Так вот оно чё, Персивальич (джен)

Гарри Джеймс Поттер, мальчик одиннадцати лет о роду спешно двигался к платформе 9и3/4, расположенную на вокзале Кингс-Кросс, в Лондоне, чтобы там сесть в поезд и отправится в школу Хогвартс. Школа эта была не совсем обычной или даже совсем необычной потому что в ней учились юные маги, одним из которых оказался и сам Гарри. А ещё, попав на вокзал он решил не задерживаться особо и на эту самую платформу побыстрей проскочить. Ну, чтобы если что, то не втягивали его как, например, свидетеля или вообще как соучастника.

А решил он так потому, что вслед за ним, чуть ли не по пятам, следовала, судя по всему, целая магическая семья которая прямо сейчас во всю нарушала их же основной закон «Статут о секретности».

— Так и знала что будет целая куча магглов! — восклицала, скорее всего, мать этого семейства. — Кстати, какая у нас платформа?!

— Девять и три четверти, — пищала в ответ девочка которая была её дочерью. — Мама, а можно я тоже поеду в Хогвартс?

— Нет, Джинни. Ты ещё слишком мала.

Ну, а почему он постарался подальше от этой семейки держаться? Да потому что вся его предыдущая жизнь штукой была не самой завидной и он частенько оказывался без вины виноватым, вот и привык держаться подальше от таких ситуаций.

Тем не менее прямо перед тем как проскочить через портал ведущий на платформу Гарри не удержался и оглянулся на этих явных нарушителей, и у него в глазах взяло, да и... зарыжило, что ли, потому как вся семейка оказалась рыжеволосой и веснушчатой. И мама, и дочь, и ещё четверо мальчиков разного возраста, двое из которых оказались близнецами, точнее, двойняшками, потому что выглядели они как один человек, но в двух экземплярах.

«Да уж, — мелькнула у него мысль сразу после того как он оказался на платформе и так же поспешно двинулся в сторону поезда, — среди магов, как я погляжу, тоже всякие есть. И такие же охреневшие от безнаказанности как мой кузенчик Дадли, и такие же психи как старая кошатница миссис Фигг. И очень хорошо, что я не еду в Хогвартс полным незнайкой, который будет думать что он в сказку попал».

Началось же для него всё с того, что два года назад, если округлить, конечно, на следующий день после его девятого дня рождения он оказался на улице. А там, хоть и незадача, но дело обычное, он попался на глаза его кузену с компанией и те решили сыграть в игру под названием «Охота на Гарри». И Поттеру пришлось убегать, потому как он в таких играх всегда выступал в роли дичи, а явный численный перевес охотников не способствовал что благополучно всё для него закончится. И как-то так случилось, что убегая от этой компашки Гарри оказался на заброшенной стройке. Была у них такая в Литтл Уингинге, городке где он всю сознательную жизнь прожил. А там ему повезло, но потом, а сначала не очень.

А получилось как? Не совсем понятно каким образом, но долбанулся Гарри головой об какую-то конструкцию и сознание потерял. При этом, ударился он лбом и как раз тем местом где у него всю его жизнь на лбу был зигзагообразный шрам. Вот этим-то самым шрамом он и шандарахнулся и сознание ненадолго потерял. А дальше случилось нечто невероятное, чего с точки зрения нормального человека быть не могло никогда. Да и не увидел бы ни один нормальный человек то, что произошло, а если бы и увидел, то не поверил.

А увидел бы такой сторонний наблюдатель, только, что шрам Гарри как будто бы лопнул по своей длине и затем из раны вылилось небольшое количество чёрной маслянистой жидкости. Вот в это, кстати, наблюдавший вполне бы поверил.

А вот если бы этот самый наблюдатель был ещё и магом и умел смотреть особым зрением, то увидел бы он как из раны вытолкнуло чёрный сгусток, размером как теннисный мяч. Который взлетел вверх, но улететь не смог. А не смог потому, что что из раны выходило что-то вроде тонкой нити на котрой он был закреплён и смотрелось это, как будто бы в воздухе, на ниточке болтается эдакий воздушный мини-шарик.

Который повисел некоторое время, после чего нить стала укорачиваться и втягивать сгусток обратно в рану. Но... так и не втянулся он обратно, потому что откуда-то со стороны вдруг подлетел ещё один такой же сгусток, только светлосерого цвета. И как только он подлетел, то тут же изменил форму, стал плоский, как носовой платок и обернул чёрный. А дальше между ними завязалась борьба. Тот, на который напали пытался вырваться или поглотить того кто напал, а напавший пытался сделать наоборот. И это ему удалось. Поэтому в рану на лбу у мальчика втянуло уже его.

После чего рана закрылась и зажила, как по волшебству, правда шрам так и остался. И ещё та чёрная маслянистая жидкость, что из неё вытекла тоже куда-то исчезла, как будто бы испарилась, а дальше и Гарри, как раз, в себя пришёл. Но не успел он встать на ноги, как в голове у него раздался голос, сказавший: «Привет». Разумеется, мальчик тут же стал вертеть головой в попытке найти того кто с ним поздоровался. Но голос не стал ждать и продолжил.

— Не вертись, — сообщил он. — Я у тебя в голове.

— Э-э-э... Вообще-то я читал, что слышать бестелесные голоса это не очень здорово, — заметил Гарри и уточнил. — Я что с ума сошёл, что ли?

— Ну, в преобладающем числе случаев, так оно и бывает, — пояснил голос. — Но тебя это не касается.

— И что со мной тогда?

А дальше голос ему рассказал такое, что нормальный человек принял бы за бред сумасшедшего. Но, Гарри, всё-таки, был волшебником, поэтому немного подумав и вспомнив некоторые случаи из своей недолгой жизни согласился что такое возможно. Правда, о том что мальчик волшебник ему тоже голос поведал, так как сам Гарри до этого был не в курсе, и сообщил ещё что будь это не так, то и разговора между ними бы не было. Потому как просто не услышали бы они друг друга. Так же голос сообщил о том, что Гарри был носителем какого-то паразита, но он его сожрал и занял его место. Правда ненадолго, потому что скоро они с ним сольются.

— Но, почему так? — спросил мальчик. — Почему я его не ощущал и не слышал, а с тобой мы нормально общаемся?

— Из-за совместимости, — ответил голос. — Если с паразитом у вас не было ничего общего и твоя магия его отторгала, то мы с тобой очень близки по своим параметрам.

— И что теперь будет? — снова задал вопрос Гарри.

— Я же тебе сказал, что сольюсь я с тобой, вот что.

— А тебе самому это как? Не обидно будет?

— Да нормально всё, — сказал голос без всякого сожаления. — Видишь ли, я совершенно ничего о себе не помню. Ни имени, ни того кем я был и как жил. Единственное что осталось в моей памяти, так это то, что я и сам не был чужд волшебства, но и это я помню очень смутно и ещё некоторые обрывки. Разве что я хорошо помню что владел определёнными навыками и наделю ими тебя, а дальше уж ты сам. А ещё мне кажется, что именно с такой задачей меня и создали, так что никаких проблем.

— И что это за навыки?

— Они называются «Сила», а по нашему — «Хаки».

И голос принялся объяснять. А начал с того, что этих самых Хаки есть три вида: Наблюдения, Вооружения и Королевское. Первое умение даёт своим пользователем возможность использовать шестое чувство, чтобы ощущать окружающий мир, а также ограниченные способности к предсказанию. Пользователи этого хаки могут чувствовать присутствие, силу, эмоции и намерения людей.

Второе — даёт своим пользователям возможность создавать духовную энергетическую броню, которая используется для защиты, и ещё для усиления собственных атак. Пользователи могут применять эту энергию чтобы создать броню как для защиты всего тела, так и отдельных его частей, а также наполнять энергией своё оружие.

И наконец третье умение, то которое голос назвал Королевским было очень и очень редким. Почти уникальным. Оно позволяло своим пользователям возможность подавлять волю других существ. В результате использования этого типа хаки, жертвы падают без сознания или временно подчиняются пользователю.

А ещё, под конец, голос пояснил, что обычно обладатели этих умений сосредотачиваются на развитии одного из них, но в отношение Гарри будет всё немного по другому. То есть мальчик будет обладать всеми тремя навыками, но на уровне крепкого любителя, а не настоящего профи, что, впрочем, в его случае будет наиболее оптимально. И ещё, перед тем как окончательно замолкнуть голос добавил что эти умения не появятся мгновенно, а происходить это будет постепенно и по очереди.

Так, собственно, оно и получилось, и началось с того, что у Гарри проявилось Хаки наблюдения. И выразилось это в том, что дня через два после этого случая, снова убегая от толпы, он, вдруг, совершил абсолютно нелогичный поступок. А получилось это в момент когда Гарри снова, в очередной раз, на компашку кузена нарвался, поэтому и убегать ему пришлось.

Вот тогда-то и начали развиваться у него те навыки о которых говорил голос. А получилось, что убегая, он совершенно неожиданно для себя остановился и... присел. И как только он это сделал, над его головой просвистел запущенный кем-то из преследователей камень. А затем Гарри, как говорят в таких случаях спортсмены-бегуны, рванул с низкого старта и в мгновение ока оказался на другой стороне дороги через которую ему предстояло перебежать. Ну, а затем, практически сразу, переключился свет на светофоре, поехали автомобили и его преследователи вынуждены были остановиться.

Вот так началось развитие первого умения. Разумеется, проявлялось оно не всегда, особенно поначалу. Поэтому и попадался Гарри компании кузена, чтобы битым стать, и в доме где он жил тоже не всегда выходило почувствовать настроение дяди и тёти. Но, если сравнивать с любым другим августом прожитым им до этого, то лучше его жизнь стала. Однозначно. А всё потому что гораздо меньше в этом месяце он подвергся и наездам, и лупцеваниям.

А ещё Гарри, вдруг, ни с того ни с сего начал делать что-то вроде зарядки. Правда, те упражнения что он выполнял, скорее предназначались для растяжки и укрепления связок и сухожилий. Чтобы в случае чего не заработать травму, если ему придётся как-то по особому выгибаться уклоняясь от ударов. А эти самые упражнения тоже, видимо благодаря слиянию ему известны стали, как и желание их выполнять.

Ну, а затем, месяца примерно через два, после того как они уже в школу пошли, случился у Гарри прорыв, что ли, и у него заработал второй навык. Хаки вооружения. А произошло это когда он с Пирсом Полкисом пересёкся, который в этот день, почему-то отдельно от компашки кузена по школе шарашился. Наверное, потому как не задался у него этот день.

Остановил тогда Пирс его в коридоре и предъявил не по делу. А чего его вдруг понесло на Гарри отвязаться? Да потому что, как уже говорилось, день у него тогда не задался. Мало того что он на трёх урока по двойке заполучил, так ещё и с дружками он что-то не поделил. Но, это уже потом выяснилось. А прямо сейчас Гарри, стоя перед ним ощутил что тот на нём хочет настроение плохое сорвать. И Поттер хотел уж было задать стрекача, но пришла ему откуда-то мысль. А подумалось ему что хватит, мол, сто первый и сто второй приёмы карате демонстрировать, это Гарри и так хорошо умеет.

«И что это интересно за приёмы такие? — возник у него вопрос. На который тут же появился и ответ. — Сто первый — как убегать, а сто второй — как прятаться».

Припомнил же ему Пирс не много ни мало, а тот самый случай когда Гарри присел перед дорогой и от камня уклонился. Его, камень, он-то тогда и запустил, а сейчас предъявил претензию за то что Гарри не дал в себя попасть. Дескать, какое он имеет право уклоняться, когда в него сам Полкис камнем швыряет. Вот за это Гарри сейчас и получит. И Пирс ударил его кулаком.

Только... снова не попал. Потому что и упражнения, что Поттер делал всё это время, и интуиция помогли ему уклоняться без особого труда. В общем, он чуть сместился в сторону, скрутил корпус, повернул голову и слегка нагнул её в бок. В итоге кулак Пирса просвистел буквально в паре миллиметров от его скулы, после чего Гарри ещё и назад отступил. И продолжалось это четыре или пять раз, до тех пор пока у Гарри за спиной стена не оказалась, по которой Пирс со всей дури и долбанул, да так что кости поломал. И пока он скулил от боли и баюкал сломанную кисть, у Гарри появилась мысль, что теперь, пожалуй, и удрать можно.

Так вот, вечером, когда с работы вернулся дядя у Гарри... и пробудилось у него, наверное, Хаки вооружения. Потому что то, что Пирс сломал себе руку по школе разнеслось быстро, как и то, что сломал он её когда Поттера побить хотел. Вот, только сломать руку Полкис сломал, а на Поттере ни одной царапины так и не появилось. Как так-то? Ведь неправильно же это и Дадли, его кузен, нажаловался дяде. А Вернон — так звали дядю — конечно же, схватился за ремень и принялся им Гарри охаживать. Правда в этот раз без должного эффекта.

А всё потому, что сам Гарри почувствовал себя в этот момент как рыцарь закованный в сплошную броню и все удары дядиного ремня по броне и приходились. Разве что звуки другие раздавались и у дяди было впечатление что лупит он по незащищённому поттеровскому телу, а не по броне. Так что, постоял, Гарри, подождал пока дядя ремнём махать устанет, да и в чуланчик свой отправился.

И было так ещё пару раз, ну, когда дядя пытался его ремнём отходить. Первый раз это случилось дней через восемь как Пирсу на руку гипс наложили и она более или менее сильно беспокоить его перестала. Он как раз и с Дадликом помирился, и подговорил того, что безнаказанным для Гарри это остаться не должно. А то что его дядя ремнём отхлестал значения не имеет, ведь сам-то Пирс этого не видел и, следовательно, морального удовлетворения не получил. Видимо не дошло до него с первого раза что с Поттером теперь по старому уже не будет больше.

Впрочем, Гарри и сам тогда ощутил что сегодня снова стычка с компанией Дадлика состоится, потому как слишком уж... предвкушающе, что ли, Полкис на него поглядывал. И тогда же в голове у Поттера снова мысль появилась, что и сто третий приём карате окружающим тоже пора перестать демонстрировать, в смысле боксёрскую грушу из себя изображать. А ещё, что можно, пожалуй и к сто четвёртому перейти, то есть сдачи давать научиться.

И подумалось тогда Гарри, что эти мысли ему тоже голос подкидывает, хоть и слился он с ним. Впрочем, самому Поттеру это не мешало, так что ничего страшного в этом он и не видел. Да и вообще, с тех пор как это произошло Гарри как-то повзрослел, что ли, и мыслить стал более рационально. А ещё у него куда-то детские хотелки пропали. И решил он, что мысль эта, в тему, пожалуй, будет. А раз в тему, то значит нужно её осуществить.

Вот тогда-то Гарри, когда к нему компания Дадлика направилась снова ощутил себя как будто закованным в рыцарские доспехи, а на руках у него как будто бы латные рукавицы появились. Ну и стукнул он в ответ, как только по нему первый удар нанесли. А дальше нападавшие и глазом моргнуть не успели как разлетелись в разные стороны, с разной степенью побитости. Впрочем, много им оказалось и не надо, всего по парочке плюх на брата.

А вечером Дадли снова пожаловался дяде Вернону и тот снова устал охаживая Гарри ремнём. И снова Гарри дождался пока дядя устанет, прежде чем в чуланчик свой отправится, посмеиваясь про себя. А почему в чуланчик? Так ведь жил он там, потому как родственнички посчитали что выделять Гарри целую комнату, это... многовато будет. А Поттер и не жаловался, уютно ему там было, почему-то. Там и думалось лучше и, самое главное, на родственничков смотреть ненужно было, а то надоели они ему.

А мысль у Гарри появилась вот какая, когда он в чуланчике в тот раз оказался. Ведь то, что он волшебник, это хорошо, конечно, но... Но, что одними Хаки магия ограничиваться не должна. Ведь были же у него другие случаи, как, например, волосы свои он за ночь отрастил после того как тётя Петуния его почти налысо постригла. Или как он на крышу школы мгновенно переместился убегая от кузена с компашкой, или как у учительницы волосы в синий цвет перекрасились. И ещё Гарри сделал вывод, что он такой не один, потому как видел он временами странно одетых людей, которые приветственно махали ему руками, но тут же кудато исчезали.

Правда, не всё Гарри было понятно. Например, если он волшебник, то почему он живёт среди обычных людей, а не среди ему подобных? В общем, что-то тут было не то и у Гарри появилось предчувствие что скоро что-то произойдёт. А предчувствие это появилось незадолго до его дня рождения, когда ему одиннадцать исполниться должно было.

И точно, за неделю до дня его рождения им принесли почту, а так как за ней отправили Гарри, то увидел он конверт с посланием, предназначенным Гарри Джеймсу Поттеру, то есть ему.

Конверт, кстати, был не из бумаги, а какого-то другого материала, Гарри такого ни разу до этого не видел. Адрес был написан изумруднозелёными чернилами и марки на нём не было. Зато с обратной стороны была сургучная печать на которой явственно просматривался герб. Щит, разделённый на четыре части в каждой из которых был изображён какой-то зверь. И если змею, льва и орла Гарри узнал, то какой зверёк был четвёртым он так и не понял. О том что это барсук о позже узнал. Впрочем, не стал он этим прямо тогда заморачиваться, а занёс почту передал её дяде, и вскрыл свой конверт.

Но вот за стол, при этом, он садиться не стал, а сделал это стоя. Сработало у него предчувствие что лучше не садиться, пока. И правильно сделал, потому что Дадли, увидев что Поттер что-то читает кинулся к нему с криком: «Папа, ненормальному прислали письмо», — чтобы забрать его у Поттера. Но... не получилось у него. Гарри просто отступил немного в сторону и Дадлик пронёсся мимо него.

— Что-о?! — воскликнул дядя. — А ну дай его сюда.

— Ещё чего. Это мне его прислали, — ответил Гарри снова пропуская мимо себя вновь ринувшегося к нему Дадли.

— Сядь, Дадли! — рявкнул Вернон. И снова переключившись на Поттера заявил. — Тебе не могли ничего прислать.

— Но прислали, как видите. Сами взгляните, вот тут написано Гарри Джеймсу Поттеру и адресовано в чулан под лестницей, — пояснил он Вернону. — Так что, оно точно мне.

— Ах ты ж... — дядя начал наливаться кровью. — Я сказал дай его сюда!

— А я сказал, что это моё письмо! — не сдержался в ответ Гарри.

Вот тогда то дядя и устал в очередной раз Гарри ремнём охаживая пытаясь забрать письмо, которое Гарри так и не отдал. А ещё, в конце, когда этот процесс надоел уже самому Поттеру, он взял и прошипел дяде в лицо: «Да успокойся ты уже, боров». И дядя вдруг взял, да и грохнулся, растянувшись во весь рост. Но через секунду-другую, он сел прямо на полу, помотал головой, разгоняя муть перед глазами, как после нокдауна или даже нокаута и удивлённо уставился на Гарри.

— Что ты с ним сделал, дрянной мальчишка?! — взвизгнула тётя Петуния, бросаясь к мужу.

— Только то, чем меня природа наделила, — пояснил Гарри. — А будете визжать, я это и к вам применю. Впрочем, речь не об этом сейчас, а о том что меня тут в школу пригласили. Хогвартс она называется.

— Нету такой школы, — просипел в ответ дядя, которому Петуния помогла добраться до дивана. — В любом случае ты никуда не поедешь, а пойдёшь в школу Хай Камерон.

— Так значит она всё-таки есть, если вы меня туда отпускать не хотите?

— Нету. Уйди с глаз моих.

Гарри и ушёл, а в чуланчике он задумался и пришёл к выводу что темнят что-то родственнички. И выходило, по всему, что про школу они эту знают, а то что отпускать туда не хотят, так тут ничего удивительного и нет, потому как пристроить Поттеру неприятность, для его родственничков было образом их жизни. Единственное, что Гарри так и не понял, так это насчёт ответа. Они, те кто письмо написал, требовали его с совой отправить. «А почему с совой, а не с голубем? — задал он себе вопрос. — Впрочем, где взять почтового голубя я тоже понятия не имею. Так что, подожду, пока».

И ещё в процессе ожидания у него возник вопрос, по поводу дядиного падения. «Это что же, — подумалось Гарри, — у меня теперь ещё и Королевское Хаки заработало, что ли?».

Ожидание, впрочем, не особо и затянулось, и вывод Гарри о том что знают его родственники про школу эту подтвердился. И не просто знают, но и побаиваются её представителей. Потому как тётушка Петуния сама подошла к его чуланчику и объявила, что с этой минуты Гарри переселяется в маленькую спальню. А на его вопрос, зачем, мол, это если ему и тут неплохо, ответила что это не обсуждается. И так же, при этом, она очень нервничала, это Гарри совершенно отчётливо ощутил. «Н-да, а ведь я бы тоже занервничал, наверное, — подумал он перетаскивая свои немногочисленный пожитки в выделенную комнату. — Особенно, из-за того что письмо в чулан под лестницей адресовано и ответ с совой требуют».

А дальше письма повалили лавиной, но как отправить ответ хоть на одно из них яснее от этого не стало и в субботу ситуация начала выходить из-под контроля. Несмотря на усилия дяди Вернона, в дом попали целых двадцать четыре письма для Гарри — кто-то свернул их и засунул в две дюжины яиц, которые молочник передал тёте Петунии через окно гостиной. Молочник не подозревал о содержимом яиц, но был крайне удивлён, что в доме заколочены двери. И пока дядя Вернон звонил на почту и в молочный магазин и искал того, кому можно пожаловаться на случившееся, тётя Петуния засунула письма в кухонный комбайн и перемолола их на мелкие кусочки.

Наконец дошло до того что из камина со скоростью пули вылетели тридцать или даже сорок писем. И это окончательно взбесило дядю. «Ну всё, — дёргаясь и озираясь произнёс он. — Мне это надоело. Через пять минут я жду вас здесь — готовыми к отъезду. Мы уезжаем, так что быстро соберите необходимые вещи — и никаких возражений!».

И они уехали.