Пепел и серебро. Там, где умирают клятвы (гет)

Хогвартс изменился.

Гермиона поняла это ещё до того, как переступила порог Большого зала.

Замок всегда был для неё чем-то большим, чем просто школой. Он был местом, где она впервые почувствовала себя на своём месте, где обрела друзей, где научилась не бояться собственной силы. Но теперь знакомые коридоры казались непривычно тихими, а старые каменные стены хранили воспоминания, о которых никто не хотел говорить.

Война закончилась три года назад.

Однако некоторые раны не затягивались даже под воздействием самых сильных лечебных чар.

— Ты выглядишь так, словно ожидаешь, что на тебя из-за угла выпрыгнет Волан-де-Морт, — заметил Гарри, забирая у неё чемодан.

Гермиона бросила на него выразительный взгляд.

— Очень смешно.

— Я старался.

Они остановились возле лестницы, ведущей на второй этаж. Из высоких окон лился холодный октябрьский свет. В воздухе пахло дождём, старым пергаментом и чем-то едва уловимым, металлическим.

Гермиона нахмурилась.

— Ты чувствуешь?

Гарри перестал улыбаться.

— Что именно?

— Магию.

Он прислушался, но через несколько секунд покачал головой.

— Здесь всегда полно магии.

— Нет, Гарри. Это другое.

Она не стала объяснять.

В последние две недели Гермиона получала странные письма от профессора Макгонагалл. Сначала директор сообщила об обнаружении неизвестного магического источника под западным крылом замка. Затем попросила Гермиону изучить старые записи основателей Хогвартса.

Последнее письмо состояло всего из двух предложений.

«Мисс Грейнджер, я полагаю, вы должны увидеть это лично. И, пожалуйста, никому не говорите о находке до нашего разговора».

Внизу стояла подпись Макгонагалл.

Гермиона перечитывала письмо несколько раз, пытаясь понять, что могло настолько встревожить женщину, которая пережила две войны и не потеряла самообладания даже перед Волан-де-Мортом.

Теперь она собиралась узнать ответ.

— Кстати, — Гарри понизил голос, — есть кое-что ещё.

Гермиона посмотрела на него.

— Что?

— Малфой тоже здесь.

На мгновение ей показалось, что она ослышалась.

— Кто?

Гарри выразительно поднял брови.

— Драко Малфой.

— Я прекрасно расслышала.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Потому что надеялась, что ты ошибся.

Гарри усмехнулся, но веселья в его глазах не было.

После войны Драко Малфой почти исчез из их жизни. Судебные разбирательства, закрытые заседания, общественное презрение — всё это осталось позади, но сам Малфой словно решил, что не имеет права вернуться к нормальному существованию.

Гермиона видела его лишь однажды после суда.

Он стоял на ступенях Министерства магии, бледный, осунувшийся, в безупречно застёгнутом пальто. Когда их взгляды встретились, он не сказал ни слова.

Только отвёл глаза.

И почему-то именно это воспоминание раздражало Гермиону сильнее всего.

— Что ему здесь нужно? — спросила она.

— Работает с древними артефактами. Макгонагалл пригласила его в качестве консультанта.

— Разумеется.

— Гермиона…

— Нет, Гарри. Не начинай.

— Я ещё ничего не сказал.

— Но собирался.

Она развернулась и направилась к лестнице.

Гарри вздохнул.

— Иногда мне кажется, что ты предпочла бы встретиться с василиском, чем поговорить с Малфоем.

— Василиск хотя бы не разговаривает.

— Вообще-то, технически…

— Гарри.

— Молчу.

Кабинет директора находился в привычном месте, за каменной горгульей, которая теперь узнала Гермиону без единого вопроса.

Макгонагалл ждала её за письменным столом.

Рядом с директором стоял Драко Малфой.

Разумеется.

Он был одет в чёрную рубашку с закатанными до локтей рукавами и тёмные брюки. Волосы, прежде неизменно уложенные, теперь свободно падали на лоб. Он выглядел старше своих лет — не из-за морщин или седины, а из-за той неподвижной усталости, которая порой появлялась в глазах людей, слишком рано узнавших, что такое страх.

Услышав шаги, Драко повернул голову.

Его взгляд остановился на Гермионе.

Ни удивления, ни приветствия.

Только едва заметное напряжение в челюсти.

— Грейнджер, — произнёс он.

— Малфой.

Макгонагалл сняла очки.

— Я вижу, вы уже познакомились с обстоятельствами нашего сотрудничества.

— Сотрудничества? — переспросила Гермиона.

— Именно.

— Профессор, при всём уважении, я не уверена, что…

— Вы оба обладаете необходимыми знаниями. Мисс Грейнджер — в области древних заклинаний и магических структур. Мистер Малфой — в области артефактов, принадлежавших старым чистокровным семьям.

— То есть вы решили объединить человека, который умеет находить проблемы, с человеком, который всю жизнь их создавал? — спросил Драко.

Гермиона медленно повернулась к нему.

— Не переживай. Если ты что-нибудь взорвёшь, я обязательно составлю подробный отчёт.

— Какое облегчение.

— Довольно, — строго произнесла Макгонагалл.

Они замолчали.

Директор достала из ящика стола небольшой предмет, завёрнутый в бархат.

Когда ткань соскользнула, Гермиона увидела серебряное кольцо.

Оно выглядело старинным, почти чёрным от времени. На внутренней стороне ободка были выгравированы неизвестные руны, а в центре располагался маленький камень, похожий на застывшую каплю крови.

Гермиона наклонилась ближе.

И в тот же миг кольцо вспыхнуло.

Не ярким светом.

Скорее, серебряным отблеском, который скользнул по комнате, словно отражение луны на воде.

Драко резко отступил.

Гермиона заметила это.

— Что происходит? — спросила она.

Макгонагалл побледнела.

— Именно это я и надеялась выяснить.

Гермиона протянула руку, но директор остановила её.

— Не прикасайтесь.

— Почему?

Вместо ответа Макгонагалл посмотрела на Малфоя.

И Гермиона впервые увидела на его лице настоящий страх.

Не раздражение.

Не презрение.

Страх.

— Потому что это кольцо принадлежало моему роду, — тихо произнёс Драко. — И оно не должно было проснуться.

Тайная комната находилась глубже, чем Гермиона ожидала.

Чтобы попасть туда, им пришлось пройти через старый коридор за западным крылом, спуститься по узкой лестнице и произнести несколько заклинаний, которые даже Гермиона прежде не встречала.

Последняя дверь была сделана из тёмного дерева.

На ней не было ни ручки, ни замочной скважины.

Только надпись на древнем языке.

Гермиона провела пальцами по высеченным символам.

— Это не латынь, — пробормотала она. — И не древнегреческий. Похоже на раннюю форму магического наречия…

— Старше Хогвартса, — закончил Драко.

Она бросила на него взгляд.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я умею читать.

— Поразительно. А я думала, Малфои используют книги исключительно для украшения гостиных.

Он усмехнулся.

На долю секунды его лицо стало почти прежним — знакомым, язвительным, раздражающе самоуверенным.

Затем выражение исчезло.

— Грейнджер, — сказал он серьёзно. — Когда дверь откроется, не произноси моё имя.

— Что?

— Ни при каких обстоятельствах.

— Малфой, если ты собираешься…

— Я не шучу.

В его голосе было что-то такое, что заставило её замолчать.

Драко приложил ладонь к двери.

Дерево дрогнуло.

Символы на поверхности засветились серебром, и по коридору прокатился глухой звук, напоминающий далёкий удар колокола.

Дверь медленно открылась.

За ней находилась библиотека.

Огромная, круглая, уходящая вниз на несколько этажей. Книжные полки поднимались до самого сводчатого потолка, а между ними висели светящиеся шары, отбрасывавшие на каменные стены бледные голубоватые отблески.

Но Гермиона почти не смотрела на книги.

В центре помещения стоял каменный постамент.

На нём лежал раскрытый фолиант.

Его страницы были исписаны именами.

Сотни имён.

Тысячи.

Одни исчезали прямо на глазах, другие появлялись вновь, словно невидимая рука бесконечно переписывала древний список.

Гермиона подошла ближе.

И замерла.

На последней странице серебряными буквами было выведено:

Гермиона Джин Грейнджер.

Под её именем медленно проступала вторая строка.

Драко Люциус Малфой.

А между ними — символ, похожий на разорванное кольцо.

Гермиона почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Что это значит?

Драко молчал.

— Малфой.

Он стоял у входа, сжав руки в кулаки.

— Ответь мне.

Наконец он поднял глаза.

— Это список тех, кто связан древней клятвой.

— Какой клятвой?

— Клятвой крови.

Гермиона снова посмотрела на страницу.

— Но я никогда не давала никакой клятвы.

— Знаю.

— Тогда почему моё имя здесь?

Драко медленно приблизился.

Впервые за весь день он смотрел на неё без привычной насмешки.

— Потому что клятву дал не ты.

Он сделал паузу.

— И не я.

Где-то глубоко под библиотекой раздался глухой треск.

Каменный пол дрогнул.

На странице книги вспыхнули серебряные буквы.

Первое обещание нарушено.

Гермиона отшатнулась.

— Какое ещё обещание?

Драко закрыл глаза.

И произнёс слова, которые заставили её сердце пропустить удар:

— Моя мать поклялась, что однажды Малфой спасёт Грейнджер.

Свет погас.

А в темноте кто-то прошептал её имя.