Летопись войн острова Лодосс. Том 6. Святые рыцари Лодосса. Часть I (джен)

Статуя со спокойным выражением лица безмолвно смотрела вниз. Это была статуя Марфы, которую называют Богиней-Матерью Земли.

Нис обратила к ней затуманенный взгляд.

— Марфа, скоро я приду к тебе. До того дня, когда снова приму жизнь на этой земле…

Так Нис прошептала себе под нос.

Воздух в храме был натянут, точно струна настроенной лютни. Казалось, напряжение, готовое лопнуть от малейшего прикосновения, пронизывало каждый уголок святилища.

— Разве это не закон природы?

Нис улыбнулась Мирель, высшей жрице, которая стояла рядом и держала пальцы на её запястье.

Мирель только покачала головой и ничего не ответила. Лицо её было исполнено скорби. Пытаясь изгнать болезнь, подтачивавшую Нис, она снова и снова прибегала к исцеляющим заклинаниям священной магии и истратила все силы.

Нис с самого начала знала, что старания Мирель бесполезны. Человеку суждено стареть и умирать, и это естественно. Она лишь прожила слишком бурную жизнь и потому раньше других подошла к концу отпущенного срока.

Но сколько бы Нис ни увещевала её, Мирель всё равно не перестала бы читать заклинания. Поэтому Нис позволила ей поступать так, как та хотела.

Сейчас Нис лежала на кровати, поставленной в молитвенном зале. На ней было облачение верховной жрицы, грудь укрывало белое хлопковое одеяло. Она спокойно ждала, когда придёт час.

Молитвенный зал, где стояла статуя богини, был полон людей, спешно входивших и выходивших.

Это были жрецы и жрицы, собравшиеся из храмов Марфы, разбросанных по всему острову Лодосс. Они издали смотрели на Нис, возносили молитву и уходили.

Высшие жрецы подходили к изголовью Нис и, как Мирель, тщетно произносили исцеляющие заклинания.

Снова послышались чьи-то шаги.

Эти шаги были знакомы. Нис мягко улыбнулась и попыталась приподняться. Мирель поспешно поддержала её за спину.

— Матушка…

Голос прозвучал так, будто у говорившей перехватило дыхание.

Нис улыбнулась ещё раз и протянула обе руки навстречу троим, быстро вошедшим в зал.

Она всматривалась сквозь туман в глазах. Перед ней были её дочь Лэлия, муж Лэлии Слэйн и внучка, Нис-младшая.

Мирель, проявив такт, поклонилась и вышла.

Трое встали у кровати. Лэлия и Нис-младшая тотчас начали читать исцеляющие заклинания священной магии. Нис едва заметно покачала головой и остановила их.

— Молитвами к богине нельзя продлить человеческую жизнь. Это противоречит закону природы.

— Но…

Нис остановила и Слэйна.

— Не так уж рано. Родившись на острове Лодосс, я прожила жизнь счастливее, чем многие. Если я стану жить ещё дольше, мне будет уже неловко перед другими людьми.

Слэйн пристально смотрел в лицо великой женщины, прославленной как одна из Шести героев. Лицо было спокойным. Ему показалось, что на нём то же выражение, что у статуи богини, смотрящей на них сверху. И, как статуя богини, Нис почти не казалась живой.

— Вы устали после долгой дороги. Вам лучше отдохнуть в доме для служителей. Прости, но я хотела бы, чтобы Слэйн ненадолго остался здесь.

Нис положила руку на чёрные волосы юной внучки, которой в этом году должно было исполниться двенадцать. Нис-младшая взяла эту руку и тихо прижалась к ней губами.

— Позвольте мне остаться рядом с вами до самого конца.

Слёзы текли по её лицу; она смотрела на бабушку умоляюще.

— Не беспокойся. Думаю, ждать осталось недолго, но пока всё ещё хорошо.

Нис улыбнулась встревоженной внучке, стараясь её успокоить.

— Когда настанет последний миг, я позову всех.

И Нис глазами подала знак Слэйну.

Слэйн кивнул и велел жене с дочерью ненадолго выйти.

Им, должно быть, было тяжело уходить. Они вышли из молитвенного зала, снова и снова оборачиваясь.

— …О чём вы хотели поговорить?

Когда шаги жены и дочери стихли, Слэйн присел на корточки и наклонился к лицу тёщи.

— Не нужно такого серьёзного лица. Речь о Лэлии. Я подумала, что тебе одному стоит знать это заранее.

Нис говорила тем же голосом, что и всегда, и добавила, будто дело не такое уж важное. Затем она спокойно начала рассказ.

Но чем дальше Слэйн слушал, тем меньше понимал, что в этом рассказе было «не таким уж важным».

Оказалось, Лэлия не была родной дочерью Нис.

Нис всю жизнь посвятила вере в Богиню-Мать Земли. Если подумать, Слэйн никогда не слышал от Лэлии рассказов об отце. Возможно, сама Лэлия смутно догадывалась, что Нис не её родная мать. Но что значит кровная связь для матери и дочери, которые любят друг друга по-настоящему?

Слэйна потрясло другое — происхождение Лэлии.

Лэлия, как сказала Нис, была перерождением Нанил — запечатанной во времена основания Алании верховной жрицы злой богини. Злой богиней была сама Кардис, богиня разрушения; запечатанную верховную жрицу называли Царицей мёртвых.

Около сорока лет назад из-за одного происшествия Царица мёртвых освободилась от древней печати. Однако шесть отважных искателей приключений уничтожили её прежде, чем она смогла воскреснуть полностью. А богиня Кардис даровала Царице мёртвых силу перерождения. И когда её собственное тело было уничтожено, она, как говорили, переродилась в теле младенца.

Одна из искательниц приключений, жрица Марфы, узнавшая правду, доверила проклятую девочку Нис из храма Тарбы. Она надеялась, что если ребёнка воспитает Нис, одна из Шести героев, то даже столь злая душа сможет очиститься.

Нис охотно приняла просьбу этой жрицы. Она назвала младенца Лэлией и вырастила её с большой любовью. И семнадцать лет спустя девушка выросла не злой Царицей мёртвых, а благочестивой жрицей Марфы.

До того проклятого происшествия, из-за которого её тело снова оказалось захвачено. А затем…

Сейчас Слэйн с болью ощущал, что сам он вовсе не из тех, кого можно назвать героями. Наверное, он был ещё бледнее самой Нис, лежавшей на смертном одре.

Словно давая понять, что рассказ окончен, Нис ещё раз улыбнулась.

— Слэйн, Мудрец Севера. Я благодарна тебе от всего сердца. Ты даже не знаешь, как сильно помог Лэлии уже тем, что встретил её. Прошу, и дальше заботься о ней и о Нис-младшей.

Слэйн молча кивнул. Рассказ тёщи потряс его, но если он покажет растерянность, Нис не сможет уйти без сожалений.

— Расскажи Лэлии и Нис-младшей сам. Возможно, ты сочтёшь это нечестным с моей стороны, но мне кажется, то, о чём я сказала, — это проблема, которой вам троим придётся противостоять.

Слэйн лишь ответил:

— Я понял.

— Спасибо. Ты тоже устал. Возвращайся к Лэлии и дочери. А мне теперь нужно принять других гостей.

— Других гостей?

— Друзей. Моих старых друзей. Когда я поговорю с ними, снова позову вас.

Слэйн поклонился, поднялся и собрался отойти от постели Нис.

Он догадывался, о каких друзьях она говорит. В воздухе чувствовалось присутствие сильной магии.

Но проверять свою догадку он не собирался. Ему хотелось остаться, однако Слэйн понимал: сейчас так поступать нельзя.

Через распахнутые двери молитвенного зала он вышел в коридор, ведущий к дому для служителей.

Нис тоже чувствовала наполнявшую воздух магию. Вероятно, она заметила её раньше Слэйна. Поэтому и попросила его выйти: одному из друзей было бы трудно появиться, будь Слэйн рядом.

Магическая сила всё нарастала, и когда она достигла предела, перед глазами Нис дважды вспыхнул свет. Затем появились гости.

— Давно не виделись, верховная жрица Марфы.

Их было трое. Один из них, согбенный старик, опиравшийся на посох, обратился к ней первым.

— Давно, Великий маг Ворт. Значит, в Лабиринте демонов всё спокойно…

— Тишь да гладь. Вот уже лет десять никто не пытается приблизиться к моему дому. Впрочем, для того я и поселил в том великом тоннеле чудовищ.

— Неприятное дело. Даже если он когда-нибудь и погибнет, этот тоннель всё равно моё королевство.

Так недовольно пробормотал другой мужчина, шедший рядом с Вортом. Он держался прямо, но ростом едва сравнялся с Вортом. Телосложение у него было крепкое, коренастое, борода — великолепная и белая. В руке он держал сверкающую секиру из мифрила.

Это был гном. Его звали Флейб, Железный король. Последний король южного племени гномов, уничтоженного во время Войны демонов.

Нис от души обрадовалась, увидев, что Флейб выглядит неожиданно бодрым.

— Вот уж стоило заболеть. Я и не думала, что снова увижу тебя таким здоровым. Душевные раны зажили?

— Разве такое заживает?

Флейб раздражённо пробормотал, будто бранился на само прошлое.

— Никогда не заживёт. Моё королевство погибло и никогда уже не возродится, а я, его король, всё ещё живу и терплю позор.

— Проклинать себя — глупо. Мне кажется, тебе ещё многое предстоит сделать.

Нис почувствовала на лбу мясистую ладонь гнома. Ей стало спокойнее, и она на некоторое время закрыла глаза. Сквозь ладонь Флейба она ощущала переполнявшую его жизненную силу и жар, который исходил от неё самой.

— Вот бы мне забрать твою болезнь себе.

Гном убрал руку с её лба и тихо произнёс.

— Невозможное желание. Тебе ещё лет пятьдесят жить. До твоей болезни ещё очень далеко.

Гномы, земляной волшебный народ, живут долго, пусть и не так долго, как эльфы; их век в несколько раз превышает человеческий. Гном, стоявший перед Нис, уже достиг ранней старости, но всё равно называть его старым гномом было слишком рано.

Нис с детства была близка с гномами. Здесь, в деревне Тарба, располагалось их поселение. Люди называли его северным племенем гномов. Теперь это было единственное гномье селение, оставшееся на острове Лодосс.

Нис любила этот земляной волшебный народ. Любила их честность, простоту и силу.

Беда лишь в том, что, однажды вбив себе что-то в голову, они почти не меняют решения. Из-за этого они порой не щадят даже собственной жизни.

Гном, её друг детства, ушедший вернуть Лэлию, так и не вернулся.

Затем Нис перевела взгляд на последнего гостя. Это был пожилой мужчина. Худой, но очень высокий. Словно отрицая собственную старость, он держал спину совершенно прямо.

Он смотрел на Нис сверху вниз, скрестив руки на груди, и на лице его не было никакого выражения. На левой щеке виднелся уродливый шрам. На лбу он носил искусно сделанный обруч; на нём был выгравирован узор, похожий на человеческие глаза, и эти глаза тоже смотрели на Нис.

Нис посмотрела не в глаза мужчины, а в глаза обруча и сказала:

— Давно не виделись.

Давным-давно, когда они сражались с демонами, этот человек был надёжным товарищем — воином, владевшим могущественной магией.

Впрочем, во время Войны демонов он до самого конца оставался загадочной фигурой. Нис помнила только имя: Карла.

Но теперь Нис уже знала, кто этот человек на самом деле. Знала и его цель.

— Лучше мне называть тебя Карлой? Или Вудчаком?

Нис сделала короткую паузу, выбирая слова, и только потом обратилась к нему. Жестом она велела подойти совсем к кровати.

Флейб и Ворт молча уступили место.

— Зовите меня Карлой. Как бы ни менялся облик, моя душа и моё существование неизменны.

Не издав ни звука, мужчина, назвавшийся Карлой, встал рядом с Нис.

— Не знаю, так ли это.

Нис наблюдала за походкой Карлы и пробормотала почти себе под нос.

— Я пришла проститься. Великая жрица, соблюдавшая закон земли.

Карла тихо проговорила и склонила голову, чуть опустив подбородок.

— Спасибо, что пришла. Не знаю, что думаешь ты, но я и сейчас считаю тебя своей подругой. Так было все эти сорок лет. О ты, неверно понявшая закон земли.

Карла слегка склонила голову набок. Глаза мужчины закрылись. Но глаза на обруче не дрогнули ни на мгновение. Эти глаза не закрывались никогда: им надлежало следить, чтобы в небе над Лодоссом не рассеялись серые тучи. Уже больше пятисот лет, с самой гибели Древнего королевства, Карла приказывала себе делать именно это.

— Что ж, старые друзья.

Нис с нежностью оглядела товарищей тех времён, когда их называли Шестью героями. С тех пор прошло много лет. Двоих воинов, рыцаря Фана и воина Белда, здесь уже не было, а магический воин Карла изменил облик.

— Мы видимся в последний раз. От всего сердца благодарю вас за неизменную дружбу.

— Значит, ты умрёшь, следуя закону природы, верховная жрица Марфы?

В голосе Ворта, ответившего на слова Нис, прозвучал укор.

— Ты ведь знаешь. Тёмные тучи над южным островом ещё не рассеялись. Более того, там уже чувствуется дыхание огромной злой силы. И ты оставишь это людям Лодосса, а сама уйдёшь?

Нис лишь взглядом подала старому магу знак согласия.

— Всё так, как ты сказал. Только что я доверила это своему зятю. А ты, Ворт? Что намерен делать ты?

— Старость сделала тебя язвительной.

Ворт шевельнул побелевшими бровями и глубоко выдохнул.

— Я двинусь теперь лишь ради себя самого.

Нис осталась довольна ответом Ворта. Согласно учению Богини-Матери Земли, битва ради самозащиты естественна и справедлива. Этого учения Нис держалась и тогда, когда вступила в бой с демонами.

— Карла, а ты что намерена делать?

Задав вопрос вслух, Нис чуть заметно улыбнулась.

— Глупый вопрос. Слишком великая сила, праведная или злая, всегда становится твоим врагом. Но всё же, я думаю, тебе следует прекратить борьбу. Нет, тебе вообще не следовало начинать сражаться. Не нужно было самой возлагать на себя проклятую миссию.

— Приму это как последний совет.

— Именно последний. По правде говоря, я хотела бы спасти тебя сама, но, похоже, богиня Марфа отвела эту роль кому-то другому.

— И теперь все мои роли окончены, — почти шёпотом добавила Нис.

— Возможно, и наши роли уже окончены. Времена переменились, не так ли, Карла?

Обратившись с этим ироничным вопросом к Карле, старик, которого называли Великим магом, негромко стукнул посохом по каменному полу.

— Прощай, Нис. Раз уж мы показали друг другу постаревшие лица, нечего нам с тобой сожалеть о несделанном.

Нис слабо улыбнулась.

— Прощай, Великий маг. Постигший магию до конца.

С губ Ворта уже текло заклинание на высоком древнем языке.

— Ты собираешься оставить меня здесь?

Флейб смотрел на Ворта с укором.

— У тебя ещё осталось дело. Даже твоих коротких ног хватит, чтобы дойти до жилища северного племени.

— Ты с самого начала так задумал.

— Именно. Обманывать других — один из человеческих пороков. К тому же это последняя просьба Нис. Нельзя же её не исполнить.

— Спасибо, Ворт.

Нис улыбнулась и простилась со старым магом в последний раз.

— Прощай, — ответил Ворт.

В следующее мгновение вспыхнул свет, и Великий маг исчез.

— Какая морока.

Глядя туда, где исчез старый маг, Карла тихо произнесла эти слова. Обруч источал недоброе сияние.

— Я тоже откланяюсь. Моя роль никогда не закончится, пока существует этот Лодосс.

Затем Карла тоже произнесла заклинание мгновенного перемещения и исчезла неведомо куда.

Остался только гном.

— Вот уж не думал, что в мои годы стану нахлебником.

Флейб тихо взял Нис за руку.

— Вождь гномов — воин. Он обязан сражаться, чтобы не проливалась кровь его народа. Но противник, возможно, окажется мне не по силам.

— Даже демоны были нам не по силам. Но мы ведь победили.

Собрав последние силы, Нис сжала руку Флейба в ответ.

— Это не слова Карлы, но и правда — морока. К тому же на этот раз с нами не будет ни Белда, ни Фана, ни тебя.

— Вместо нас поднимутся новые герои. Я не тревожусь о будущем острова Лодосс. Какие бы трудности и бедствия ни пришли, народ Лодосса непременно победит. В этом я уверена.

Нис медленно выдохнула, словно истратив остаток сил, и с помощью Флейба снова легла на кровать.

Потом она медленно закрыла веки.

Таковы были последние слова великой женщины, прославленной как одна из Шести героев.

Позже Слэйн услышал их от гномьего короля-героя.

Когда Слэйн и остальные вернулись в молитвенный зал, Нис уже погрузилась в глубокий сон. Они звали её — она не отвечала и так и не пробудилась.

Слэйн никак не мог разделить уверенность своей тёщи. Он понимал смысл слов верховной жрицы Марфы. Но понимал и другое: он — один из тех, кому предстоит сражаться.

Более того, великая жрица, которую называли даже перерождением Марфы, богини-создательницы острова Лодосс, покинула этот мир. Слэйну казалось, что вся сила, защищавшая Лодосс, иссякла. Это было похоже на дурное предзнаменование.

И через год тревога Слэйна стала явью.