Шёпот забытых звёзд. Там, где заканчивается магия (джен)

«Некоторые тайны лучше оставить погребёнными. Особенно если они помнят твоё имя».

Октябрь в Хогвартсе выдался холодным.

Дождь барабанил по высоким окнам замка, оставляя на стекле длинные серебристые дорожки. В Большом зале пахло тыквенным пирогом, корицей и мокрой шерстью мантий. Ученики шумели, обсуждая домашние задания, предстоящий матч по квиддичу и очередные слухи о том, что происходит за пределами школы.

Гермиона Грейнджер не слушала ни того, ни другого.

Перед ней лежала книга.

Точнее, то, что когда-то было книгой.

Она обнаружила её утром в библиотеке, за третьим рядом стеллажей по древним рунам. Книга лежала на полу, хотя Гермиона была совершенно уверена, что ещё вчера этого места даже не существовало. Обложка была тёмно-синей, почти чёрной, а на корешке серебряными буквами было выведено всего одно слово:

Astra.

Звёзды.

Никаких сведений об авторе, издателе или дате создания. Ни одной страницы с оглавлением. Более того, на первый взгляд книга вообще казалась пустой.

Но стоило Гермионе коснуться обложки, как на её ладони проступил тонкий серебряный след.

Он исчез через несколько секунд.

А на первой странице появились слова.

Ты опоздала, Гермиона.

Она перечитала их не меньше двадцати раз.

— Ты опять не ешь, — заметил Рон, вытягивая шею, чтобы заглянуть в её тарелку. — Если это очередная книга, которая пытается уничтожить мир, может, сначала закончишь завтрак?

— Она не пытается уничтожить мир.

— Пока, — вставил Гарри.

Гермиона захлопнула книгу.

— Вы оба совершенно невыносимы.

— Зато мы твои лучшие друзья, — невозмутимо ответил Рон, отправляя в рот кусок тоста.

Гермиона уже открыла рот, чтобы возразить, когда заметила Драко Малфоя.

Он сидел за слизеринским столом, откинувшись на спинку скамьи. Обычно безупречно аккуратные светлые волосы сегодня падали ему на лоб, а под глазами залегли тени.

Он выглядел так, словно не спал несколько ночей.

В какой-то момент их взгляды встретились.

Драко резко побледнел.

Его пальцы сжались на кубке с тыквенным соком, и Гермиона увидела, как по его запястью пробежала тонкая серебристая вспышка.

Точно такая же, как та, что появилась на её руке утром.

Малфой вскочил.

— Чёрт.

Он произнёс это достаточно громко, чтобы Пэнси Паркинсон удивлённо подняла голову.

Драко, не обращая внимания на однокурсников, направился к выходу.

— Грейнджер!

Гермиона обернулась.

— Что?

— За мной.

— Прости, что?

— Я сказал, за мной!

— А я, кажется, не твоя собака, Малфой.

Он подошёл ближе. В его серых глазах не было привычного презрения. Только плохо скрываемый страх.

— Пожалуйста.

Одно слово.

Гермиона никогда прежде не слышала, чтобы Драко Малфой произносил его подобным образом.

Гарри уже поднялся со скамьи.

— Если ты собираешься втянуть её в очередную идиотскую историю…

— Поттер, не сейчас.

— Гарри, всё в порядке, — сказала Гермиона, хотя сама уже не была в этом уверена.

Она взяла книгу и последовала за Малфоем.

Он привёл её в пустой коридор на четвёртом этаже.

Там было холодно. Не так, как бывает холодно возле открытого окна зимой, а иначе — словно воздух давно забыл, что такое тепло.

Драко остановился возле гобелена с изображением трёх ведьм, игравших в шахматы.

— Покажи руку, — потребовал он.

— Сначала объясни, что происходит.

— Грейнджер…

— Малфой!

Он стиснул зубы.

— Сегодня утром я проснулся с этой дрянью на руке.

Драко закатал рукав.

На внутренней стороне его запястья серебрилась тонкая линия, складывающаяся в незнакомый символ. Гермиона почувствовала, как у неё перехватило дыхание.

Тот же символ.

В точности.

Она медленно протянула ладонь.

— Нет, — прошептал Драко.

— Что?

— Не прикасайся.

Но было поздно.

Когда их пальцы соприкоснулись, коридор исчез.

На мгновение Гермиона оказалась в незнакомой комнате. Перед ней стоял мальчик лет десяти с белокурыми волосами. Он плакал, прижимая к груди деревянную игрушку.

Рядом возвышался высокий мужчина в чёрной мантии.

Лица мужчины Гермиона не видела.

— Запомни, Драко, — произнёс он ледяным голосом. — В нашей семье не боятся. Не плачут. И никогда не просят о помощи.

Мальчик опустил голову.

— Да, отец.

Видение сменилось.

Теперь Гермиона стояла в тёмном коридоре. Драко, уже подросток, прижимался спиной к стене. Его руки дрожали. На лице застыла гримаса боли.

Он смотрел прямо на неё.

И вдруг прошептал:

— Не дай мне стать таким, как он.

Гермиона резко отдёрнула руку.

Коридор вернулся.

Она тяжело дышала. Драко стоял напротив, побледневший и испуганный.

— Что ты увидела? — спросил он.

Гермиона не ответила сразу.

Она смотрела на него и впервые понимала, что за привычной надменностью скрывается нечто гораздо более сложное.

Не оправдание.

Не невиновность.

Боль.

— Твоё воспоминание, — наконец произнесла она.

Драко побледнел ещё сильнее.

— Этого не может быть.

— Я тоже так думаю.

Гермиона достала книгу и открыла первую страницу.

Теперь там было другое предложение.

Двое связаны. Один забыл. Другая ещё не вспомнила.

Ниже проступила новая строка.

Найдите библиотеку до первого снега.

— Какую библиотеку? — прошептал Драко.

Гермиона подняла на него глаза.

— Полагаю, ту, которой нет на карте.

В ту ночь Гермионе приснилось, что она стоит посреди заснеженного сада.

Вдалеке виднелся старый дом с тёмными окнами.

На крыльце сидел мальчик с белокурыми волосами.

Он поднял голову и улыбнулся ей так тепло, словно они знали друг друга всю жизнь.

— Ты всё-таки пришла, — сказал он.

А потом сад вспыхнул.

Гермиона проснулась с криком.

На её ладони горел серебряный символ.

И впервые за шестнадцать лет она услышала голос, которого не могла помнить.

— Прости меня, Гермиона.