Случай на Анжан Клосс (гет)

Контейнер был огромный, тяжёлый — старая имперская тара, помятая, с облупившейся камуфляжной краской, которую Люк нашел в глубине леса. Лея смотрела на эту груду металла с подозрением.

— Отличная находка? — фыркнула она, постучав по стенке. — Люк, это просто куча хлама, которую имперцы выкинули за ненадобностью.

— Это не хлам, — упрямо возразил Люк. — Это дом. Должны же мы где-то жить, не все же время в палатке!

— Ржавый дом, который грозит развалиться и упасть нам на голову, когда мы начнём его трогать! — недовольно возразила Лея.

Они стояли друг напротив друга, упёршись руками в бока, и даже не замечали, как похожи в этот момент — одинаково нахмуренные брови, одинаково упрямые подбородки.

— Ладно, — вздохнула Лея. — Давай разбирать. Но если меня придавит этой «отличной находкой», я тебя официально прокляну.

Работа закипела. Но даже во время нее они нашли время для спора. Вернее они работали и спорили одновременно.

"Нет, эту панель надо сюда, она закроет вход, будет как дверь!"

"Подожди, не снимай крепления, иначе всё рухнет!"

"Ты слишком сильно тянешь — сломаешь!"

"А ты слишком много командуешь!"

"Люк — заткнись!"

Внутри они соорудили стеллаж из старых распорок — кривоватый, и, как им казалось, крепкий. Начали складывать туда инструменты, куски обшивки, тряпки — обрывки парашюта. Лея запихивала бухту с веревкой, Люк пытался пристроить какой-то ящик с нужной всячиной, и в какой-то момент стеллаж опасно накренился.

— Стой! — крикнула Лея, хватая Люка за рукав. — Он сейчас упадёт!

Люк дёрнулся, пытаясь удержать конструкцию, Лея рванулась к нему, чтобы помочь, и они столкнулись — лицом к лицу. На секунду всё замерло. Лея уже открыла рот, чтобы как следует отругать Люка, как он неожиданно обнял ее за талию, прижал к себе и буквально впился в нее своими губами. Лея не отскочила, не ударила, не завопила возмущённо — что он себе позволяет! Между ними проскочила та самая искра — не из Силы, а из самой жизни, из усталости, из смеха, из споров, из того, что они столько времени были вдвоём и столько всего делали вместе на протяжении последних пяти лет.

Стеллаж с грохотом обрушился, завалив всё вокруг разбросанным хламом. Но они этого даже не заметили.

Потом спустя час было молчание. Короткое, неловкое, но не стыдное. Просто пауза, чтобы они могли перевести дыхание. Лея надевала нижнее белье, пряча упругую грудь в эластичных чашечках бюстгальтера. Люк застёгивал рубашку, на которой у воротника нехватало пары кнопок, ставших жертвой страсти. Он что-то напевал себе под нос.

— Знаешь, — сказала Лея, натянув тунику через голову и собирая волосы в хвост, — я всё-таки была права насчёт этого контейнера. Он реально опасен.

Люк фыркнул и перестал петь.

— Я думал, ты скажешь, что мы не так его разбирали.

— Мы его ужасно разбирали, — честно призналась она. — Но знаешь… зато теперь у нас есть история.

Он улыбнулся — широко, искренне, и в этой улыбке было столько облегчения, что Лея сама невольно рассмеялась.

— Ладно, — сказала она, закончив одеваться. — Давай всё-таки доделаем. А то надоело ночевать в палатке. Если мне и сегодня придется спать у костра, тогда я точно буду винить во всём тебя.

Люк было шагнул в сторону, но вдруг замер.

Из-под опрокинутого стеллажа донёсся короткий, обиженный, очень узнаваемый писк. Потом ещё один. И ещё.

Лея и Люк одновременно повернули головы.

Под полкой, прижавшись к стене и глядя на них огромными фоторецепторами, стоял R2-D2. Вид у него был такой, будто он всё видел, всё понял, и теперь пытался решить — обидеться навсегда или просто потребовать компенсацию в виде дополнительного заряда батареи. Лея закрыла лицо ладонью, но плечи её тряслись от беззвучного смеха.

Потом вдруг она замерла. Её глаза расширились от внезапной, совершенно панической мысли, пришедшей на ум.

— Подожди… — прошептала она. — Люк, а вдруг… эта жестянка всё записала? Ну, на камеру. Он же всё время стоял за стеллажом. И видел… всё.

Люк на секунду застыл. Потом медленно, очень медленно повернул голову к дроиду. R2-D2 смотрел на них своими фоторецепторами — круглыми, чуть наклонёнными, будто он и правда пытался понять, что тут вообще происходит.

Люк на это махнул рукой.

— Лея, — сказал он, — Дроид был деактивирован. Падение стеллажа его и разбудило. Он даже не знал, что происходит, пока не оказался под стеллажом. Наверное он заехал в контейнер когда я пошёл за тобой, и примостился там.

Лея моргнула. И вдруг её лицо залилось краской, а взор потупился.

— А если не был? — пробормотала она. — Если бы… ну, вдруг у него какой-то автономный режим?

Люк улыбнулся — теплой, доброй, улыбкой. Он подошёл к R2, положил руку на его гладкий корпус.

— Даже если бы он был включён, — спокойно сказал Люк, глядя не на дроида, а на Лею, — он бы не стал нас записывать. Не потому что не может. А потому что ему незачем предавать своих друзей. Он не из таких.

R2-D2 будто понял, о чём речь. Он издал короткий, мелодичный писк — не обиженный, не язвительный, а такой… успокаивающий. Как будто говорил — "Да ладно, я ничего не видел. Или видел, но уже забыл. Или видел и считаю, что это было нормально".

Лея закрыла лицо ладонями. Сквозь пальцы было видно, как она пытается сдержать смех — и не может.

— Прости, R2, — сказала она, опуская руки и глядя на дроида уже с виноватой улыбкой. — Я просто… немного запаниковала.

R2 пискнул ещё раз — на этот раз явно веселее, с какой-то озорной интонацией.

Люк расхохотался.

— Видишь? — сказал он, обнимая Лею за плечи — легко, без напряжения. — Он нас простил.

— Надеюсь, — пробормотала Лея, всё ещё краснея, но уже не пряча улыбку. — Потому что если эта запись всплывёт где-нибудь на голосети, то…

— То тогда мы скажем, что это монтаж, — невозмутимо перебил Люк. — Наглый, бессовестный монтаж твоих политических оппонентов. Или что R2 просто перегрелся и у него глюки.

R2 издал звук, который можно было трактовать только как — "Да-да, конечно, именно так".

И они рассмеялись громко и свободно.

Потом Лея вздохнула и заговорила.

— Ладно. Хижина сама себя не построит. И на этот раз — никаких отвлечений. R2, ты будешь стоять прямо передо мной. Чтобы я тебя видела.

R2 на это только весело пискнул.

Люк кивнул, подхватывая другой край.

— Никаких отвлечений, — повторил он, но в глазах у него всё ещё плясали смешинки. — Только хлам… и дроид, который всё видел, но никому не расскажет.

И они снова взялись за работу.

* * *

Утро следующего дня

Люк с утра ушёл на охоту — сказал, что видел в лесу местную живность, а им не помешает хоть какой-то запас мяса. Лея проводила его взглядом, пока он не скрылся между деревьями, потом вздохнула и повернулась к R2-D2.

Дроид тихонько пощёлкивал, будто переводил систему в режим ожидания, но стоило Лее подойти поближе — замер, словно почувствовал, сейчас будет разговор про вчерашнее.

— R2, — сказала Лея, усаживаясь прямо прямо перед ним и глядя на дроида очень серьёзно. — Нам нужно поговорить. Без шуток.

Лея помолчала. Потом быстро заговорила, как будто боялась, что если остановится, то уже не сможет продолжить.

— Послушай. Я знаю, что ты… что ты мог видеть. И я хочу, чтобы было понимание — мы с Люком взрослые люди. Мы женщина и мужчина, и имеем право на уединение друг с другом. Это не преступление, не… эээ... просто мы два человека, которые друг другу небезразличны, понимаешь?

— А то, что мы брат и сестра… — Лея чуть сбилась, но тут же резко продолжила. — Это случайность. Мы вообще узнали об этом меньше года назад. Меньше года, R2! До этого мы росли на разных планетах, в разных семьях, даже не подозревали о существовании друг друга. Я — Органа, он — Скайуокер. Разные миры, разные жизни. И вообще это не доказано. В конце концов Вейдер мог Люку и наврать, правда же? Так что для меня он обычный парень. И то, что между нами произошло, на самом деле нужно было нам обоим.

R2 издал свист — не осуждающий, не насмешливый, вроде "Я тебя услышал".

— Я не прошу тебя одобрять, — сказала Лея дрогнувшим голосом. — Я прошу тебя понять. Что мы не… что это не какое-то извращение. Это была близость. Настоящая, живая. Между двумя людьми, которые доверяли друг другу.

Она вытащила из кармана потрёпанную инфокарту, покрутила её в пальцах.

— Слушай, я тут набросала кое-что. Не полноценный договор, конечно — вряд ли эта планета входит хоть в какую-то юрисдикцию. Но… это лучше, чем ничего.

R2 наклонил купол, будто пытался прочесть текст на карте, которой не было видно.

— Это соглашение о неразглашении, — торжественно объявила Лея. — В нём говорится, что ты обязуешься не передавать, не транслировать, не копировать и не продавать третьим лицам любые данные, записанные в радиусе десяти метров от тебя за последние… ну, скажем, двадцать четыре часа. Особенно если там есть… неловкие моменты.

R2-D2 издал звук, который можно было трактовать как — "Ты серьёзно?".

— Да, серьёзно, — твёрдо сказала Лея. — Я же сама в свое время записывала с тобой обращение к Оби-Вану Кеноби. У тебя есть память. У тебя есть доступ к передатчикам. И у тебя есть совесть — я знаю, что она у тебя есть, даже если это просто набор алгоритмов.

Она положила инфокарту перед ним.

— Подпиши. Ну, то есть… подтверди. Какой у тебя сейчас стандартный протокол подтверждения? Наверное он спустя пять лет изменился? Ну, ты можешь просто издать один длинный сигнал или мигнуть синим? Что угодно, лишь бы я знала, что ты понял.

R2 помолчал. Потом издал длинную, мелодичную трель — не насмешливую, а почти уважительную. Это был знак согласия.

Лея выдохнула и наконец-то улыбнулась — по-настоящему, без напряжения.

— Спасибо, R2. Правда. Это… много для меня значит.

Он пискнул ещё раз — уже мягче, почти по-дружески. И вдруг подкатился чуть ближе, толкнулся в её колено — не сильно, просто чтобы показать — "Всё в порядке. Ты можешь мне доверять. И тебе не нужно оправдываться".

Лея рассмеялась и погладила его по куполу.

— Знаешь, — сказала она, поднимаясь, — если когда-нибудь кто-то что-то предложит за сведенья в твоей базе данных за мои... гм... — ты вспомни этот момент. И эту инфокарту.

R2 выдал короткий, весёлый сигнал, который означал — "Да-да, помню. Никаких сделок с Империей. Только с тобой".

— Вот и договорились, — кивнула Лея, и улыбнулась. — Никаких компроматов.

R2 весело пискнул, откатился на пару метров вперёд.

Лее стало очень хорошо на душе. Рядом был тот, кто всё видел, всё понял — и всё равно остался на её стороне.

А теперь ей оставалось заниматься своими делами и ждать Люка.

Прошло несколько часов.

Лея приготовила обед, после этого сняла, прочистила и вновь установила фильтр на влагоуловителе. После чего уселась на ящик и принялась ждать Люка.

Вскоре показался Люк. На плече у него болталось что-то небольшое, серое, с гладкой шкурой. Сам он был мокрый — видимо, упал в ручей — и улыбался так, будто ему было все нипочём.

Лея посмотрела на него. На мокрую одежду, на серую тушку на плече, на улыбку, которая не менялась, сколько бы лет ни прошло с того памятного побега из лап Таркина. Внутри что-то мягко сдвинулось — да, вот он, мой единственный.

— Привет, с полем — сказала она. — Иди переоденься, расскажешь за едой.

Люк кивнул, прошёл мимо неё к контейнеру, на мгновенье задержавшись и чмокнув ее в губы — своими влажными ее сухие. Потом он скрылся внутри, и оттуда послышался грохот — он задел полку, конечно, — и сдавленное ругательство.

Лея допила воду и поставила кружку на столик. Джунгли шумели. Фильтр тихо капал. День был хороший.

А впереди у них была ещё одна ночь.