Бремя наставника (джен)

Пылающий шкаф

Странный мужчина — сперва Том принимает его за врача — входит в комнату и начинает нести какую-то чепуху про особенных детей. Том закатывает глаза. Он и без посторонних знает, что особенный, только совсем не в том смысле, который обычно вкладывают в это слово эти люди...

А потом мужчина поджигает его шкаф.

Том четыре года изнурительно тренировался, чтобы научиться двигать предметы силой мысли, и, конечно, уронить что-нибудь на голову Билли Стаббса приятно, но рядом с могуществом профессора Дамблдора все его достижения — жалкая свечка.

Потому что это, ну... огонь.

Круче. Просто. Не. Бывает.

Кажется, профессор говорит что-то о том, что нельзя воровать чужие вещи, но Том слишком занят пламенем, чтобы вслушиваться как следует. Ну а кто бы на его месте слушал?

• • •

Слава профессора

— А, да. Великий человек, Дамблдор, — говорит бармен Том, вытирая кружку тряпкой, которая грязнее полов в приюте миссис Коул. — Очень могущественный волшебник.

Том согласно кивает. Ничего удивительного, что слава профессора добралась даже до каждого захудалого кабака Британии. В конце концов, если бы Том умел одним взмахом палочки поджигать шкафы — поджигать! — им бы тоже все восхищались.

Профессор велел ему обратиться к бармену, чтобы попасть в Косой переулок. Том идет следом за стариком; тот стучит палочкой по стене, и камни расходятся, открывая целый мир магии. Ах, какое великолепие — Его Мир, полный людей вроде самого Тома и его профессора.

Ну... людей, которые не так уж безнадежно уступают профессору.

Том выходит в переулок и первым делом ищет книжный магазин.

— А, профессор Дамблдор, — говорит пухлый продавец. — Великий человек, великий человек. Интересуетесь, вижу?

Том с жаром кивает. Вот бы ему самому однажды стать таким же потрясающим, как профессор Дамблдор... Тогда этот идиот Билли Стаббс быстро научился бы уважению, если бы Том поджег его шкаф.

— Тогда вам непременно нужна биография Николаса Фламеля, — советует продавец, — еще «Восхождение современного волшебника», «Великие волшебники двадцатого века» и...

Стопка книг перед Томом растет, пока не становится выше него самого, а глаза у Тома, кажется, вот-вот перестанут помещаться в голове. Он так и знал. Профессор не такой, как остальные волшебники. О нем написано в куче книг. Все знают, насколько он велик.

Ах, однажды Том станет таким же.

Слава богу, он стащил у миссис Коул достаточно денег, чтобы купить все сразу.

• • •

Лучшая палочка

Олливандер говорит и говорит без умолку, пока его мерная лента сама ползает вокруг Тома. Неужели расстояние между ноздрями действительно имеет значение? Этот мужчина средних лет наверняка шарлатан; где настоящий хозяин магазина? В какой-то момент, однако, Олливандер произносит кое-что интересное.

— Я помню каждую палочку, которую когда-либо продал, мистер Реддл, и...

— Правда? — перебивает Том так резко, что Олливандер вздрагивает. — А палочку профессора Дамблдора вы продали?

Олливандер хмурится, но все же отвечает:

— Черное дерево, четырнадцать дюймов, сердцевина — перо феникса. Так вот, как я и говорил...

— Я хочу точно такую же!

— Так это не работает, мистер Реддл. Вы меня вообще слушали? Палочка выбирает волшебника.

Так хозяева не работают, думает Том. Хозяин говорит своим вещам, что делать, а они делают. Этот человек Тому не нравится.

Олливандер приносит одну палочку за другой, и ни одна даже отдаленно не похожа на ту, которую он только что описал. Тис, бук, осина, сердечная жила дракона. Он даже предлагает волос единорога — Тому не нужен диплом по палочковедению, чтобы понимать: единороги совершенно не его стиль.

Наконец одна палочка ложится в руку, и от нее идет тепло, сила и странное чувство, будто он вернулся домой. Том никогда раньше такого не ощущал.

— Любопытно, — произносит Олливандер. — Очень любопытно.

Том вздыхает и решает подыграть.

— Что именно?

— Видите ли, феникс, чье перо находится в вашей палочке, отдал всего два пера. И, что особенно интересно, этот феникс принадлежит Альбусу Дамблдору.

Том едва не падает в обморок. Он знал, что особенный! Он станет таким же, как профессор Дамблдор. Это судьба.

Он — Избранный.

— Сколько стоит вторая?

Кому вообще нужны котел и мантии? Обойдется.

— Мистер Реддл... Правда, так это не работает.

Да. Том определенно ненавидит этого человека.