«Он и Она» (гет)

Ева открыла глаза в тот нежный час, когда солнце лишь приподнимается над кромкой мира, а улица ещё дышит тишиной, нарушаемой только щебетом птиц. С кухни тянул лёгкий ветерок, лаская её босые ноги и навевая состояние глубокого покоя. Она не спешила вставать, представляя себя на пустынном пляже, где волны, разбиваясь о валуны, оставляют на песке влажные кружева. Лучи солнца, пробиваясь сквозь ткань штор, упрямо искали её лицо, пытаясь разбудить окончательно.

Она поднялась с кровати медленно, сквозь тяжёлую, похмельную головную боль, хотя накануне не пила ничего. Ветер внезапно стих, и в наступившей тишине стали отчётливо слышны только птичьи трели. Вдруг — шаги. «Максим, наверное», — мелькнула мысль. Она пошла в ванную, а звук шагов вскоре затих: парень просто сходил в туалет и вернулся под одеяло. Было ещё без шести утра.

После умывания Ева решила выйти на улицу. Ей давно хотелось пройтись по спящим дворам, вдохнуть утреннюю свежесть и побыть наедине с мыслями. Именно в такие часы к ней приходили лучшие идеи. Подойдя к шкафу, она окинула взглядом свой немалый гардероб — вещей хватало на любой случай, и подруги часто завидовали её стилю. Не раздумывая долго, она выбрала любимое белое платье в цветочек.

Рассвет уже перешёл в раннее утро, воздух потеплел. Сняв домашнюю майку, она надела кружевной лифчик и натянула платье. Пока одевалась, размышляла: одна прогулка — скучновато. Лучше сходить с кем-нибудь по магазинам. Она взяла телефон и написала сестре, Владе.

Хотя Владислава была младше и сводной сестрой, их часто путали — та же волна русых волос, голубые глаза и мамина фигура. Ева обожала сестру и гордилась ею. Влада в это время крепко спала, но резкий звук уведомления заставил её вздрогнуть и проснуться. Яркий свет из окна ударил в глаза, и она зажмурилась.

«Чёрт, свет!» — проворчала она спросонья, нащупывая телефон. Увидев приглашение от сестры, сразу ответила: «Да, конечно! Иди ко мне, только не звони в домофон и не стучи сильно».

Отправив сообщение, Влада потянулась и встала, чтобы собраться. Тем временем Ева, слегка подведя глаза, уже вышла из дома. Улица, где она жила, в это время была почти пустынна. Если не считать её подругу Сашу, возвращавшуюся с ночной вечеринки, и соседскую бабушку с тележкой, двигавшуюся в сторону рынка. Увидев Сашу, Ева с улыбкой подошла, обняла её и предложила составить компанию. Но та, измотанная бессонной ночью, лишь сонно извинилась, пообещав встретиться в другой раз, и побрела домой.

Ева пошла дальше. На пути, как всегда, стоял тот чёрный остов сгоревшего дома. Местные жители шептались, что по ночам там являются призраки. Ева никогда не верила в эти байки и близко не подходила. Уже почти дойдя до пешеходного перехода, она вдруг вспомнила, что не предупредила Максима об уходе. Он даже не знал, куда она направилась.

Было около половины седьмого, утро вступало в свои права. Солнце светило мягко, а её распущенные волосы развевал лёгкий ветерок, создавая картину, достойную кисти художника. Перейдя дорогу, она увидела шестнадцатиэтажку, где выросла и где теперь жили её сестра с родителями. Знакомый двор встретил её потоком воспоминаний.

Она вспомнила другой день, пасмурный и холодный. Тогда она возвращалась с плавательной тренировки, обдумывая, как сообщить матери, что её не взяли на соревнования. Небо внезапно затянулось тучами, поднялся ветер, и хлынул такой ливень, что улицы быстро превратились в реки. У неё не было с собой ни зонта, ни даже куртки. Пришлось прикрываться огромной спортивной сумкой. До остановки было далеко, а автобусы в такую погоду ходили редко. Меньше чем за десять минут асфальт скрылся под водой, а земля превратилась в липкую грязь.

«Сука… Поганый дождь», — сквозь зубы пробормотала она тогда, чувствуя себя беспомощной. И решение пришло мгновенно: дрожащими руками она достала телефон из кармана и набрала Максима.

В тот момент Максим рылся в гараже, переворачивая груды старых дедушкиных запчастей в поисках канистры с бензином. «Да где же ты, чёрт возьми?!» — ворчал он, пока наконец не откопал желанную металлическую емкость из-под разобранной «Волги». «Надо бы всё это барахло наконец в погреб свезти», — мысленно добавил он.

Наполнив бак своего мотоцикла, он любовался машиной на секунду: красный цвет делал её яркой в любую непогоду, а мощный двигатель позволял оказываться где угодно за считанные минуты. В самый неподходящий момент, когда он закручивал крышку бака, раздался звонок. Телефон лежал на дальней полке. Решив, что звонок может быть важным, он пошёл ответить. Не глядя на экран, снял трубку, одной рукой продолжая возиться с канистрой.

— Макс, это я. Меня тут дождь застал… Можешь подъехать? — послышался встревоженный голос Евы.

Только теперь он разобрал равномерный стук капель по железной крыше.

— Сейчас буду, — коротко ответил он, положив трубку.

Зная её обычный маршрут, он без труда представил, где её искать. Быстро надев шлем и заведя мотор, он выехал из гаража, захлопнув за собой ржавую дверь, и направился сквозь стену дождя туда, где его ждала она.