Старший (джен)

Не сказать, что Джейсон удивился звонку. Малыш Джей еще в четверг сообщил ему, что Дик заедет на выходные. Наоборот, было удивительно, что Дик рассорился с Брюсом только к вечеру субботы.

Но вот просьба Джея оказалась неожиданной:

— Можно мне привести с собой Дика?

Ни разу еще Джейсон не слышал его настолько напуганным. Он на мгновение задумался. С одной стороны, Дик был его братом, а с другой, он сомневался, что готов к встрече с ним. Однако дрожь в голосе Джея определила ответ за него.

— Ага, давай приводи его. Удачно вам добраться, — сказал он. — Я пока чай вам приготовлю, ладно?

Джей подозрительно горячо поблагодарил и повесил трубку. Джейсон сделал вид, что это его не встревожило, и поставил чайник. Не в силах усидеть на месте, начал готовить печенье — песочное, по рецепту Альфреда, который он узнал целую жизнь назад. Он все ещё отказывался признавать за собой привычку готовить на нервах, потому что Тим и так уже его засмеял за это.

Замок щелкнул и дверь открылась, как раз когда печенье было готово. Джей ввалился в квартиру, таща Дика за собой. Джейсон поднял взгляд — и заледенел при виде лица Дика.

У него был подбит глаз.

Это объясняло, почему Джей, казалось, готов был забраться под кухонный стол и ненадолго спрятаться от всего мира: он еще не успел отойти от необходимости заботиться о матери, когда на нее обрушивалась вся мощь гнева Уиллиса. Джейсон неожиданно порадовался, что Тим уже лег спать. Тот бы очень расстроился, увидев своего героя в таком виде, а Джейсону хотелось как можно дольше защищать его от мрачной стороны их нездоровой семейной динамики. Кэсс поймет, она всегда понимала, но жаль было, что не вышло защитить и ее. Пока надо было заняться Диком и Джеем — эти двое выглядели слишком уж потерянными.

— Устраивайтесь как дома, — Джейсон старался говорить спокойно и ровно.

Джей за руку отвел Дика к дивану, легко касаясь второй ладонью его плеча. Джейсон достал из шкафчика тарелки и кружки и положил каждому по три печеньки. Разлил чай и, глубоко вздохнув для успокоения, вышел в гостиную. Когда он раздавал братьям чай, у него дрожали руки. Джейсон забрал свою долю и сел по другую сторону Дика.

— Привет, Дикки, — поздоровался он как можно добрее и ласковей. — Джей уже рассказал тебе, кто я? — Дик кивнул, но промолчал. У Джейсона все сжалось внутри, и дышать получалось через силу. — Больше нигде не болит?

— Нет, — пробормотал Дик. Голос у него был совсем хриплый — наверное, из-за того, что он кричал на Брюса.

— Жаль тебя разочаровать, — Джейсон слегка подтолкнул его плечом, — но ты уже не самый старший. — Он дождался, когда Дик поднимет взгляд. — Со мной можешь не притворяться сильным, хорошо?

Упрямое, решительное выражение сползло с лица Дика, обнажив скрывавшуюся под ним усталость. Дик опустил голову, растерянный и пристыженный. Джейсон его не торопил. Он понимал, какое бремя лежало на плечах старшего брата, но теперь эту тяжесть предстояло нести ему. Как же он себя ненавидел за то, что поздно понял: он на все готов ради семьи. По крайней мере, поздно для своего мира. Но для той семьи, что он строил в этом мире, он еще может что-то исправить к лучшему.

— Вас оставить одних? — спросил Джей, и Джейсон не смог бы припомнить, когда он сам в последний раз выглядел настолько юным.

Дик кивнул, и Джей, пожав напоследок его руку, встал и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Джейсона вдруг охватил прилив гордости за своего двойника. Хороший он ребенок.

— Ты не обязан об этом говорить, — сказал Джейсон, — но, думаю, так было бы лучше. По крайней мере, я смогу тебя понять.

— Да ладно, — фыркнул Дик, — Би никогда не поднимал на Джея руку, как бы они ни скандалили.

— На твоего Джея — может быть, — ответил Джейсон напряженным тоном. Когда Дик посмотрел на него, он оттянул воротник, продемонстрировав уродливый шрам на шее. — Я — другое дело.

Дик замер, лицо у него болезненно исказилось.

— Это Брюс сделал? — слабым голосом спросил он, словно до ужаса боялся ответа.

Джейсон кивнул, и Дик потрясенно ахнул.

— Много плохого случилось, — Джейсон говорил отстраненно, хотя воспоминания так и норовили его нагнать. — Я хотел заставить его выбирать — убить меня или дать мне убить Джокера. — Он испустил короткий и горький смешок: — Ну и вот, он выбрал. Бэтарангом по горлу.

— Неправильно выбрал, — сказал Дик и наконец-то, впервые с тех пор, как вошел в квартиру, стал похож на себя. Немного помедлил, прежде чем продолжить, тщательно подбирая слова: — Мы опять поссорились. Он не сдержался, видимо. Сказал мне вернуть свои ключи Альфреду. Я не сразу пошел, и он потерял терпение. — Он беспомощно показал на синяк.

— Ты этого не заслужил, — горячо и твердо сказал Джейсон. — И если когда-нибудь нужно будет где остановиться, мы тут всегда тебе рады.

— Не хочу мешать, — уклонился от ответа Дик.

— Дик, мы не чужие друг другу, — не отступил Джейсон. — Брюс сволочь, но он не единственное, что нас объединяет. — Он взял брата за руку. — Робин — значит семья, так же?

Лицо Дика сморщилось, и он прикусил губу, сдерживая слезы. Джейсон притянул его к себе и обнял, и Дик обмяк, уткнувшись ему в плечо. У него затряслись плечи, и судя по мокрому пятну на футболке Джейсона, он позволил себе заплакать. Джейсон никогда еще не видел, чтобы Дик плакал, и ощущение было такое, словно все, что он знал об этой жизни, вывернулось наизнанку. Теперь он был старшим.

— Все будет хорошо, — прошептал он, гладя брата по волосам. — Все в тебя наладится, Дикки. Я с тобой.

— Он жалеет, что взял меня, — совершенно несчастным тоном сказал Дик. — Жалеет, что согласился взять меня как партнера-Робина. И как воспитанника.

Воспитанника, но не сына. Джейсон помнил, как Брюс и Дик подолгу спорили на ту же самую тему в его вселенной еще до того, как он умер. Со временем они смогли договориться, но помучились основательно. Хотел бы он не допустить того же для этой версии своего брата, но эта боль уже слишком крепко укоренилась.

— Малыш Джей не жалеет, — ответил он мягко, — и Альфред тоже. Кэсс тебя полюбит, и Тимми, о да, на седьмом небе будет от счастья с тобой познакомиться. — Дик сел ровно, вытирая глаза, и Джейсон подтолкнул его в бок: — Я тебя не брошу, хорошо?

Он дождался, когда Дик кивнул, и тепло улыбнулся ему в ответ. Обернулся через плечо, поднимая брови:

— Ладно, Тимми, можешь уже выходить.

Из-за дверного косяка показалось смущенная и отчаянно любопытная мордашка. Джейсон поманил Тима поближе.

— Простите, — пробормотал тот, переминаясь, — я проснулся и услышал разговоры, хотел проверить, что все нормально.

Как только он дошел до дивана, Джейсон подтянул его к себе и усадил между собой и Диком.

— Не парься, мелкий, — дружески сказал Джейсон и взглянул на Дика: — Познакомься, Тим, это Дик. По-моему, его надо бы пообнимать, и я назначаю тебя добровольцем. Плюс тебе и самому не повредит, — и он подкрепил свои слова, ткнув его в ребра.

Тим хихикнул и отмахнулся от него, и Джейсон буквально увидел миг, когда Дик мысленно породнился с мальчиком. Птенчик тут же был поглощен знаменитым объятием Дика Грейсона и блаженно обмяк, проникнув к своему новому брату.

Джейсон встал и взлохматил им обоим волосы.

— Пойду сделаю себе чаю, а детям — какао, — сказал он, потягиваясь. — Тебе, наверное, тоже какао, Бигвинг?

Дик кивнул, прижавшись щекой к макушке Тима, и Джейсон не удержался от улыбки.

Он развернулся в сторону кухни, чувствуя разом и умиротворение и ужас. Ради семьи он был готов на все, но знал, что это большая ответственность. Джейсон планировал дать им дом, стать для них лучше. Оглянувшись на своих братьев, сидевших на диване, он решил, что, как бы то ни было, начало уже получалось неплохим.