Тени Чёрного Астронома (джен)

Прошло два года после победы над Волан-де-Мортом. Хогвартс вновь открыл двери для учеников. Следы войны постепенно исчезали: разбитые башни восстановили, Большой зал снова сиял золотыми свечами, а смех студентов наполнял древний замок так же, как десятилетия назад.

Но некоторые вещи война не смогла изменить.

Хогвартс по-прежнему хранил свои тайны.

За окном бушевал ноябрьский ливень.

В библиотеке почти никого не осталось. Гермиона склонилась над высокой стопкой книг.

— Не понимаю… — пробормотала она.

Рон лениво поднял голову.

— Что на этот раз?

— В архивах отсутствуют записи о нескольких профессорах XIX века. Их будто специально вырвали.

Гарри оторвался от «Ежедневного пророка».

— И что?

— Просто страницы исчезли. Вместе с именами.

Гермиона редко ошибалась.

Если она говорила, что что-то не сходится, значит действительно не сходится.

В этот момент библиотеку прорезал резкий скрип.

Все трое обернулись.

С дальнего стеллажа медленно упала книга.

Потом вторая.

Третья.

Будто невидимая рука проходила вдоль полок.

Мадам Пинс подняла голову.

— Кто здесь?

Ответа не последовало.

Гарри почувствовал знакомое напряжение.

Такое же ощущение возникало, когда рядом действовала древняя магия.

Он подошёл к упавшим книгам.

Одна лежала раскрытой.

На пожелтевшей странице были выцветшие чернила.

И всего одна строка.

«Не открывайте Северную башню после полуночи.»

Гарри переглянулся с друзьями.

— Это шутка?

Но Гермиона уже качала головой.

— Нет.

Она осторожно коснулась бумаги.

— Чернила больше ста пятидесяти лет назад нанесены.

Рон нервно усмехнулся.

— Отлично. Замечательно. Древние книги начали давать советы.

В тот же вечер по школе распространился слух.

Первокурсники уверяли, что слышали колокол.

Хотя старый колокол Северной башни давно не существовал.

Его уничтожил пожар ещё почти двести лет назад.

Профессор Макгонагалл объяснила всё обычным ветром.

Но далеко не все ей поверили.

Ночью Гарри проснулся.

Кто-то тихо прошептал:

— Поттер...

Он резко сел.

В спальне никого.

Только дождь бил по стеклу.

И снова:

— Поттер...

Голос доносился из коридора.

Гарри схватил палочку.

— Люмос.

Свет озарил пустой проход.

Никого.

Но на полу появились мокрые следы.

Они возникали один за другим.

Словно кто-то невидимый только что прошёл здесь.

Следы вели вниз.

Не к лестницам.

А к старой каменной стене.

Той самой, которая, по плану замка, никуда не вела.

На следующее утро Гарри рассказал обо всём друзьям.

Рон пожал плечами.

— Может, Пивз?

— Следы были настоящими.

— Тогда призрак?

— Призраки не оставляют воду, — вмешалась Гермиона.

Она достала карту Хогвартса, найденную в архиве.

— Смотрите.

На самом старом плане действительно существовал проход.

Именно там, где теперь была глухая стена.

Но позже его аккуратно закрасили.

Будто этого коридора никогда не существовало.

— Почему?

— Не знаю.

— Значит, узнаем, — сказал Гарри.

Поздним вечером друзья снова пришли к стене.

Она выглядела совершенно обычной.

Серые камни.

Факел.

Пыль.

Гермиона провела палочкой.

— Алохомора.

Ничего.

— Редукто.

Стена даже не дрогнула.

Рон постучал кулаком.

Глухо.

Будто за ней действительно было пустое пространство.

Гарри задумался.

Потом медленно произнёс:

— Ревелио.

По стене пробежали серебристые линии.

Камни задрожали.

И прямо перед ними проступила старая дубовая дверь.

Её никто не видел сотни лет.

На ручке висела серебряная табличка.

«Кабинет профессора Элиаса Блэкторна.»

Все трое переглянулись.

— Никогда не слышала такого имени, — тихо сказала Гермиона.

— И я, — ответил Гарри.

Он осторожно толкнул дверь.

Та открылась сама.

Из темноты пахнуло холодом.

Внутри стояли старые телескопы, карты звёздного неба и десятки странных механизмов.

В центре комнаты находился письменный стол.

На нём лежал единственный предмет.

Закрытый дневник.

Без названия.

Без замка.

Когда Гарри прикоснулся к обложке, по комнате прокатился ледяной ветер.

Все свечи одновременно погасли.

А из темноты прозвучал спокойный мужской голос:

— Если вы открыли эту дверь... значит, Хогвартс снова в опасности.