Люди в чёрном: Начало (джен)

Июль 1947 года. Нью-Мексико, округ Чавес.

В ту ночь над пустыней бушевала гроза, какой местные фермеры не видели лет двадцать. Молнии резали черное небо, как скальпели, а гром стоял такой, будто кто-то наверху колотил по гигантскому железному тазу. Именно в этот момент пространственно-временной континуум в тридцати милях к северу от Розуэлла с треском лопнул.

Корабль не был боевым крейсером. Это была ржавая, дребезжащая лоханка класса «Скаут-4», которую в цивилизованных секторах галактики использовали исключительно для халтурок. За штурвалом сидел Ксаркс — четырехрукий и трехглазый тразианец, покрытый фиолетовой чешуей. Он дико опаздывал. В его транспортном отсеке остывала партия деликатесных неоновых червей для какого-то зажравшегося криминального авторитета из созвездия Малой Медведицы.

Ксаркс врубил гипердрайв на полную, надеясь срезать путь через довольно отсталую так называемую Солнечную систему. Но он не учел одного: плотности атмосферы третьей планеты и долбаной земной грозы.

Радар ослеп. Правый стабилизатор заклинило от удара молнии. Ксаркс истошно закричал на семи языках сразу, попытался выровнять курс всеми четырьмя руками, но ржавое корыто, оставляя в небе шлейф из зеленого огня и инопланетного фреона, на огромной скорости вошло по касательной в сухую землю Нью-Мексико.

Раздался оглушительный взрыв. Обломки обшивки, похожие на сверхпрочную фольгу, раскидало на три мили вокруг. Неоновые черви сгорели в атмосфере. А несчастный тразианец, так и не доставивший заказ, погиб на месте, зажатый всеми четырьмя руками между приборной панелью и земным кактусом.

Вашингтон. Овальный кабинет. Два дня спустя.

Президент Гарри Трумэн курил уже третью сигарету подряд. Пепельница на его роскошном столе была забита до отказа. Напротив него, вытянувшись по струнке, стояли министр обороны и начальник штаба ВВС США. На столе лежали три черно-белых снимка. На первом — глубокая дымящаяся траншея посреди пустыни. На втором — кусок металла, который гнулся как бумага, но его невозможно было пробить даже армейским ломом. На третьем было то, от чего у Трумэна подрагивали пальцы: четырехрукое существо с тремя огромными остекленевшими глазами.

— Господа, — тихо, но раздельно произнес Трумэн, выпуская дым. — Я жду объяснений. Только не нужно снова рассказывать мне про секретные метеозонды. Чьи это фокусы? Сталин вырастил это дерьмо в сибирских лабораториях под грифом «секретно»? Очередная коммунистическая угроза?

— Никак нет, господин президент, — сглотнул слюну генерал ВВС. — Наши ученые из Лос-Аламоса исследовали металл. Таких элементов нет в таблице Менделеева. И... мы нашли в кабине кое-что еще.

Генерал дрожащими руками положил на стол небольшой, светящийся синим светом диск.

— Что это? — прищурился Трумэн.

— Мы думали, это чертежи супероружия. Но наш дешифровщик бьется над этим вторые сутки. Символы перевести сложно, но, судя по пиктограммам, это... чек из ресторана, сэр. Документ на доставку еды. На нашу планету он вообще попал случайно, сбился с курса.

В кабинете повисла мертвая тишина. Было слышно, как тикают напольные часы.

— То есть, — Трумэн медленно встал со своего кресла, — вы хотите сказать, что к нам прилетел не красный шпион. И не марсианский завоеватель. К нам прилетел... чертов разносчик хавки, который просто не справился с управлением в грозу?

— Похоже на то, сэр. И если у их курьеров такие технологии, то представьте, что у их боевого флота. Нам конец, у нас нет против них ничего.

Трумэн подошел к окну, выходящему на лужайку Белого дома. Он долго молчал, глядя на мирный Вашингтон.

— Так, — наконец произнес он. — Прессе выдать версию про метеозонд. Всё зачистить до последней гайки. Свидетелей-фермеров запугать так, чтобы они собственное имя забыли. И вот что еще... Создайте закрытый отдел. Группу. Пока без названия. Пусть ковыряют эти железки, следят за небом и думают, что мы будем делать, когда к нам прилетит кто-то посерьезнее курьера. Выделите им какой-нибудь подвал в Пентагоне, чтоб глаза не мозолили. Назовем это... «Проект Сектор 0».