Такая разная старость (джен)

Волдеморт был давно побеждён, а все его последователи, известные Аврорату, — пойманы. Непрерывные схватки помогали Рону оставаться в тонусе, а когда жизнь полностью наладилась, наступила беспросветная рутина. В какой-то момент разум просто перестал напрягаться. Старость коснулась Рона Уизли, искажая его юные черты. Время медленно стёрло из его памяти детали прожитых лет, оставляя лишь смутные воспоминания.

Одним погожим днём Рон и вовсе очнулся в незнакомом месте, ощущая странную пустоту в сознании. Он пытался вспомнить своё имя, но вместо него в голове была лишь тишина. Это очень пугало. Чтобы найти какую-то душевную опору, Уизли осмотрелся. Запах табака заставлял ещё больше насторожиться, а громкие звуки из соседнего паба сильно били по ушам. К своему ужасу, Рон понял, что не знает, где сейчас находится.

Город казался ему одновременно и знакомым, и каким-то чужим. Пожилой маг попытался представить свой дом или хотя бы лужайку у него, но не смог их вспомнить. Стоя посреди толпы, он тихо заплакал от собственной беспомощности. Не имея ни адреса, ни имени, он стал «призраком». Голодное бурчание живота напомнило, что стоит поесть. В карманах денег не оказалось, поэтому Уизли был вынужден временно стать попрошайкой.

Пришлось сидеть на холодном камне, молча протягивая руку к прохожим. Его бывшая самоуверенность растворилась без следа. Идти к стражам порядка было небезопасно, ведь могло оказаться, что Рон — преступник, потерявший память.

Дни сменялись днями, а затем и неделями, и ко всем прочим проблемам постепенно прибавилась ещё одна: от пребывания на холодной мостовой и пренебрежения своим здоровьем Рон заполучил подагру. Она начала быстро развиваться, обретая запущенную форму.

Он мечтал не столько о еде, сколько о визите к врачу. Его суставы начали пульсировать от острой боли, превращая каждое движение в мучительное испытание. Даже пересчитывать полученные монеты было больно.

Безымянный бездомный человек с деменцией и воспалёнными суставами сидел на тротуаре. Прохожие иногда останавливались, чтобы посмеяться над его нелепым видом или бросить сочувственный взгляд и монетку, даже не подозревая, что перед ними находится некогда знаменитый герой.