Тишина между домами (гет)

Даже летом Тупик Прядильщиков выглядел так, словно погода решила не тратить на него лишних усилий. Дома стояли тесно, кирпичи потемнели от сырости, а редкие прохожие торопились по своим делам, не задерживая взгляд ни на окнах, ни на дверях. Северус Снейп предпочитал именно такую улицу.

После суда он мог бы выбрать другое место. Министерство предлагало жильё, компенсацию, должность консультанта — всё, что полагалось человеку, чьи заслуги наконец признали. Ему вручили медаль. На церемонии произнесли длинную речь о мужестве и самопожертвовании. Снейп выслушал её с выражением человека, которому сообщили расписание поездов. Его оправдали, имя очистили от обвинений. В газетах прежние насмешки сменились запоздалым почтением.

А магия не вернулась.

После укуса Нагайны его нашли едва живым. Целители Мунго остановили действие яда, восстановили повреждённые ткани, вернули ему дыхание и сознание. Но яд успел добраться до того, что не умели лечить даже лучшие специалисты. Магические каналы были разрушены, ядро повреждено. Сначала целители говорили осторожно, затем определённо: полноценного восстановления ожидать не следует.

Снейп не принял этого заключения. Месяцами он изучал трактаты, заказывал редкие книги, пробовал методы, от которых разумный человек отказался бы после первого предупреждения. Однажды ему удалось вызвать короткую вспышку магии — настолько слабую, что она едва сдвинула перо. За ней последовали боль, лихорадка и несколько дней, когда он не мог подняться с кровати. После этого он прекратил. Не потому, что смирился, а потому, что очередная попытка могла отнять и то немногое, что осталось.

Он вернулся в дом на Тупике Прядильщиков, закрыл ставни и почти перестал выходить. Ему было сорок два года.

В конце июля в соседний дом въехала новая соседка. Снейп заметил это не сразу. Через несколько дней увидел молодую девушку, пытавшуюся удержать дверь, ключи и большой горшок с растением. Растение победило: горшок накренился, земля посыпалась на дорожку.

— Великолепно, — пробормотала она. — В первый же день я устроила ботаническое захоронение.

Она подняла голову и встретилась взглядом со Снейпом в окне.

— Добрый день! — крикнула она, улыбнувшись.

Снейп тут же задернул окно.

Джейн Томпсон решила, что сосед не любит приветствий. Это, как выяснилось позже, было одним из самых мягких его недостатков.

Она видела его в деревне несколько раз. Высокий, худой, весь в черном, с лицом человека, которому окружающие служат личным оскорблением. Джейн знала имя Северуса Снейпа: его фотографии публиковали после суда во всех магических изданиях, а одна статья лежала у неё среди материалов по истории зелий.

Однажды вечером они столкнулись на узкой улице.

— Простите. Вы ведь Северус Снейп?

— Вы ошиблись.

— Просто вы очень похожи на…

— Вы ошиблись.

Он обошёл её и пошёл дальше.

На следующий день Джейн постучала в его дверь.

— Я пришла попросить вас о помощи, — сказала она.

— Вы ошиблись дверью.

— У меня большой исследовательский проект. О ликантропии и возможности полного излечения. Расчёты закончены, формула готова, но мне нужен квалифицированный мастер зелий, который проконтролирует изготовление первого образца. Без этого публикация невозможна. А испытания на живом оборотне без подтверждённого состава никто не разрешит.

— Обратитесь в Мунго.

— Я обращалась. Им нужен образец под надзором лицензированного мастера.

— И вы решили, что я подойду?

— Вы лучший специалист, который мне известен.

Снейп коротко усмехнулся.

— Вы плохо осведомлены. Магии во мне осталось меньше, чем в спичечном коробке, мисс…

— Томпсон, сэр. Джейн Томпсон. Я лишь прошу вас проверить мои расчеты и …

— Уходите.

— Профессор…

— Я больше не профессор, — и он захлопнул дверь прямо перед ее носом.