вытаскивали, вроде нитки от одежды, я не знаю точно.

— Ладно Люсечка, давай поиграем в дочки-матери, корми меня, за маму и за папу, поверь, я буду послушной малышкой.

Девушка рассмеялась и помогла мне поудобнее усесться, а потом аккуратно покормила, не пролив при этом на простынь, ни одной капельки супа и не уронив ни одной крошечки хлеба.

— Спасибо Люсь, — поблагодарил я девчонку, — У тебя как время свободное будет, то заходи, поболтаем.

— Спасибо вам Виктория Ивановна, я обязательно зайду.

Счастливая санитарка подхватила свой поднос и выпорхнула из палаты как бабочка, а я заприметил в открытую дверь, сидящего на против литёху Дроздова. Ни делая резких движений, залез рукой под подушку и вытащил от туда свой пистолет. Хех, ну и красава Неклюдов, пока я спал, умудрился поменять оружие не потревожив меня, молодец парень!

Тааак, чем заняться, может пока валяюсь без дела, какую нибудь книжицу написать? Ага, а кто писать то будет, я что ли, так мне нельзя особо руками шерудить. А если найти кого нибудь с хорошим почерком? А где такого найдёшь, объявление в одноклассниках, или в контакте дать? Так до них ещё ого-го, успею выздороветь и состариться. А если кого и найду, то какую книгу вспомнить? Я лично ни одной до конца не помню, так, фрагменты и не более. Знаю импортных писателей, Гарри Гаррисона и Эдгара Берроуза, но не знаю, есть ли они в этом мире? А как узнать лёжа в палате? Попросить Люську в библиотеку сгонять?, так она на работе и её ни кто не отпустит. Может моего охранника попросить? Это, как один из вариантов, только не знаю, согласится ли? Ведь ему для этого придётся свой пост оставить, а это низяааа!!! Так чего делать то? Не спать же опять! А ведь по моим подсчётам, сегодня должен из Питера компьютер прийти, вот чёрт, как же быть то, что за непруха такая? Блииин, о чём я думаю, что за бред ко мне в башку лезет? Мне о корешах этого болта подумать стоит. Ведь эти суки не простят и по любому попытаются меня кончить. Может сбежать из города, пока Гончаров тут с преступным миром делишки решает? А куда бежать? В Суровикино точно нельзя, там меня быстро вычислят, к тому же, не хочу Машку с Настёной подвергать опасности. Остаётся два варианта, либо в Николаевск к баб Насте, либо в Нижнекамск к сеструхе, но, прежде сменить номера́ на машине. Хотя, есть ещё один вариант. Можно временно перебраться на завод и пожить там, вместе с Гулькой и Иринкой. Вот, только для этого нужно сбежать с больницы, а Гончаров просил этого не делать, к тому же и впрямь, надо чтоб ранка зажила, а там ещё и кость повреждена. Нет уж, буду лежать до упора, пока не выгонят из палаты к чертям собачьим.

Пятница. Девятое июля. 1971-й год.

— Баста карапузики, кажется я допрыгался. Сейчас выписываюсь из больницы и под конвоем прокурорских, отправляюсь под домашний арест, ожидать когда будет суд. Главный прокурор области Гаврилов, упёртым оказался, хочет меня в кутузку засадить. Сам лично приезжал, пообещал, что за убийство придётся мне лет десять рукавицы с фуфайками шить.

Вот, сейчас пройдёт обход, и я под конвоем поеду свою комфортабельную камеру. Хотели сразу в СИЗО определить, но доктор запретил. Сказал, либо домой, либо останется в больнице.

Мои охранники Дроздов с Неклюдовым, в один голос уверяют, что Гончаров меня в обиду не даст, обязательно чего нибудь придумает.

А я не знаю чего он может придумать, прокуратура и судебно исполнительная система, ему не подчиняется, а вот друг с другом они как раз вась-вась, в одной связке работают. Да и сам генерал пропал, ни слуху от него, ни духу. У меня лично, больше всего надежды на Романова, думаю, что только он сможет помочь.

Интерлюдия.

Стрелки настенных часов в кабинете Генерала Гончарова, ещё не дошли до восьми утра, как в дверь вошел улыбающийся Савелий Леонтьев, полковник ГРУ и очень хороший друг самого Романова.

— Привет Савелий! — Встал навстречу ему хозяин кабинета.

— Здравствуй Анатолий Петрович! Можешь ни чего не объяснять, всё знаю и даже документы нужные с собой прихватил. Поверь, сегодня же, ваша область лишится прокурора, тут такое!!! — Потряс полковник вытащенной из саквояжа папочкой.

— Чего там Савелий, посвяти меня в курс дела?

— А ты Анатолий разве не читал? Ах да, точно, второй пакет документов от твоего предшественника, мимо тебя прошел, напрямую Романову в руки попал. А там генерал, на вашего прокурора и начальника отдела КГБ, ну ооочень интересная информация имеется, да такая, что о-го-го! Хочешь, почитай, но, сперва попроси свою секретаршу принести мне чаю, а то, я только что с самолёта, а в Москве сорвался даже не позавтракав. Вы чего же на счёт Виктории молчали то? Романов же просил, обо всём что с ней случается и происходит, держать нас в курсе дел.

— Да ни чего такого особенного не произошло. — Замялся Гончаров. — Подумаешь урку застрелила, туда ему и дорога. Мы бы тут сами управились, если бы не Гаври́лов. Чего он к девчонке прицепился, зачем дело завёл? Ведь и так ясно, что это чистой воды самооборона, к тому же свидетелей там, практически все соседи.

— Нет Петрович, ваш Гаври́лов не сам эту кашу заварил, а по просьбе своего товарища Гвоздева, вашего начальника отдела КГБ. Тот давно на Викторию зубки точит, да ручки коротки. Сперва хотел её в Мурманск послать, думал поедет рассчитаться за смерть своей мамы, но, наш Василий вовремя девочку предупредил, чтоб не дёргалась. Вот, теперь ещё одну зацепку нашли. Но ничегооо! Прочитай папочку с компроматом, а там, сам всё поймёшь, думаю, что многие висяки вашего отдела на поверхность всплывут.

Гончаров, тут же попросил секретаря принести чай с какой нибудь выпечкой и усевшись за стол, при́нялся жадно читать документы, привезённые полковником.

— Вот же сука, вот же тварь! — высказывался он на некоторых моментах, а чаще, просто скрипел зубами от злости.

Полковник же, только сидел и ухмылялся глядя на генерала, время от времени откусывая пирожок и запивая его чаем.

— Савелий, кто этих уродов брать будет, ваши, или нам доверите? — через двадцать минут чтения, поднял гончаров глаза́ на собеседника.

— Уже! — мельком посмотрел полковник на часы. — Уверен, что мои ребята справились. Я же Петрович сюда не один прилетел, со мной группа из двадцати офицеров, все с боевым опытом. Так что ждём звонка, я старшим сказал, что бы по результату тебе в кабинет отзвонились.

Конец интерлюдии.

Странная фигня какая то произошла. Уже три дня в коридоре сидели двое. Один из милиции, второй из прокуратуры, а сегодня, ещё не было семи утра, прокурорский свалил в туман, остался лишь лейтенант Серёга Дроздов.

— Серёж. — спросил я парня когда вернулся от главврача в палату. — Куда твой напарник то пропал, его чего, приспичило что ли?.

— Да какой он мне напарник, — отмахнулся литёха. — Не знаю, прибежал ещё один из прокурорских и утащил его с собой, мне, в чём дело не докладывали. Ну чего Виктория, долго ещё, пошли, провожу тебя домой, пока эти твари с прокуратуры не очухались.

— Хорошо Сергей, сейчас, я свои шмотки соберу и почапаем.

Вещей у меня было не много, специально Гульке сказал, что бы ни чего не таскала. По этому, набралась всего одна сумка.

Сергей взял её и мы пошли на выход из больницы чёрным ходом. Пока я лежал и выздоравливал, Дроздов с Неклюдовым всё разведали. Вот он и ведёт меня не через центральный вход, а через дырку в заборе.

Оказывается, у меня в городе есть не маленькая группа поклонников из молодёжи, если выразиться языком двадцать первого века, то, такой себе Фан-клуб. А я и знать не знал. К стати, самая активная участница этого клуба, внучка самого Куличенко. Так вот, эти малолетки, то парами, то тройками, почти сутками возле больницы дежурят. А чего, у школоты́ сейчас каникулы, делать нечего, во только непонятно, как их родители на ночь отпускают.

— Сергей! — удивился я, когда мы выбрались с территории больницы и подошли к москвичу. — Неужели, ты всё таки сдал на права?

— Конечно! — расплылся улыбкой литёха, — правда вожу ещё не ахти, но, езжу потихоньку и аварийных ситуаций не создаю.

— Ну, тогда, вези меня извозчик, по гулкой мостовой, а если я усну, шманать меня не надо, я сам тебе отдам, ты парень в доску свой, ты тоже пьёшь когда то до упа а ду!

Серёга выпучил на меня удивлённые глаза, типа, когда ты видела что я бухал?

— Успокойся Серёж, это просто отрывок из песни в голову залетел, не обращай внимания, лучше заводи свою колымагу, да поехали уже.

Дома, Гульнара ещё спала, зато Фанька накинулась на меня и вцепилась всеми четырьмя лапками.

Мы с милиционером прошли на кухню. Я осмотрелся. Молодец сестрёнка, везде всё чистенько, ни грязной посуды в раковине, ни пятен на плите, стол аккуратно застелен чистой скатертью. А ведь она не знает что меня сегодня выписали и родители только завтра приехать должны. Ладно, запишем чистоплотность ей в плюс, это очень хорошо.

— Сергей, будешь кофе?

— Если угостишь, то с удовольствием, — улыбнулся парень, наконец то оторвавшись от разглядывания обстановки, — здорово у тебя здесь, как то не привычно, но очень красиво.

— Не обращай внимания Серёж. Вы с Андреем чего, так и будете дежурить у меня?

— Да Вик. Сказали, что пока не приедет какой то товарищ из Москвы, мы будем при тебе.

— Василий что ли? — удивился я.

— Не знаю, — пожал лейтенант плечами, — слышал, что вроде человек из ГРУ, а там, кто его знает.

— Ну, раз из ГРУ, то точно Василий, наверное оправился после ранения, это очень хорошо.

— А ты чего Вик, разве знаешь его?

— Конечно знаю Серёж. Отличный парень, бывший офицер спецназа, сейчас служит в главном управлении, он у меня тут частый гость. Вы то с Андреем, так и будете в обед меняться?

— Нет Вик, с сегодняшнего дня сутки через сутки дежурить будем.

— Нет Сергей, ни каких суток, на ночь будете уезжать домой.

— Ой!!! — Раздался вскрик из прихожей, где стояла полностью голая Гулька, прикрывая двумя руками свой кустарник между ног.

Я тут же метнулся к кухонной двери и закрыл, пока летёха глаза от такой красоты не сломал.

— Вот Серёж, почему вам нельзя сутками дежурить, у меня здесь женское царство. Как ты думаешь, чего мне теперь с сестрой делать, думаю, она даже на кухню постесняется выйти. Хотя, это я сама виновата, надо было её предупредить, или дверь закрыть. Ладно, ни чего страшного не случилось, посиди чуток, а я пойду её успокою.

Я зашел в душевую, где сестрёнка, как ни в чём не бывало уже стояла под душем, мурлыкая под нос какую то песенку.

— Гуль, ну как ты, нормально, не сильно испугалась? Прости, это я виновата, не догадалась дверь закрыть.

— Ерунда Вик, подумаешь! Милиционер всё равно ни чего не увидел, между ног я руками закрыла, а сиськи? Да и фиг с ним, чего такого то, пусть смотрит, мне не жалко.

Да охренеть сеструха даёт, она у меня ещё и эксбиционистка в лёгкой форме. Х-эммм, а может девчонки все такие? Вон, даже Машка, у которой как и у меня похвастаться нечем, и то любит по квартире голой расхаживать и юбочки коротенькие носить, а у Гульки так вообще, юбки больше похожи на обмотанный вокруг задницы шарфик, чем на одёжку. Хорошо, что я старый пердун на молоденьких не возбуждаюсь, да и привык уже за два года, скоро, не дай бог сам бабой стану. Тааак, чего за мысли такие Витя, тебя тюряга ждёт, а ты тут о всякой хрени размышляешь, как будто больше подумать не о чем!

— Виктория, — обратился ко мне литёха, когда я зашел на кухню, — Может я в машине дежурить буду, а то и впрямь, не охота вас смущать.

— Я не против Серёж, только сперва кофе допей. И не обязательно здесь весь день торчать. Сегодня например, я ни куда выходить не собираюсь, так что, нечего на меня время впустую терять. Завтра, Гулькины родители с детьми приезжают, тоже, весь день у меня будет шалман, а вот потом видно будет.

— Нет Виктория, у нас приказ и служба. Но, мы с Андрюхой постараемся не крутиться на глазах, а так, ненавязчиво присматривать за подъездом.

— Хорошо Серёж, как вам будет удобнее. А хочешь, я с кочегарами поговорю, будете у них в котельной дислоцироваться, всё не под солнцем торчать. Пошли, пока сестрёнка моется, я свожу тебя. Давай-давай, не стесняйся ты, там отличные дядьки работают, а тёть Глаша так вообще душечка.

Мы обулись и я чуть ли не за ручку потащил литёху в кочегарку. Познакомил его с дядькой Захаром, который похвастался, что уже три больших рыбины выудил, а так как меня не было, то он сам отвёз их к нам на жемчужную, где вручил поварихам от моего имени. Спросил про моё ранение, но я ткнул пальцем в Сергея и сказал, что тот всё ему расскажет, а мне надо спешить под домашний арест.

Подбежав к подъезду, увидал Гончаровскую волгу, со скучающим за рулём Антоном.

— Привет! — Поздоровался я с парнем, — а где начальство то?

— Здравствуйте Виктория, к вам, наверх поднялись.

— Ты Антон чего в чёрной машине жаришься, иди в беседке посиди, там хоть какой ни какой а ветерок есть, всё не такая духота. С ума сойти, время начало десятого, а солнце как в пустыне печёт.

Водила и впрямь пошел в прохладу, заперев машину, а я помчался в квартиру, где, кроме только что вышедшей из душа сестрёнки, ни кого не было.

— А где генерал? — Спросил я у обмотанной в полотенце девчонки.

— Не знаю! — округлила та глазёнки, — Какой Вик генерал?

— Ни какой Гуль, беги одевайся быстрей, у нас сейчас гость будет.

Ясно, подумал я про себя, значит Гончаров к моим соседям заглянул. Только я об этом подумал, как запел соловей.

Гулька юркнула в спальню, а я открыл дверь. Первой в квартиру зашла тёть Тамара с целой тарелкой пирожков, а следом два генерала, один из которых был в трениках и майке. Потом зашел уже знакомый мне полковник, который украл нашу красавицу кочегаршу. И главное все довольные, улыбаются чему то. Не уж то, с самого утра соседской самогоночки опробовали, с них станется, а с дядьки Кости не убудет.

— Ну здравствуй Викуля, — по отцовски обнял меня Гончаров, — Вот, держи свой медальон, как я и обещал, ювелир всё восстановил. К стати, ты говоришь что нашла его на пляже, в песке? А ты знаешь, что этой вещичке более пятиста лет и сделана она из чистого золота. Вот, держи ещё документ, где описана история кулона, потом почитаешь. К стати, твоей однофамилице какое то время принадлежал, Авдотье Федосеевне Суворовой, маме князя Суворова. Потом достался его супруге, с которой он вскорости развёлся, а уж та, этот медальон кому то продала. Но первое упоминание о нём, было в описании рода хана монгольской орды Ахмата, ещё, в тысяча четырёхсотых годах. Этот документ заверен юристом, а ты отныне, считаешься владельцем этого артефакта.

— Вооот спасибо дядь Толь, вы просто волшебник, прям, Гари Потер и Оле-Лукойе в одном флаконе.

Генерал ни фига не понял конечно, но от похвалы остался доволен и сиял как солнышко.

— Проходите на кухню. — Пригласил я гостей, — Я вас кофе, или чаем напою.

Гости прошли и дядька Костя, тут же выставил на стол бутылку слезы, так он называет самогонку собственной выделки.

— Пойдём Викуля со мной. — Позвала меня тёть Тамара, — Поможешь мне закуску принести. Уговаривала их у нас посидеть, но твой Гончаров отказался, сославшись на то, что у нас мелкие внуки.

Тут из спальни выскочила довольная Сестрёнка, одетая, в своё любимое тёмно-синее платьице в горошек.

— Тёть Тамара, давайте лучше я вам помогу, вчера врач сказал, что Викуле пока нельзя поднимать тяжелое.

— Хорошо Гулечка, пошли.

Я вернулся на кухню, где Гончаров, по хозяйски достал из шкафчика стопарики, а дядька Костя откупорил пробку на бутылке. Полковник же в это время, перед каждым положил по пирожку. Чётко всё это у них получается, прям, как хорошо отлаженный механизм, как в театре, у каждого своя роль.

— Дядь Толь, а чего там с моим уголовным делом? — задал я волнующий меня вопрос.

— Забудь! (отмахнулся Генерал). Нет ни какого дела, да и не было, не успели прокурорские ни чего завести, а теперь и не заведут уже. В прочем, больше тебе ни чего знать не обязательно.

— А зачем тогда сотрудник прокуратуры, у меня в больнице аж три дня просидел, им там чего, совсем заняться нечем?

— Викуля, тебе же сказали, что это не твоего ума дело. Всё, ни кто тебя ни в чём не обвиняет, а с твоим князем, я лично беседовал. От них к тебе тоже ни каких претензий нет.

— Чего это он мой то!? — играя роль девчонки, надул я губки, — моя воля, я бы его вслед за болтом отправила, хоть и есть у меня перед ним должок.

Пока мы болтали, тёть Тамара с Гулькой принесли жратвы на целую роту и мы все уселись наполнять животики.

Мужчины плотно покушали, опорожнили бутылку и разъехались, а мы с Гулькой и Фанькой остались втроём. Зойка с Надюхой не приедут, они устроились в лагерь пионервожатыми. А Ильдар с моим рыжим джином, по вечерам гоняют к ним, на новеньком Женькином ИЖаке. Мишка у сестрёнки, уже третий день не появляется, в чём дело, она и сама не знает, говорит, что не ссорились, всё было нормально.

Тогда я растянул в зале экран, установил кинопроектор и мы с сестрёнкой уселись смотреть свадьбу в Суровикино. Я сам то её впервые вижу. Это девчата тут её несколько раз крутили, а мне всё было не досуг. Больше в этот день гостей у нас не было, поэтому, мы с девчонкой разделись до одних трусиков. Завтра уже придётся включать свою сплит систему, а то, хоть и шторы плотно занавешены, но в квартире жарко становится.