Тайна Габриэля Агреста: Хранитель Порталов (гет)

Маринетт и Алья сидели за уличным столиком в небольшом ресторанчике. Маринетт погрузилась в свои мысли. Они были посвящены тайне Габриэля Агреста, который просто ушел в портал и напоследок отдал ей Камень Чудес мотылька.

Она не знает, как об этом доложить Адриану Агресту, который не находит себе места, ища целую неделю отца.

И вот теперь она сидит с лучшей подругой и готова поделиться с ней этой тайной, а заодно узнать, как лучше поступить.

Без помощи подруги она не сможет подобрать нужные слова, и ей будет неловко говорить парню, что его отец был террором всего Парижа на протяжении года, а потом просто растворился в портале, отдав талисман моли.

Алья Сезер попивала клубничный коктейль и смотрела на подругу сквозь стекла очков.

Она знала, что её подруга — Леди Баг, защитница Парижа, и знала, что та стала официально встречаться с Адрианом: их свел сам Габриэль ещё до своего таинственного исчезновения.

Маринетт ковыряла ложкой мороженое с её любимым черничным вкусом.

— Ну, подруга, рассказывай, зачем ты пригласила меня сюда? — решила нарушить неловкую тишину юная журналистка, ведущая блога про Леди Баг.

— Я хотела поговорить про Габриэля Агреста, — без колебаний ответила Маринетт Дюпен-Чен.

— Ты что-то знаешь про его исчезновение?

— Да. — Маринетт направила ложку мороженого в рот и устремила взгляд в небо.

— И что конкретно? — в Альи пробудилось любопытство журналиста.

— Он ушел в портал, который ведет в неизвестный мир, и отдал мне вот это, — Маринетт показала подруге талисман моли.

— Это же…

— Да, это талисман Бражника. Габриэль Агрест решил раскрыть мне свою личность, а также доверил квами Нууру, — сказала шепотом девушка, оглядываясь по сторонам.

— Да, он и есть Бражник, но оставил свои попытки быть суперзлодеем и пошел по пути искупления, — Мари замолчала. — Он также сказал мне, чтобы я рассказала всю правду о нём Адриану, ничего при этом не скрывая, включая тайну его настоящего происхождения. Я ему пообещала это сделать, но не знаю, как Адриан отреагирует, узнав правду об отце и своём истинном происхождении, — Маринетт вздохнула. Самый лучший модельер и дизайнер всего Парижа, мистер Агрест, доверил ей свою тайну, а она не может рассказать ему обо всём этом.

Она отлично знает своего спутника по жизни: он ранимый и впечатлительный парень, и правда об отце разобьет его сердце.

Эта правда даже больнее, чем потеря матери, которая внезапно исчезла год назад. Маринетт не хочет тревожить его, но при этом она дала обещание Габриэлю — рассказать всю правду о нём, ничего не скрывая, а обещание нужно выполнять, но это сделать довольно трудно.

— Ты боишься рассказать о его тайне его сыну? — спросила Аля, выпив коктейль, затем принялась за своё мороженое. Она не сводила взгляда с подруги, видела, как та краснела от смущения.

— Я понимаю тебя, Адриан — хрупкий парень, и его сердце не сможет пережить такой шок, но ты же пообещала его отцу рассказать всё о нём, не тая ничего, и тебе предстоит сделать это, — Аля сочувственно улыбнулась, затем погладила руку подруги.

— Да, я знаю это, но никак не решусь и позвала тебя, чтобы ты помогла мне, посоветовала, как правильно преподнести ему всю правду о его отце, — Маринетт доела уже растаявшее мороженое и принялась за коктейль.

Ей было тяжело и грустно. Она понимала Габриэля Агреста, хотя и ругала его, ведь он год терроризировал Париж как суперзлодей Бражник.

Но в нём есть искренность, и он явно пошел по пути искупления грехов, как и их с Котом Нуаром тёмные версии из иного измерения.

Она желает ему счастливого пути в его начинаниях, но боль присутствовала, ведь тот шагнул в опасное измерение, где правит бал Высший.

Он не любит супергероев и держит квами и камни чудес под своим контролем. В том измерении вечная тьма и деньги важнее всего.

Люди живут в страхе и ужасе, но на их защите стоит супергероиня Эсперия, и теперь ей ещё помогают Коготь Нуар и Леди Фортуна.

Пошедшие против Высшего после пройденного пути искупления в их мире, они исправились и ушли вместе с Эсперией в их родное, покрытое тайнами и тьмой измерение.

— Мари, пригласи Адриана на свидание, подари ему цветы. Затем постепенно, во время вашего разговора, дойди до момента раскрытия тайны мистера Агреста и так, ненавязчиво, после всего поцелуй его, — предложила выход из ситуации рыжеволосая красавица и подмигнула подруге.

— Алья, а это идея. Спасибо тебе за помощь, — Маринетт понравился вариант выхода из ситуации, предложенный подругой.

Она в порыве чувств поцеловала её руку, потом, поняв, что сделала, покраснела от смущения, а Алья тихонько хихикнула.

Маринетт решила пригласить Адриана на вечерний романтический пикник в парке. Она приготовит лучшие блюда, а папа испечёт хлеб и пирожные для них и, естественно, возьмёт вишнёвый сок, который напоминает красное вино и является самым любимым соком Адриана. Ему всё понравится, и раскрытие тайны его отца пройдёт как по маслу и без сложных последствий.

И заодно они проведут лучшее свидание у кристально чистого озера, возможно, искупаются в его чистейшей и прохладной воде и поцелуются под покровом ночи и луны. Так романтично. Они наконец-то стали парой. Хлоя отстала от них и теперь встречается с другим парнем. Им хорошо друг с другом: её новый парень буквально носит её на руках и целует прямо на глазах у всех. Она даже поменяла стиль одежды и извинилась перед Мари за то, что унижала её ранимую персону. В общем, все обрели своё истинное и долгожданное счастье. Алья счастлива с Нино: он искренне её любит, и они знают тайну друг друга.

Вечер опустился на Париж мягким бархатным покрывалом, окрашивая небо в глубокие оттенки индиго. В парке, у самой кромки кристально чистого озера, Маринетт уже расстелила плед, украсив его букетом полевых цветов, которые она бережно собирала весь день. Адриан появился точно в срок, его улыбка была такой искренней и светлой, что у Маринетт на мгновение перехватило дыхание. Он выглядел по-настоящему свободным, словно груз ожиданий отца больше не давил на его плечи, хотя сама тайна Габриэля Агреста всё ещё висела в воздухе невидимым облаком.

Адриан с восторгом принял приглашение, и их вечер превратился в череду неспешных разговоров, смеха и вкуса свежей выпечки, пропитанной теплом пекарни Дюпэн-Чэнов. Вишнёвый сок в бокалах переливался в свете луны, словно драгоценный рубин. Маринетт, чувствуя поддержку Альи, начала издалека, осторожно подбираясь к сути. Она говорила о переменах, о том, как важно быть честными друг с другом, и Адриан, глядя в её глаза, понимал всё без лишних слов. Когда она наконец произнесла правду о двойной жизни его отца, он не вздрогнул. В его взгляде не было боли — лишь принятие и облегчение от того, что теперь, когда всё сказано, между ними больше нет преград.

Они поднялись, чтобы подойти к воде, и прохлада озера приятно контрастировала с теплом их тел. Оставив позади все тревоги, они вошли в воду, чувствуя, как ночная тишина обнимает их, защищая от остального мира. В этот момент, когда лунная дорожка дрожала на водной глади, Маринетт коснулась его щеки, и Адриан, не раздумывая, притянул её к себе. Их поцелуй был полон нежности и обещаний — тихий, глубокий, ставший финальной точкой в их долгом пути к друг другу.

Вдали, в тени деревьев, Алья и Нино наблюдали за ними, переплетя пальцы. Они знали, что впереди их ждут новые приключения, возможно, даже те, что связаны с далёким, окутанным тьмой измерением, куда они однажды отправятся вместе с Эсперией. Но сейчас это не имело значения. В этом мире, где Хлоя больше не была врагом, а каждый обрёл своё место, наступила эпоха долгожданного покоя. Маринетт и Адриан, стоя по колено в воде, смотрели на звёзды, зная, что отныне их судьбы сплетены в одну, и никакие тайны прошлого больше не смогут разлучить их сердца.

Тишина ночи, нарушаемая лишь мерным плеском воды о берег, казалась осязаемой, словно само время замерло, давая влюбленным возможность насладиться моментом абсолютной искренности. Адриан, всё ещё удерживая Маринетт в своих объятиях, отстранился лишь на мгновение, чтобы заглянуть в её глаза, в которых отражались мириады далеких звезд. В этом взгляде он читал не только любовь, но и готовность разделить с ним любое бремя, которое могла подбросить судьба.

— Спасибо, — прошептал он, и его голос, обычно сдержанный и выверенный, сейчас звучал с непривычной хрипотцой. — Ты подарила мне не просто правду, ты подарила мне право быть собой, не оглядываясь на тени, которые так долго преследовали мою семью.

Маринетт лишь сильнее прижалась к нему, чувствуя, как холодная озерная вода приятно контрастирует с жаром их сердец. Она знала, что впереди их ждет еще много работы: восстановление доверия, поиск ответов на вопросы, оставленные Габриэлем, и, возможно, тот самый путь в иное измерение, о котором шептались легенды. Но сейчас, когда каждый вдох был пропитан ароматом ночных цветов и спокойствием, эти задачи казались лишь далекими отголосками, с которыми они справятся вместе.

На берегу, в густой тени старых ив, Алья и Нино тихо переглянулись. Алья, чьи глаза светились от радости за подругу, сжала ладонь Нино чуть крепче. Они чувствовали, как меняется энергия вокруг — воздух становился плотнее, наполняясь предчувствием чего-то грандиозного. Эсперия, чье присутствие они ощущали как легкое покалывание на кончиках пальцев, словно ждала, когда герои окончательно примут свою новую реальность.

— Они готовы, — едва слышно произнес Нино, глядя на водную гладь, где силуэты Маринетт и Адриана слились в единое целое. — Путь искупления пройден, и теперь начинается путь созидания.

Маринетт, словно услышав его слова, подняла голову к небу. Она знала, что их история не заканчивается на этом берегу. Впереди ждало измерение, покрытое тайнами и тьмой, но теперь, когда в её руке была рука Адриана, а в сердце — непоколебимая уверенность, она знала: даже самая глубокая тьма отступит перед светом, который они несут в себе.

Они вышли из воды, ступая на мягкую траву, и мир вокруг них, казалось, затаил дыхание. Париж спал, не подозревая, что двое его защитников только что перешагнули черту, отделявшую их от великого предназначения. Впереди была целая жизнь, полная открытий, и они были готовы встретить её, не боясь ни прошлого, ни будущего, ведь теперь их судьбы были не просто сплетены — они стали единым целым, неразрывным и вечным, как само звездное небо над их головами.

— Моя миледи, можно мне поцеловать тебя? — сказал Адриан, глядя прямо в глаза своей избраннице.

— Естественно, можно, — она давно ждала этого шага от парня. Вернее, сентимонстра, но так идеально похожего на человека.

Они встали напротив друг друга, рука в руке.

Нино и Алья обнялись и ждали зрелища, и оно пришло.

Адриан нагнулся к губам любимой.

Мир вокруг словно замер, сжавшись до одного единственного мгновения, в котором существовали только их дыхание и едва уловимый аромат дождя, принесенный ветром с открытого балкона. Когда их губы наконец соприкоснулись, Маринетт почувствовала странный, почти электрический трепет, пробежавший по коже. Это было не просто касание — в нем читалась вся нежность, накопленная за долгие месяцы скрытых чувств и невысказанных слов.

Адриан прикрыл глаза, и на долю секунды Маринетт показалось, что она видит в его выражении нечто большее, чем просто человеческую привязанность: глубокую, почти болезненную преданность, граничащую с абсолютной зависимостью от её присутствия. Его рука, покоящаяся на её талии, была теплой и уверенной, и в этот момент все сомнения о его природе, все тени сомнений, что иногда терзали её по ночам, растворились в небытии. Для неё он был настоящим — здесь, сейчас, в этом поцелуе, который казался обещанием вечности.

Нино и Алья, затаив дыхание, наблюдали за ними, не решаясь нарушить тишину даже шепотом. В воздухе разливалось ощущение завершенности, словно пазл, который долго не складывался, наконец обрел свою целостность. Адриан отстранился лишь на пару миллиметров, не разрывая контакта, и его взгляд, полный искреннего обожания, заставил сердце Маринетт пропустить удар. В этом тихом, интимном пространстве, созданном ими двоими, не было места для тайн, магии или чужих ожиданий — только двое влюбленных, нашедших друг в друге свое пристанище посреди шумного и непредсказуемого Парижа.