There and Back Again | Туда и обратно (джен)

С учётом огромного количества фанфиков о путешествиях во времени и того, как мало среди них историй о Роне, я решил предложить собственное видение. Посмотрим, что из этого выйдет.

Отказ от прав: «Гарри Поттер» никоим образом мне не принадлежит. Вся честь принадлежит госпоже Роулинг.

* * *

Впервые за целую вечность Рон ощутил прилив надежды.

Положение его, конечно, было ничуть не менее мрачным, чем в самом начале войны — а ведь теперь вся эта безумная круговерть была в самом разгаре. Пожиратели смерти всё так же яростно наступали, и краем сознания он замечал, как где-то на заднем плане друзья и знакомые падали как подкошенные. Даже Хогвартс осыпался прахом под градом разрушений и смертоносных ударов со всех сторон.

Но за смертью и мраком, повисшими в воздухе плотной завесой, проглядывали важные, едва заметные проблески маленьких побед.

Им наконец удавалось переломить ход событий. Пусть это чуть не стоило им жизни, но они с Гарри и Гермионой всё-таки уничтожили крестраж в диадеме Когтеврана. Чуть раньше они с Гермионой уничтожили и крестраж в чаше Пуффендуя. Теперь осталось только убить змею — и Гарри сможет одолеть Сами-Знаете-Кого и покончить с этой дурацкой войной!

Лучше всего было то, что после долгих лет отчуждения, прямо посреди бушующей битвы, семья Уизли наконец снова воссоединилась.

Когда Рон впервые увидел, как его старший брат Перси, спотыкаясь, ввалился перед ними в Большой зал, он решил, что имеет полное право на праведный гнев и злорадство: надо же, столько времени прошло, и стоило его драгоценному Министерству магии пойти прахом, как Перси приполз обратно к семье, которую сам же бросил, поджал хвост и молит о прощении и принятии, которых вовсе не заслужил.

Но потом, оказавшись лицом к лицу с блудным сыном семейства Уизли, Рон не почувствовал ничего подобного — только огромное облегчение и крупицу счастья. Лицо его оставалось каменной маской и ничем этого не выдавало, однако Рон был искренне рад возвращению Перси: пусть тот и напыщенный придурок, но он всё же родной человек, а за всё это время Рон твёрдо усвоил одно — от семьи и тех, кого любишь, нельзя отрекаться, какие бы ужасные ошибки они ни совершили.

Этому его научили Гарри и Гермиона.

К тому же в глубине души Рон и правда очень скучал по старшему брату — по его высокопарным речам, неловкому всезнайству и всему прочему, как и вся остальная семья. То, с какой лёгкостью Фред и Джордж отбросили старые обиды, будто их и не было вовсе, служило тому лучшим доказательством.

Выступив единым фронтом, Уизли дали бой и показали Пожирателям смерти, кто здесь главный, и, клянусь Мерлином, Рон сделает всё возможное, чтобы его семью, в которую входили и Гарри с Гермионой, больше ничто и никогда не разрушило.

Уж он-то этого не допустит!

Поэтому, едва заметив, как Пожиратели смерти проломили одну из стен Хогвартса и ринулись к Перси и Фреду, Рон мигом вскочил на ноги, вскинув палочку.

Руки прочь от моей семьи, больные ублюдки!

— ОСТОЛБЕНЕЙ!

Луч света просвистел над головой Фреда и ударил Пожирателя смерти в маске прямо в грудь.

— Отличный выстрел, Ронни! — рассмеялся Фред, не упустивший случая подколоть даже посреди смертельной схватки, и нацелил собственную палочку на нескольких противников. — Релашио!

— Давайте! — крикнул Гарри, быстро сглазив двух Пожирателей смерти. — Нужно уходить!

— Бегите! Мы их задержим! — краем глаза Рон увидел, как Перси метнул пару проклятий в одного из нападавших. Когда тот отшатнулся от атаки Перси, капюшон соскользнул с его лица, открыв вытянутое лицо и седые пряди в волосах.

— Тикнесс! — прорычал Рон, узнав его.

— Здравствуйте, министр! — выкрикнул Перси, послав ещё одно меткое заклятие прямо тому в грудь. — Я упоминал, что увольняюсь?

— Ты шутишь, Перси! — крикнул Фред, с трудом держась на ногах после того, как одолел нескольких Пожирателей смерти ценой трёх оглушающих заклятий по рукам и ногам. Они с Роном не смогли сдержать ухмылки при виде того, как Тикнесс со всех сторон обрастает иглами, словно морской ёж. — Ты и правда шутишь, Перси… Я, наверное, не слышал от тебя шуток с тех пор, как ты был—

И тут это произошло.

Рон не знал, почему и откуда понял, куда смотреть, кроме того, что почувствовал словно толчок в затылок, когда увидел: Пожиратель смерти с рёвом выкрикивал «Бомбардо Максима!» и наводил дрожащую палочку.

Палочка так ходила ходуном, что заклятие едва не задело Фреда, однако, к ужасу Рона, оно угодило в стену прямо над головой брата, и с оглушительным грохотом стена содрогнулась.

Мир словно замедлил свой бег, звуки заклятий и крики заглушил рёв боли и отчаяния, отдававшийся у Рона в ушах, а Рон изо всех сил заставлял ноги двигаться — сделать хоть что-нибудь, лишь бы добраться до брата, который беззаботно улыбался, не подозревая о смертельной угрозе, несущейся на него сверху.

Нет, нет, только не сейчас! Не тогда, когда его семья наконец снова вместе! Не тогда, когда они так близки к победе в этой проклятой войне!

— Фред!

А затем всё произошло одновременно: Рон врезался во что-то плотное и тёплое, тут же отшвырнув его с дороги, услышал глухой стон, за которым последовал сокрушительный удар чего-то твёрдого, холодного и тяжёлого; затем его пронзили ослепляющая боль и удушливая тьма, а вокруг раздался хор испуганных криков.

— РОН!

* * *

Вокруг почему-то стояла жуткая тишина.

Это первое, что Рон осознал, когда к нему начало возвращаться сознание. Он лежал ничком; тело казалось странно лёгким, но было слишком слабым, чтобы пошевелиться, а щека упиралась в гладкую, прохладную поверхность, напоминавшую мрамор.

Постойте, мрамор?

— Уизли.

Ч-что? Сердце Рона ёкнуло от знакомого тона — ровного и бесчувственного. Этот голос… не может быть?..

Подол чёрной мантии попал в поле зрения как раз в тот миг, когда Рону удалось перекатиться и сесть, встретившись взглядом с парой пристальных тёмных омутов.

— С-Снейп?!

Прямо перед Роном стоял его прежний преподаватель зельеварения, который почему-то выглядел совсем иначе. Пожалуй, Снейп казался немного моложе, но вечно недовольную мину и глубокие морщины, бороздившие землистое, осунувшееся лицо, ни с чем нельзя было спутать — как и сальные чёрные волосы до самых плеч.

— Недовольство взаимно, Уизли, могу вас заверить, — протянул Северус Снейп с явным пренебрежением в голосе.

— Но… но что вы здесь делаете? — опешил Рон, невольно пятясь от рослого, похожего на летучую мышь человека. — И где мы вообще, чёрт возьми?

— Понятия не имею, Уизли, вам виднее, — сухо ответил Снейп, и его лицо скривилось от отвращения. — И ради Мерлина, наденьте хоть что-нибудь!

— Да о чём вы—?

И только тут Рон, опустив взгляд, понял, что он действительно совершенно голый. Прямо перед Снейпом! Чёрт побери, да он душу бы отдал прямо сейчас хоть за какую-нибудь приличную мантию.

Но едва он успел об этом подумать, как из ниоткуда возникла простая красная мантия, укутав его плечи. Вытаращив глаза, но не собираясь спорить с тем, что спасло остатки его достоинства, Рон поспешно запахнул её поплотнее.

— Это ещё что такое?

Снейп с шумом выдохнул сквозь крючковатый нос:

— Мы находимся в закоулках вашего сознания, идиот. Не вам ли знать о собственном разуме больше моего?

— Сознания? Моего разума? — повторил Рон, оглядываясь по сторонам и впервые замечая обстановку: чередующиеся чёрные и белые клетки, простиравшиеся во все стороны, насколько хватало глаз, две каменные двери и два ряда знакомых массивных фигур по обоим краям. — Это что, шахматная доска?

— Ваша дедукция просто поразительна, — сухо отозвался Снейп.

Рон пропустил колкость мимо ушей.

— Но если мы в моей голове, то что вы тут делаете? Вы последний человек на свете, которого я хотел бы видеть во сне!

— Я сказал, что мы в вашем разуме, Уизли, а не то, что я — его порождение, — протянул Снейп. — А что до моего присутствия здесь… главным образом дело в том, что мы с вами в одинаково прискорбном положении.

— Это ещё что значит?

Снейп тяжело вздохнул:

— Подумайте, Уизли. Где вы на самом деле должны сейчас быть?

Рон нахмурился, напрягая память. Где я должен быть? Последнее, что я помню — Выручай-комната, мы нашли диадему, Адское пламя, Пожиратели смерти, Перси и Фред…

— ФРЕД! — вскрикнул Рон, когда воспоминания хлынули сплошным потоком. — Чёрт возьми, Фред! Та стена и Пожиратель… Что случилось?! Мне нужно знать, всё ли с ним в порядке!

— Успокойтесь, Уизли. Ваш брат в безопасности, учитывая обстоятельства, чего никак нельзя сказать о вас, — холодно произнёс Снейп.

— С ним… всё хорошо?

— Я не люблю повторять дважды, Уизли.

— Ох, слава Мерлину! — счастливо выдохнул Рон, снова не обратив внимания на раздражённый выпад Снейпа. — На секунду я подумал, что опоздал. Но при всей моей радости это всё ещё не объясняет, почему я здесь.

Снейп помедлил с ответом.

— Вы здесь потому, что в отличие от вашего брата вас никто спасти не смог.

Рона словно окатило ледяной водой.

— Что?

— Вам удалось оттолкнуть его от стены, но из-за этого обломки рухнули на вас, — пояснил Снейп, и в его голосе прозвучало нечто непривычно похожее на мягкость. — Поттеру и вашим друзьям удалось вытащить вас из-под завала, однако к тому моменту было уже слишком поздно.

Воздух вокруг словно подёрнулся рябью, и перед Роном промелькнуло видение: Гарри, Гермиона и его братья стояли на коленях вокруг его неподвижного тела, покрытого пылью и багровыми потёками крови из страшной раны на голове, а остекленевшие голубые глаза невидяще смотрели в небо.

Голоса, доносившиеся из видения, звучали неразборчиво, но чувства в них угадывались безошибочно.

— Нет… нет, нет! — от муки в голосе Перси у Рона задрожали колени. — Нет! Рон! Нет!

— Не смей так делать, Ронни! — Фред, его сильный, остроумный и порой до жестокости проказливый брат, захлёбывался в слезах и бился в истерике. — Если это какая-то хренова шутка, клянусь, я тебе…! Да пошло оно всё, не может этого быть—

Гермиона сжимала холодную руку Рона, воя точно раненый зверь. А Гарри, надежда волшебного мира, потерявший ради него слишком много, застыл неестественно неподвижно, сжимая в кулаке волшебную палочку; глаза его блестели, но упорно не роняли слёз, и он словно вовсе не замечал бушевавшей вокруг войны.

Нет, Гарри, пожалуйста! Рон сам не заметил, как стал умолять, глядя на отражение лучшего друга.

— Очнись, Гарри! Уводи их оттуда! Мне ты уже ничем не поможешь, но их ещё можешь спасти! Уводи их!

Очередной оглушительный взрыв сотряс воздух, прежде чем Гарри словно бы услышал мольбы Рона.

— Фред, Перси… надо уходить. Ему мы ничем не поможем. Нам нужно—!

— НЕТ! Мы его не бросим! — выкрикнул в ответ Перси. — Ронни, о Мерлин, Ронни, пожалуйста—!

— Остолбеней! — завизжала Гермиона, взмахнув палочкой в сторону надвигающейся акромантулы. К ужасу всех, из пролома в стене выбегали новые пауки — гигантские, с дёргающимися лапами и сверкающими жвалами.

— Уходим, ЖИВО! — Рон оцепенело наблюдал, как Гарри подтолкнул Гермиону вперёд, а затем подхватил обмякшее тело Рона под мышки и поволок прочь от каменных обломков и гигантских пауков.

Сквозь застилавшие глаза слёзы он смотрел, как Перси и Фред помогли Гарри уложить его тело в защищённую нишу; смотрел, как Перси, прерывисто всхлипнув, прижал дрожащую ладонь к его щеке, а Фред резко развернулся, словно разъярённый бык в поисках мишени.

Хватило всего секунды.

— РУКВУД! — взревел Фред и, не обращая внимания на крики Гермионы, бросился в сторону видневшейся вдалеке высокой фигуры Пожирателя смерти, а мгновение спустя следом за ним ринулся Перси. Палочки обоих братьев были наготове, а в глазах полыхала гремучая смесь ярости и скорби.

— НЕТ! Чёрт побери, Фред, Перси, вы же круглые идиоты! — закричал Рон отражению, но всё было тщетно. Прежде чем видение растаяло, он успел заметить, как Перси и Фред осыпали заклятиями оглушённого Руквуда. Рон почти не заметил, как опустился на пол, обхватив руками дрожащее тело, пока чудовищная правда о случившемся раздавливала ему душу.

Он умер. Рональд Билиус Уизли был мёртв.

И никогда ещё он не чувствовал себя настолько опустошённым и лишённым надежды.

* * *

ПРИМЕЧАНИЕ: Я вношу небольшие (или большие) правки в «TBA», поскольку прежние главы могли пестреть грамматическими ошибками и строчками, которым самое место в мусорной корзине. Сплошное веселье, правда? :D

ДАЛЕЕ:

Итак, Рон мёртв и застрял на том свете со Снейпом. Или нет? Можно сказать две вещи: Снейп далеко не в восторге, а судьба ещё не закончила с нашим любимым долговязым рыжиком.