Невеста (гет)

Некрокэб свернул с главной дороги и устремился в сторону леса.

«Блэкмур», — успел прочесть на указателе перед поворотом Элиан Грейвз, мысленно представив очередной склеп с претензией на аристократизм, каких он повидал сотни.

Ехать оставалось недолго.

— Феликс! —  резко позвал Элиан своего компаньона. Его изрядно раздражала игра на губной гармошке.

Феликс Бартон вздохнул и отложил инструмент. Он понял тон напарника.

Длинные тонкие пальцы мистера Грейвза поправили чёрные шторы на окне, и внутри некрокэба снова воцарился полумрак. Почти как в склепе.

— Сколько ты вчера выпил? — как ни в чём не бывало поинтересовался Бартон.

— Не важно, — буркнул Элиан, поглубже кутаясь в свой сюртук. Не от холода. Некрофоры никогда не мерзнут. Ему просто хотелось спрятаться ото всех. — Алкоголь всё равно меня не пьянит.

Элиан прикрыл глаза.

— Слышал, Кассиан Вейл получил заказ на свадьбу в Йоркшире, — попытался сменить тему Феликс. — Говорят, графская дочка венчается с призраком.

— И что? — холодно отозвался Элиан, не открывая глаз.

— Ничего. Просто он теперь в той же лиге, что и ты. Говорят, предлагает хорошие скидки.

— Пусть предлагает, — буркнул Элиан. — Качество будет соответствующее. И тогда они вернутся ко мне.

— Ты в этом так уверен? — удивлённо вскинул бровь Феликс.

— Феликс, я ни в чём не уверен, — заявил Элиан, открыв глаза. — Кроме того, что меня все достали.

Бартон снова тяжело вздохнул, но не рискнул продолжать разговор. В последнее время коллега бывал сильно не в духе. Оно и понятно, — работа истощала.

Элиан Грейвз и его напарник Феликс Бартон вот уже триста лет вели необычные церемонии. Свадьбы, похороны, юбилеи, поминки... Некрофор и его мёртвый аккордеонист помогали поддерживать границу между миром живых и миром мёртвых. И если Феликс был однозначно мёртв, то Элиан был не то чтобы мертв, но и не то чтобы жив. Нечто среднее. Это позволяло ему быть проводником между мирами.

Экипаж, покачиваясь, въехал в чугунные ворота.

— А вот и Блэкмур, — почти пропел Феликс своим низким баритоном.

Элиан никак не отреагировал. Он уже мысленно прикидывал, как ему отыскать тихий уголок, где его никто не побеспокоит.

Карета остановилась перед парадным входом.

Через несколько минут дверь открылась и перед ними появился живой лакей, одетый полностью в чёрное.

— Добро пожаловать, господа, в поместье Блэкмур.

Его лицо оставалось беспристрастным, как у покойника, но когда он подавал руку Элиану, его пальцы дрогнули.

— Мистер Грейвз? — спросил лакей. — Вас ждут. Прошу, следуйте за мной.

— Конечно, ждут, — буркнул Феликс, вылезая из некрокэба и придерживая небольшой футляр в виде гробика. — Без нас граница рухнет, если живую не отдать мёртвому.

Элиан бросил на него неодобрительный взгляд и тот замолчал.

Особняк выглядел огромным и мрачным на фоне тёмно-серого осеннего неба. Четырёхэтажное здание, построенное из серого кирпича, который давно почернел от копоти. В некоторых окнах горел тусклый свет. Вдали виднелось семейное кладбище, впрочем, как и во всех приличных домах аристократии. Элиан их видел много раз.

На массивной двери красовалась огромная ручка-стучалка с головами львов.

Холл в имении встретил гостей тишиной, полумраком и звуком тикающих настенных часов, которые висели в гостиной. Пол был в чёрно-белую клетку, словно шахматная доска. Он скрипел практически при каждом шаге. На потолке висела огромная люстра с оплывшими свечами. Горела примерно треть из них, создавая мрачный полумрак.

Стены — тёмно-серые, на огромных окнах висели тяжёлые бархатные портьеры тёмно-бордового цвета. Вверх на второй этаж вела широкая дубовая лестница.

Прямо напротив входа висело огромное зеркало в деревянной оправе. Оно казалось глубоким и тёмным, будто поверхность озера. В нём отражался Элиан, а рядом медленно проявлялось бесформенное пятно. Это был кто-то, кто еще не приехал в поместье.

Грейвз подошёл поближе к зеркалу, рассматривая своё отражение. Высокий, худой, бледный молодой мужчина, на вид лет тридцати пяти. В дороге он носил чёрный сюртук с серебряными пуговицами. Его тёмные вьющиеся волосы всегда выглядели растрёпанными, словно от ветра. Прядь волос вечно падала на лоб, отчего Элиан имел привычку постоянно проводить рукой по волосам. Черты лица — острые, нос прямой, чуть с горбинкой. Губы тонкие, их уголки слегка опущены. Глаза ведущего выделялись особенно, потому что они были неестественно зелёного, почти изумрудного цвета. На безымянном пальце левой руки он всегда носил тонкое серебряное колечко — статус некрофора.

Феликс выглядел лет на десять старше своего компаньона. Высокий упитанный мужчина, с круглым лицом. На нём был тёмно-зелёный костюм с пайетками и ярко-малиновая бабочка. Кожа Феликса имела синюшный оттенок — видимо сказалась предсмертная асфиксия. Однако его карие, почти чёрные глаза светились добротой. Феликс предпочитал носить шляпу, в отличие от Элиана, который терпеть не мог головные уборы.

В доме пахло деревом, воском и женскими духами. Кажется, «Шанель №5», Элиан уловил его аромат. А также что-то еще... Это что-то — резковатый запах формальдегида. Видимо, от мёртвых, которые прибывали в поместье.

Пока лакеи носили вещи гостей наверх, их встретил дворецкий. Пожилой мужчина с непроницаемым лицом вежливо поклонился.

— Добро пожаловать в поместье Блэкмур, господа, — поприветствовал гостей дворецкий. — Барон и баронесса сейчас в отъезде по делам. Они вернутся к ужину. А пока что вы можете отдохнуть в своей комнате. Второй этаж в восточном крыле.

— Благодарю, — отозвался Элиан.

— Отдохнуть с дороги никогда не помешает, — вежливо улыбнулся Феликс.

Пока они поднимались на второй этаж и шли мимо галереи, Элиан обратил внимание на портреты предков. В этом поместье жило и умерло не одно поколение Блэкмур. Род очень старый. Грейвз отметил, что на некоторых портретах есть еле заметные прорези в районе глаз.

«Слуги подсматривают», — подумал некрофор.

Вообще наблюдать и отмечать детали, даже самые мельчайшие, давно вошло у него в привычку. Это был профессиональный навык, который часто выручал на церемониях.

Масло, тяжёлые рамы, потускневшее золото. Лица смотрели со стен строго, пристально, с любопытством. Вот дама в чёрном кружеве — взгляд её был холоден, но губы слегка приоткрыты, будто она хотела спросить: «Кто это тут шуршит»? Вот старик в парике —смотрел свысока, даже будучи запертым в раму. А вот — молодая девочка с грустными глазами, в тёмно-синем платье.

Феликс что-то тихо напевал себе под нос. Дворецкий хранил молчание.

Комната оказалась маленькой. Стены в ней были обиты тёмно-зелёным бархатом. Окно выходило в сад. На маленьком столике стояла бутылка портвейна, графин с водой и одна свеча в серебряном подсвечнике. Посреди комнаты располагалась большая кровать с балдахином. Элиан никогда не спал, но мог просто лежать, отдыхая. Феликс предпочитал спать в своём гробу, который слуги уже принесли в комнату.

Здесь также стояло напольное зеркало. В нём отражался только некрофор. Феликс в обычных зеркалах не отражался, как и другие мертвецы. Он мог взглянуть на себя лишь в том зеркале, что висело напротив входа.

Бартон снял шляпу и занялся разбором своих инструментов. Элиан подошёл к окну и взглянул на сад. Тот выглядел уныло: лишь голые прутья кустов да чёрная грязь на дорожках.

Феликс достал аккордеон из футляра-гробика, провёл пальцами по клавишам. Они отозвались тихим фальшивым звуком.

— Влажность, — сказал он. — Дерево разбухло. Надо бы подсушить.

Элиан не ответил. Он смотрел в окно, на голые ветви, мокрую скамью, лужу, серое небо. На улице быстро темнело. Кажется, ночью опять будет дождь.

Мужчина достал из внутреннего кармана сюртука маленькую серебристую фляжку. Сделал глоток.

— Портвейн, — сказал Феликс не глядя. — На пустой желудок вредно. Подождал бы до ужина.

— Мой желудок всегда пуст, — ответил Элиан.

Феликс отложил аккордеон и подошёл к окну.

— Пристрастился ты к алкоголю в последнее время...

Элиан не ответил. Он спрятал фляжку и достал золотистый портсигар. Надпись на нём гласила:

«Тому, кто умеет смешить мёртвых».

Напарник усмехнулся.

— Подарок герцогини фон Э.?

— Она излишне преувеличила мои скромные навыки, — Элиан достал сигарету и зажигалку. Щёлкнул. Огонь лизнул сигарету и он закурил. Дым поплыл по комнате, смешиваясь с ароматом воска и старого бархата.

Феликс долго молчал. Элиан погрузился в себя. Ему не хотелось выходить из этой комнаты. За дверью — одно и тоже... Церемония, гости, жених и невеста, тосты, поздравления, лицемерные аристократы. Он устал. Он хотел лечь, хотел заснуть. Но не мог.

— Говорят, невеста очень молода, — низкий голос Феликса вывел некрофора из размышлений.

— Мне всё равно, — равнодушно отозвался Грейвз. — Они все одинаковы.

Он сделал затяжку. Феликс покачал головой.

Снова воцарилось молчание.

— Феликс, — тихо позвал напарника некрофор. — Расскажи мне что-нибудь не о свадьбах, церемониях, невестах...

— О чем? О погоде? За окном серо. О еде? Ты не ешь. О любви? Ты в неё не веришь.

— Верю, — ответил Элиан. — Просто она не для меня.

— А что тогда для тебя?

Элиан не ответил. Он уронил пепел на ковер и потушил сигарету.

Скоро вернутся Блэкмуры. Придется спускаться к ужину.