Когда спрашивали, кто отец... (джен)

Когда Тоф появилась на пороге дома Айро с округлившимся, как спелая дыня, животом, старик, не раздумывая, спросил: «Не хотите ли чаю?» Они устроились поудобнее, и пока чайник с её любимым женьшенем закипал, наполняя комнату ароматом, Тоф развлекала его историями — о своих приключениях, о встреченных людях, о новых приёмах магии земли, которые она подмечала в дороге.

Когда пиалы опустели, Айро наконец спросил:

— Так кто же этот счастливчик?

— Никто, — усмехнулась Тоф. — Моя крутость оказалась слишком велика для одного человека. Пришлось создать запасного.

* * *

Прочитав письмо Айро, Катара мигом собрала детей и потащила их вместе с Аангом в Ба Синг Се. Кая хотела, чтобы тётя Тоф помогла ей слепить грязевых монстров — пусть гоняются за Буми. Айро с трудом удалось отвлечь шалунью походом в построенный её отцом зоопарк.

Проводив детей, Катара схватила Тоф за руки.

— Это потрясающе! Я даже не знала, что ты с кем-то встречаешься. Я так рада за тебя!

— Да, — подхватил Аанг. — Так кто же отец?

— Повелитель дынь, — сказала Тоф. Катара нахмурилась. — Я серьёзно! — настаивала она. — Я случайно проглотила семечко дыни, и не успела оглянуться — БАМ! — уже беременна. Это единственное объяснение.

* * *

Когда письмо от Айро дошло до Сокки, тот тут же вцепился в трубку.

— Почему ты мне не позвонил? — возмутился он. — Я же изобрёл телефон для этого!

Отчитав Айро как следует, Сокка потребовал передать трубку Тоф.

— Ну, — начал Сокка. — Кто этот парень? Мне тащить ему сигары или готовить кулаки?

— А ты не помнишь ту ночь, что мы провели вместе? — шепнула Тоф, и рассмеялась, услышав грохот его падения на пол.

* * *

Зуко узнал новость, когда был по уши в торговых переговорах, и не мог вырваться ни на день. Он написал ей, предложив комнату во дворце — отдохнуть и получить лучшую медицинскую помощь во всех четырёх странах.

Тоф наконец приехала, уже держа на руках раскрасневшегося от крика двухмесячного младенца. Мэй взглянула на малышку Лин и повернулась к Зуко:

— Вот почему я не хочу детей.

Это был давний спор, но на этот раз Зуко промолчал.

— Где твой муж? — спросил он.

— Муж? Зачем мне муж? — фыркнула Тоф. — Я спасла одну пару от разъярённого лося-льва, и в знак благодарности они подарили мне своего первенца. С каких пор вы сделали младенцев национальной валютой?

* * *

В пять лет Лин поняла, что её семья отличается от других. У неё были мать, бабушка с дедушкой, дяди и тёти, двоюродные братья и сёстры — но не было отца.

В тот вечер, укладывая её спать, Тоф услышала вопрос:

— Где мой папа?

Девочка была слишком мала, чтобы прочесть тень, скользнувшую по лицу матери.

— У тебя нет папы, Кислое Лицо, — весело сказала Тоф.

— Почему нет?

— Потому что у тебя есть я!

Лин не сочла это ответом, но Тоф пригрозила ей уроком покорения, если та не сомкнёт глаз, и девочка, смирившись, нехотя опустила веки.

* * *

На своё восемнадцатилетие Лин задала тот же вопрос.

— Зачем тебе отец? — оборвала её Тоф. — Ты уже взрослая. Я ушла от родителей в десять.

Лин попыталась уточнить, но Тоф отмахнулась: у неё билеты на арену покорителей, и они поговорят позже. Разговора так и не вышло.

* * *

Когда Тоф не стало, Лин всё ещё гадала, получит ли она когда-нибудь ответ.