Туман в камзоле (гет)

Молодая женщина излучала лёгкую, почти детскую радость — её лицо озаряла скромная, но тёплая улыбка, словно она хранила в себе секрет, которым не терпелось поделиться.

— Давно не виделись. Вы помните меня? — спросила она, и в её голосе звенела та особая интонация, которая бывает у людей, предвкушающих приятный сюрприз.

— Эм… — Нил запнулся, ощущая, как мысли разбегаются, словно испуганные птицы. Он пытался ухватиться за что‑то знакомое в её облике, но память упрямо хранила молчание.

— Вы меня не узнаёте? — она чуть наклонила голову, и её губы тронула озорная улыбка — та самая, от которой когда‑то замирало сердце.

И тогда сквозь пелену прошедших лет прорвалось воспоминание. Оно возникло внезапно, как вспышка света в тёмной комнате. Это было так давно — задолго до того, как он стал Нилом Кэссиди, задолго до того, как сменил имя и превратился в Нила Инфильтратора.

В те дни он встретил свою возлюбленную, их сына, своего отца. С тех пор минуло немало лет, но он отчётливо помнил поездку в Сторибрук — городок, где жили не только его новообретённые родственники, но и другие выходцы из Зачарованного леса. Этим местом правила мадам Мэр, известная как Злая Королева. Нил покинул свой мир до начала её правления и никогда с ней не встречался. Но однажды он увидел женщину — блестящую, остроумную, с той самой ухмылкой, которая появлялась всякий раз, когда она дразнила Эмму. Её образ навсегда врезался в память Бэлфаера.

Этот фрагмент прошлого был подобен слабому отголоску иной жизни — жизни, которую он когда‑то вёл, но давно оставил позади.

— …Вы Риджина? — наконец произнёс он, и слова прозвучали почти как вопрос самому себе.

— Да! — она радостно кивнула, и в её глазах вспыхнул живой огонёк, будто она только и ждала этого момента.

— Я вас не узнал… То есть… как я мог? Сколько лет прошло?

— Шесть лет. Знаешь, я сразу узнала тебя, Бэлфайр. Точнее, мистер Кэссиди.

— Ну что ж… Я имею в виду, что в то время я уже был взрослым мужчиной. — Он запнулся, внезапно осознав, как странно это звучит. Неужели она и сейчас видит в нём того юношу? — Тогда ты была всего лишь мелким воришкой.

— А сейчас я учусь и работаю… Я действительно выгляжу так же, как тогда? — в её голосе прозвучала лёгкая нотка тревоги, будто ей было важно услышать его ответ.

В его воспоминаниях она была нахальной ведьмой, лишённой власти. Теперь, шесть лет спустя, она стала ниже, её руки и ноги укоротились, да и фигура изменилась. Злая Королева словно сбросила годы, превратившись в кого‑то нового — но всё ещё узнаваемого.

— Конечно, ты теперь совсем взрослый, — мягко сказала она.

— Время будто бы над вами не властно. Вы прекрасно выглядите.

— Это звучит так, будто старик говорит племяннице, которую давно не видел.

— Ну, в конце концов, я и чувствую себя почти как дядя, который долго не видел племянницу.

Они непринуждённо болтали в холле исследовательской лаборатории, и на миг Нилу показалось, что годы исчезли, а они снова те двое, кто когда‑то бродил по тропам Зачарованного леса, смеясь над пустяками и споря по мелочам.

— Но это так скучно! — вдруг воскликнула она, и её глаза загорелись прежним озорным огнём. — О, я почувствовала себя чуть счастливее, когда ты сказал, что я стала моложе. Не мог бы ты повторить это, только на этот раз выгляди немного застенчивее? Бэлфайр, пожалуйста?

— Я не буду этого делать.

— Скряга!

Нил невольно улыбнулся, вспомнив их прежние перепалки. Слова вырвались сами собой:

— Кто бы говорил. Маньячка!

На секунду в глубине его сознания раздался голос из прошлого — предостерегающий, будто напоминающий о чём‑то важном. Он рефлекторно поморщился.

— …Что случилось, мистер Кэссиди? — в её взгляде мелькнуло искреннее беспокойство.

— О, это пустяки, — он покачал головой, стараясь вернуть самообладание. — Вы… действительно помните обо мне? Я ведь…

— Хм? — она выглядела озадаченной. — Конечно, мы знакомы. Вот почему я окликнула вас, не так ли? Мистер Кэссиди, верно? Не говорите мне сейчас, что вы просто двойник или что‑то в этом роде.

— Я не это имел в виду, — он сделал глубокий вдох, дожидаясь, пока неровное дыхание придёт в норму. — Извините за странный вопрос. Забудьте, что я спросил.

— Верно… Если ты так говоришь. — Её лицо говорило о том, что она не до конца убеждена. И её нельзя было винить.

Неподалёку раздался преувеличенный кашель. Они обернулись и увидели охранника средних лет, который смотрел на них с явным неодобрением. Его взгляд словно говорил: «Прекратите флиртовать посреди коридора!»

Пока они разговаривали у входа, вокруг незаметно собралась небольшая группа зевак — кто‑то украдкой поглядывал, кто‑то перешёптывался, будто они стали невольными участниками какого‑то спектакля.

— Похоже, мы доставляем неудобства, стоя здесь, — сказал Нил, слегка понизив голос. — Может, прогуляемся?

Он мягко подтолкнул Риджину к выходу, и она, слегка смутившись, согласилась:

— Д‑да, звучит заманчиво. О, точно. Может, вы здесь работаете, мистер Кэссиди?

На секунду он растерялся, но тут же понял, что она говорит о Центральном институте экологических исследований.

— Нет, я не отсюда. Я просто встречался кое с кем, чтобы обсудить вопросы безопасности. А вы, мисс Милсс?

— Мой знакомый работает здесь. Я пришла передать ему флэш‑накопитель с важными данными. Он забыл его дома.

— О‑о, правда? — Нил не смог сдержать лёгкого сарказма. — Вы действительно здесь? В таком месте?

Действительно, насколько естественно было видеть монарха из Зачарованного леса в стенах экспериментального бюро, скрывающегося под названием института?

Мысли о проблемах безопасности института вновь нахлынули на него. Если это место оказалось в эпицентре конфликта между магическими сущностями и обычными людьми, разве не следовало принять хотя бы элементарные меры предосторожности? Чтобы не стать лёгкой мишенью для врага?

Возможно, его беспокойство отразилось на лице, потому что Риджина добавила:

— Я полагаю, это действительно рискованно с его стороны, ты не находишь?

— Да, можно и так сказать. Вам стоит быть осторожнее с подобными вещами, особенно в наше неспокойное время. Акционеры подняли бы шум, если бы узнали. Не говоря уже о том, что здесь проводятся первоклассные исследования, не так ли?

Осмотревшись, он продолжил:

— Это лишь увеличивает вероятность того, что кто‑то нацелился на это место.

— Думаю, ты прав, — кивнула она.

Нил обернулся, чтобы бросить последний взгляд на Риджину, прежде чем выйти через автоматические двери.

Три камеры наблюдения прикрывали вход. Но две из них были муляжами, а слепых зон хватало. Он мысленно насчитал семь маршрутов, по которым можно было проникнуть внутрь, не попав в объектив.

И это было лишь то, что он заметил с первого взгляда. Тот, кто заранее соберёт хоть немного информации, будет куда лучше подготовлен.

«Они уже здесь…»

Он заметил их на выходе — людей, которые пробрались внутрь, используя те самые маршруты, что он только что мысленно проследил.

По их лицам, по тому, как они держали центр тяжести, как перемещали вес тела, он понял: это профессионалы.

Шпионы. Диверсанты. Именно так их стоило назвать. И в отличие от него — мастера на все руки — эти люди были настоящими профи. Они зарабатывали на жизнь такой работой.

«Имеет смысл. Учитывая, насколько небрежна здешняя охрана, неудивительно, что такие, как они, расхаживают здесь, будто хозяева мира».

«Нападение — лучшая защита».

Но это не то, во что ему стоило совать нос.

Этот научно‑исследовательский институт рано или поздно поплатится за свою халатность. Однако это была проблема компании, и Нил не имел права вмешиваться.

Он жил по правилу: помогать лишь тем, кто сам просит о помощи и готов заплатить за неё. Это была его главная директива — то, что помогало ему выживать, балансируя на грани, пытаясь стать достойным отцом и, если Эмма позволит, мужем. Это правило он не нарушил бы даже из‑за минутной вспышки эмоций.

Злую Королеву не зря прозвали Злой, и она не просила помощи.

«Я должен исчезнуть отсюда», — сказал себе Нил, ускоряя шаг. Ветер подхватил его слова, унося их прочь, как листья, сорванные с дерева осенним днём.