Гость с другого берега (джен)

Дорога от Бостона до Джерико казалась бесконечной, но Виктору Ноксу это даже нравилось. За окном арендованного седана проплывали густые, окутанные утренним туманом леса Новой Англии. В салоне тихо работала печка, а из динамика мобильного телефона, который он прижимал к уху, доносился приглушенный, но эмоциональный голос его сокурсника.

— Меня вот на Уткину дачу отправили, а тебя аж за океан! — с явной завистью в голосе говорил Николай, оставшийся проходить практику в сером и сыром Санкт-Петербурге. — Я понимаю, ты отличник, но у меня балл по практической демонологии даже чуть выше! В Джерико какое-то... Что это за город вообще?

Виктор усмехнулся, нисколько не напрягшись, наблюдая, как водитель объезжает выбоину на асфальте.

— Да это скорее городок, Коль, так что сильно не завидуй. Не Майами же.

— А вот жаль! — тут же отозвался Николай на том конце провода. — Почему наши студенты не имеют права съездить в Майами? Нас же готовят к серьёзной работе, всё такое! Где статус, где льготы?

— Коля, не гунди, весь роуминг на ворчание просадишь, — спокойно оборвал его Виктор, поправляя воротник своего строгого темного пальто. — В Майами свои специалисты по пляжной нечисти и дорого по бюджету. Тут у нас Невермор. Старейшая академия для изгоев. Исторично, дипломатично, дешевле.

— Слышал, что там нормальных нет совсем, — хмыкнул Коля, и в его голосе послышался неподдельный интерес, смешанный с легким опасением.

— Вот и узнаем, — ответил Виктор и отключил вызов.

Виктор на секунду бросил взгляд на центральное зеркало заднего вида, смахивая мусоринку с головы. В зеркале отразились его правильные, немного резкие черты лица, волевой подбородок, тёмные волосы.

Разговор с другом немного разбавил дорожную скуку, но впереди ждало самое сложное. Будущему агенту Организации по надзору за паранормальным (ОНП) предстояло провести в этих стенах около месяца. Официально — преддипломная практика и программа по обмену опытом. Неофициально — ОНП пристально следила за любыми крупными очагами скопления «изгоев» по всему миру, и Невермор стоял в этом списке на одном из первых мест.

Машина миновала кованые ворота с готическими шпилями. Перед Виктором открылся вид на величественный замок, который выглядел так, словно сошел со страниц мрачного средневекового романа.

Когда машина остановилась, и Виктор вышел из неё, его встретил пронизывающий до костей холодный ветер. Он застегнул пальто, взял свой чемодан и направился к главному входу. Навстречу ему, чеканя шаг по каменным плитам, шла невысокая девушка. Две идеально ровные черные косички, бледная кожа, абсолютно черная школьная форма и взгляд, способный заморозить кипяток.

Она остановилась в двух шагах от него, смерив Виктора изучающим, немигающим взглядом. В ее глазах не было ни страха, ни приветливости — только холодный, почти хирургический интерес.

— Вы из России, — не спросила, а констатировала факт Уэнсдэй Аддамс, едва заметно опустив взгляд на строгий крой его одежды. — ОНП присылает сюда студентов до того, как они станут полноценными ищейками?

Виктор слегка наклонил голову, принимая правила игры. Его лицо оставалось абсолютно спокойным, а во взгляде читалась уверенность человека, который точно знает, зачем приехал.

— Обмен опытом, — ответил он, сделав легкий акцент на слове «опыт». — Надеюсь, программа окажется обоюдополезной.

— Невермор не любит чужаков, которые приходят сюда с блокнотами для отчетов, — Уэнсдэй слегка прищурилась, сделав шаг ближе. — Но если вы ищете монстров, вам не обязательно заглядывать в наши личные дела. Достаточно просто посмотреть вокруг.

— Я здесь не для того, чтобы судить, Аддамс, — Виктор мягко улыбнулся, но его глаза оставались серьезными. — Я здесь для того, чтобы учиться взаимодействовать. Даже с теми, кто предпочитает компании людей общество призраков и мрачные пророчества.

Уэнсдэй едва заметно дернула уголком губ — это было самое близкое к одобрению выражение лица, на которое она была способна при первой встрече.

— Посмотрим, насколько хватит вашей выдержки, Нокс. Добро пожаловать в Невермор.

Уэнсдэй шла впереди, не оборачиваясь, словно вела на казнь очередного осужденного, а Виктор спокойно следовал за ней, глухо стуча подошвами ботинок по каменному полу. Мрачные коридоры Невермора дышали вековой историей. Наконец они остановились перед массивной дубовой дверью кабинета директора. Аддамс коротко постучала и, дождавшись сухого «войдите», толкнула дверь, пропуская гостя вперед.

Виктор вошел в просторный кабинет, залитый мягким светом из огромного витражного окна.

— Виктор Нокс, студент Академии при Организации по надзору за паранормальным, Санкт-Петербург. Прибыл для прохождения преддипломной практики, — четко, без лишнего пафоса представился он.

Директор, сидевшая за массивным столом, как раз держала в руках распечатанную копию его личного дела. Она внимательно изучала бумаги поверх элегантных очков, после чего перевела взгляд на парня и зачитала вслух:

— «Высший балл по оперативно-тактической подготовке в зонах аномальной активности, первое место на межвузовских соревнованиях по бесконтактному сдерживанию сущностей класса "Эхо", свободное владение тремя языками, включая латынь...» — она аккуратно закрыла папку. — Весьма впечатляюще, мистер Нокс. ОНП давненько не присылала своих студентов в Невермор. Как будто у вас всё это время просто не было подходящих кандидатов.

Виктор слегка усмехнулся, сохраняя абсолютное спокойствие:

— Видимо, я подходящий.

Директор с легким прищуром посмотрела на Виктора, словно пытаясь разглядеть за этой уверенностью скрытые мотивы или юношеское хвастовство. Заметив этот оценивающий взгляд, Виктор едва заметно поднял бровь и добавил:

— Так комиссия решила.

Женщина едва заметно улыбнулась — ей явно понравился этот сдержанный, но твердый ответ. ОНП всегда славилась жесткой дисциплиной, и этот студент был эталонным продуктом своей системы.

— Что ж, комиссия ОНП редко ошибается, — директор откинулась на спинку кресла и перешла к жилищному вопросу. — Перейдем к бытовым деталям. Жить вы будете в гостевом крыле, но поскольку академия огромна, вам понадобится гид.

Она перевела взгляд на застывшую у двери девушку:

— Уэнсдэй, подойди, пожалуйста.

Аддамс сделала несколько шагов вперед, ее лицо оставалось каменной маской.

— Я бы хотела, чтобы ты проводила мистера Нокса в его комнату и показала ему здесь абсолютно всё, — мягко, но не терпящим возражений тоном произнесла директор.

Уэнсдэй не постеснялась спросить напрямую, проигнорировав правила субординации:

— Почему именно я? Мой график и так перегружен из-за личных... расследований.

Директор посмотрела на нее долгим, проницательным взглядом и ответила с легкой загадочностью:

— Скажем так, Уэнсдэй... Моя интуиция просто кричит о твоей кандидатуре. К тому же, кому, как не тебе, приглядывать за специалистом по безопасности из России?

Уэнсдэй перевела свой немигающий взгляд на Виктора, словно взвешивая, насколько опасным или полезным может оказаться этот союзник. Виктор лишь вежливо кивнул ей, готовый к новой экскурсии.

Покинув кабинет директора, они пошли по длинному галерейному переходу. Уэнсдэй двигалась быстро и бесшумно, четко и без лишних эмоций вводя Виктора в курс дела. Она лаконично объясняла, где находятся учебные классы, сколько времени дается на обед и в какие части замка без надобности лучше не соваться.

Ученики Невермора, встречавшиеся по пути, то и дело косились на незнакомца. Появление нового лица посреди семестра, да еще и одетого в строгий, нездешний полувоенный стиль, вызывало массу шепотков. Особенно пристально Виктора провожал взглядом парень с длинными волосами в испачканной краской куртке — Ксавье Торп. Он буквально буравил русского студента глазами, оторвавшись от своего блокнота.

Виктор, обладавший отличной оперативной подготовкой, мгновенно зафиксировал этот интерес. Обернувшись на ходу, он спокойно спросил Уэнсдэй:

— А что этот юноша так меня изучает? Он на всех так смотрит или только на мое лицо?

— Это Ксавье, — ровным, безразличным голосом ответила Уэнсдэй, даже не повернув головы. — Он художник-провидец. Обычно он так смотрит на тех, кого собирается нарисовать мертвым, или на тех, в ком видит угрозу для своего эго. В твоем случае, думаю, срабатывают оба фактора. Твоя стрижка и выправка слишком сильно выделяются на общем фоне.

— Понятно, профессиональная деформация, — усмехнулся Виктор. — У нас в ОНП таких называют «тревожными элементами». Главное, чтобы краской не испачкал.

В этот момент из-за угла буквально вылетела яркая, как тропическая птица, девушка. Энид Синклер, сияющая разноцветным маникюром и ядовито-розовой кофтой, затормозила прямо перед ними, едва не врезавшись в Виктора. Её глаза горели от любопытства.

— Уэнсдэй! — громко прошептала она, полностью игнорируя концепцию личных границ. — Весь кампус только и говорит, что к нам приехал секретный агент из Европы! Это он? Боже, привет! Я Энид, соседка этой тучки.

Она лучезарно улыбнулась Виктору, протягивая руку с разноцветными когтями, и тут же засыпала его вопросами, не давая вставить ни слова.

Виктор замер на месте, удивленно подняв брови от такого напора. Обучение в ОНП готовило его к встречам с призраками, проклятиями и древними культами, но к настолько концентрированному подростковому оптимизму в розовом цвете жизнь его явно не готовила. Тем не менее, он быстро вернул самообладание и аккуратно пожал её руку в ответ.

— Воу-воу, Энид, здравствуйте, — с легкой улыбкой произнес он. — Я Виктор Нокс, можно просто — Витя. Тучки, говорите? А вы, значит, солнце, да?

Уэнсдэй от такой метафоры тоже замерла. Её лицо, казалось, стало еще бледнее, а в глазах промелькнуло искреннее отвращение к столь приторному сравнению. Она медленно повернула голову и буквально процедила сквозь зубы:

— Энид. Виктору нужно отдохнуть с дороги. К тому же, твои лучи заставляют слепнуть даже мертвых. Убери свой ультрафиолет, пока у меня не начался анафилактический шок.

Виктор слегка наклонил голову набок и с легкой усмешкой посмотрел на Уэнсдэй:

— Да, Энид, вы были абсолютно правы. Насчет тучки.

Аддамс лишь пренебрежительно фыркнула и нетерпеливо позвала Виктора за собой, резко развернувшись на каблуках.

— Идем, Нокс. Не теряй времени на пустые разговоры с местной фауной. Энид у нас оборотень. Из стаи Сан-Франциско, если тебе это о чем-то говорит.

Виктор послушно зашагал следом за своей мрачной провожатой, но слова про оборотня заставили его профессиональный интерес проснуться. Он бросил короткий взгляд назад, на сияющую Энид, а затем снова посмотрел на спину Уэнсдэй и задумчиво поднял бровь:

— Оборотень? С такой тягой к ярким цветам и бурной радости? Должно быть, она потомок Фенрира, съевшего солнце. Не меньше.

Уэнсдэй даже не обернулась, но по её напрягшейся спине было видно, что сарказм русского студента она оценила. Гостевое крыло было уже совсем близко.

Наконец они добрались до гостевого крыла и остановились перед тяжелой дверью. Уэнсдэй молча протянула Виктору массивный железный ключ. Виктор вставил его в замочную скважину, провернул дважды, и дверь с тихим скрипом отворилась.

Он зашел внутрь, окинул взглядом скромную, но со вкусом обставленную комнату с высокой дубовой кроватью, массивным столом и видом на туманный внутренний двор, после чего мысленно резюмировал: «Ну... три звезды заслужили». Для человека, который на учениях ОНП спал в палатках посреди карельских болот, это были практически королевские апартаменты.

Уэнсдэй не уходила. Она задержалась на пороге, скрестив руки на груди, и словно чего-то ждала, буравя его своим фирменным немигающим взглядом.

Виктор аккуратно поставил чемодан у шкафа, снял пальто, повесил его на спинку стула и, оставшись в строгой темной рубашке, повернулся к своей провожатой:

— Что ж, надеюсь, призраки не будут громко топать по ночам, — с легкой улыбкой произнес он, а затем внимательнее всмотрелся в лицо девушки. — И... Уэнсдэй, всё нормально? Вы словно крепко задумались или что-то забыли.

Аддамс слегка прищурилась, изучая его реакцию. Тишина в коридоре гостевого крыла казалась почти осязаемой, и её голос прозвучал особенно отчетливо. Уэнсдэй ещё несколько секунд молча изучала Виктора, прокручивая в голове ворох мыслей. Этот парень совершенно не вписывался в рамки обычных людей, но и на привычных ей изгоев из Невермора он тоже не был похож. В нём чувствовалась опасная, холодная дисциплина ОНП, которая странным образом сочеталась с абсолютным, почти издевательским спокойствием.

— Увидимся на ужине. Через час, — ровно произнесла она, отступая на шаг к выходу. — Располагайся. И не нужно на «вы».

В ответ Виктор снова выдал ту самую едва заметную, понимающую полуулыбку, от которой по спине обычного человека пробежали бы мурашки. Но Уэнсдэй лишь молча развернулась и пошла по коридору.

Её шаги эхом отдавались от каменных стен, а мысли уносили всё дальше от гостевого крыла. Интуиция — та самая, о которой говорила директор — внутри буквально кричала. В этом Викторе Ноксе определённо что-то было. Больше всего Уэнсдэй злило странное, иррациональное ощущение, будто они уже когда-то виделись. Словно в какой-то прошлой жизни их пути пересекались при весьма мрачных обстоятельствах.

На секунду она поймала себя на опасной мысли: ей подсознательно захотелось сравнить Виктора с Тайлером. Точнее, с тем Тайлером, каким он казался изначально — понимающим, надежным, готовым прийти на помощь. Но Уэнсдэй тут же мысленно одёрнула себя. Она слишком хорошо помнила, чем закончилась та история и кем Тайлер оказался на самом деле. Виктор приехал из организации, которая профессионально занимается контролем и ликвидацией угроз. А значит, верить его мягкой улыбке и спокойному голосу нельзя было ни в коем случае.

Тем временем Виктор в своей комнате закрыл дверь, бросил взгляд на старинные настенные часы и потянулся к карману брюк, где как раз завибрировал мобильный телефон. На экране высветилось: «Коля».