Расколотый мир: Хроники восстающего зла (джен)

I. Явление из Пустоты

До того как зародилось Первое Слово, вселенная спала.

Существовал лишь Беспредельный Океан Пустоты — холодный, беззвучный, замерший в вечном покое.

В его недрах, лишённые света и тепла, бесцельно блуждали первозданные искры творений — зародыши будущих миров, ещё не познавшие течения дней.

Там, в безмолвной бездне, где свет угасал, не успев родиться, созревало Нечто.

Оно не обладало разумом в понимании смертных. Оно не испытывало желаний.

Оно являлось чистым воплощением Изначальной Тьмы, обретшим осязаемую форму.

И одной искры волеизъявления хватило, чтобы покой прервался.

Из первородного сумрака, соткавшись из самого отрицания жизни, восстал Владыка.

Величественный и жуткий.

Его монолитная, поглощающая любой свет броня казалась высеченной из материи самой долгой и глухой ночи.

Под его забралом не было лица.

Из непроглядного ничто, сокрытого сталью, в мир смотрели две фиолетовые бездны — его глаза. То были колодцы леденящего космического равнодушия.

В них не крылось ни гнева, ни коварства, лишь абсолютно, мёртвое безразличие ко всему живому.

Смертные воины, рискнувшие заглянуть в эти фиолетовые огни, теряли рассудок — их разум ломался, неспособный вынести осознание того, насколько они ничтожны перед лицом этой пустоты.

В Эпоху Первого Камня, когда человечество лишь возводило свои первые хрупкие цитадели, Владыка пришёл на эти земли.

Его могущество не знало земных преград, а бесчисленные легионы искажённых тварей подчинялись лишь одной догме — догме тотального стирания.

Он не выстраивал стратегий. Не захватывал ради власти.

Он просто двигался вперёд.

Его беззвучная поступь раскалывала тектонические плиты, заставляя целые материки содрогаться, а океанские воды — замирать от ужаса.

Там, где ступала нога Владыки, само слово «сопротивление» теряло смысл.

Ни один благословенный клинок, ни одно сильнейшее плетение магов прошлого не могли оставить на его доспехе даже крошечной царапины.

Мир, скованный железными тисками отчаяния, безмолвно погружался во тьму, покорно ожидая своего последнего часа…

II. Кровь и Печать

И когда казалось, что небесный свод окончательно рухнет, а сама надежда обратится в прах, на окровавленные рубежи истории ступили они.

Первые Герои.

Наделённые силой, превосходящей понимание смертных, они принесли ослепительное пламя туда, где веками властвовала ночь.

Впервые за долгие эпохи человечество, узрев этих легендарных защитников, нашло в себе силы поднять мечи.

Животный ужас уступил место священной ярости. Обречённые расы начали побеждать.

Отвоёвывая каждый шаг земли и омывая разрушенные города черной кровью захватчиков, союзные армии теснили бездну назад.

Мрак отступал, оставляя за собой горы осквернённой плоти.

На исходе этой безжалостной войны, пред ликом самой судьбы, сошлись все выжившие силы смертных. Возглавлял это беспрецедентное воинство союз из шести Героев.

И на выжженном поле финального столкновения их ждал Он.

Сам Владыка Тьмы.

Столкнулись две несокрушимые воли, и содрогнулось само мироздание от грохота их битвы.

То была сеча, равной которой не видели боги. Рушились горные хребты, испарялись реки, а легионы кошмаров гибли под сокрушительными ударами праведного возмездия.

В едином, яростном порыве, не щадя своих жизней, Герои сотворили невозможное — они рассеяли армию врага и повергли наземь её повелителя.

Но первородное зло невозможно было уничтожить обычным оружием. Даже поверженный, Владыка продолжал дышать, готовый в любую секунду восстать и продолжить жатву.

Бездна дорого продала свою погибель.

Пятеро из шести великих воителей, что первыми бросились в объятия фиолетовых огней, пали замертво, обратившись в безмолвные монументы на растерзанной земле.

Лишь один, Последний Герой, остался на ногах среди бесконечного кладбища.

Истекая кровью, чувствуя, как холод смерти подбирается к его собственному сердцу, он решился на крайний шаг.

Собрав крупицы угасающих искр из душ своих павших товарищей и переплетя их воедино с чистой, отчаянной верой всего спасённого человечества, Герой сотворил величайшее таинство.

Под раскаты вселенского грома Владыка Тьмы был закован в нерушимые цепи и навеки погребён в глубочайших, недосягаемых недрах земли.

Падая на колени и теряя последние силы, смертельно раненный защитник обратил свой блекнущий взор к замершему миру.

Его иссохшие губы разомкнулись, чтобы изречь роковое послание…

III. Пророчество Тьмы

И под глухими, скорбными небесами раздался его предсмертный голос, от которого содрогнулось всё грядущее:

«Стены этой темницы не вечны, и оковы, сдерживающие бездну, однажды обратятся в тлен.

День придёт, и треснет великая печать, и Первородное Зло вновь восстанет из подземных чертогов.

Но знайте: в тот роковой час мир останется один.

Не явятся больше новые спасители, способные обуздать фиолетовое пламя, и не соберется армия, готовая бросить вызов легионам мрака.

Ни один луч истинного Света не сумеет пробиться сквозь гущу его абсолютной Тьмы…»

С последним вздохом Герой закрыл глаза навсегда.

Так завершилась Эпоха Первого Камня — время, когда мир был облачён в первозданный хаос.

Прошли столетия. Сменились десятки поколений.

Великая война давно превратилась в полузабытый миф, но человечество слишком хорошо помнило цену своего выживания.

Памятуя о жутком пророчестве, Церковь и её верные ордена неустанно бдят, железной рукой искореняя малейшие намёки на скверну, колдовство и ересь.

Люди живут под гнетом вечного, затаённого страха. Они всматриваются в ночную пустоту и ждут.

Ждут дня, когда древняя печать окончательно расколется, истинное зло пробудится от векового сна и навеки покроет этот мир непроглядной пеленой вечной тьмы.