Обещание забвения (гет)

Они быстрым шагом направились к лифтам. Драко старался смотреть себе под ноги, чтобы спрятать лицо за чёлкой, но всё равно слышал перешептывания: «Малфой? Это он? Что он здесь делает?» Не так он представлял себе возвращение в Англию. Он его вообще не представлял, но Скорпиусу нужно было идти в школу. Письмо из Шармбатона не пришло, а вот из Хогвартса — да. Предстояло не только узнать, как живёт магическая Англия, но и встретить старых знакомых. Пока Драко жил во Франции, он поддерживал связь с минимальным количеством людей. Около года он переписывался с Блейзом, который уехал в Италию помогать отчиму с антикварным бизнесом. Но со временем взрослая жизнь закрутилась, и остались только взаимные открытки на День рождения и Рождество.

Панси жила в Белгравии и писала регулярно. От неё Драко узнавал новости, которые Панси считала важными — в основном о своём очередном муже, благотворительных приёмах в Министерстве магии. Она же сообщила ему о смерти Крэбба. На похороны Драко не приехал. Панси была одной из подружек невесты вместе с Дафной, приезжала на праздник в честь Дня Рождения Скорпиуса, на юбилей Нарциссы. На похороны Астории она не приехала и после этого писала не чаще раза в месяц. Гойл жил в пригороде Лондона, Нотт занялся исследованиями, и Панси не любила о них подробно писать. О своём возвращении Драко никому не сообщил, надеясь, что уладит всё до сентября, а там Скорпиус уедет в Хогвартс, и Драко сможет вернуться в Лилль, не привлекая внимания.

— Малфой, — Гермиона выдернула его из размышлений, когда они зашли в пустой лифт, — могу я спросить?

— До этого разрешения ты не спрашивала, — язвительно сказал он.

— Мы ведь уже не в комнате для допросов, — она закатила глаза. — Ты теперь мой… консультант.

— Спрашивай о чём хочешь, — он усмехнулся и пристально на неё посмотрел. — Но не обещаю, что отвечу на все вопросы.

Гермиона задумалась, что если бы ему платили за каждую такую ухмылку, он бы зарабатывал в день больше, чем она в месяц. Драко изо всех сил старался держаться уверенно и важно, но Гермиона знала его со школы, и её обмануть не удавалось.

— Почему Кингсли общался с тобой так официально? Как будто ты…

И тут Гермиона всё поняла. Её Отдел нуждался в расширении штата, но всё финансирование уходило на тренировки и обучение авроров. А если Малфой внёс пожертвование, понятно, почему Кингсли был так ему рад.

— Верно, — кивнул Драко, и Гермиона сдвинула брови.

— Я могу тебя очень и очень вежливо попросить перестать лезть в мои мысли, — сквозь зубы даже не спросила, а практически приказала она.

— Я очень и очень постараюсь этого не делать, — он спародировал её интонацию. — Ты права, но не во всём. Только об этом пока что никто не должен знать.

— О чём?

— Грейнджер…

— Хорошо, — она вздохнула, когда лифт остановился на первом этаже.

Они прошли к телефонной будке. Внутри было очень тесно, Гермиона чувствовала дыхание Драко на своем лбу. Она второпях набрала на телефоне нужный номер, и будка взмыла вверх. Гермиона поняла, что главное в общении с Малфоем — терпение. Он просто решил повеселиться, играя в детектива, и, к сожалению, вытянул её карту. Она найдёт убийцу Колина, и ей не помешает никто, даже вечно ухмыляющийся Драко Малфой.

— Пройдём через «Дырявый котёл»?

— Да, так быстрее, — Гермиона непонимающе посмотрела на него. — Что, не готов объяснять друзьям и знакомым, почему работаешь со мной?

— Друзей не так много осталось, — он тихо вздохнул. — А перед остальными оправдываться не собираюсь. Но хотелось бы, конечно, как можно больше отсрочить объявление о своем возвращении, — он осмотрелся по сторонам — никого не было — и наложил на себя Дезиллюминационные чары.

Когда они вошли в паб, оказалось, что скрытность Малфоя сыграла Гермионе на руку. Внутри было как минимум пятнадцать человек, многие обернулись, когда прозвенел колокольчик. Среди них Гермиона узнала Симуса Финнигана и Шона, с которым проходила практику в Министерстве.

— Привет, Гермиона, — ей помахал Симус.

— Привет, — она натянуто улыбнулась и поспешила к кирпичной стене. — Прости, работа не ждёт.

Она постучала палочкой по кирпичам, и стена раздвинулась, открывая проход в Косую аллею. Они быстро направились в сторону места преступления. Проходя мимо «Гиппогрифа», Драко заметил в окне вчерашнего бармена. Чтобы избежать внимания зевак, на переулок наложили Отвлекающие чары, и Дин появился перед ними будто из ниоткуда.

— Привет, Грейнджер, — он сдержанно кивнул. — Гарри с отрядом был здесь час назад — никаких тайных ходов не обнаружено. Они опросили всех торговцев, но ты же знаешь, обитатели Лютного не очень любят отвечать на вопросы авроров. Мы оцепили периметр, никто не помешает.

Гермиона кивнула в ответ, и они проследовали за Дином. Пройдя за поворот, Драко снял чары. Кевин стоял на корточках возле стены, покрытой какой-то вязкой жидкостью, и снимал её, направляя палочкой в колбу. Затхлый запах ударил в нос, но Гермиона не подала виду. Она осмотрелась и наклонилась около противоположной стены.

— Перчатки, — Дин протянул ей пару. — И тебе, Малфой, если не брезгуешь.

— Я просто посмотрю, — Драко скрестил руки на груди.

В небольшой карман переулка, в котором они стояли, слабо попадал солнечный свет. На первый взгляд зацепиться было не за что — никаких предметов или мусора. Только кирпичные стены с бороздами и углублениями, несколько пробившихся сквозь каменную кладку травинок и перекати-поле. Гермиона ощупывала стены руками в перчатках, намеренно обходя стороной угол, где несколько часов назад обнаружили бездыханное тело Колина. Драко сморщил нос и отвернулся. Кевин закончил с пробирками и отошёл к Дину.

— Отправлю нашему знатоку зелий, — он помахал одной из пробирок и спрятал в поясной сумке. — Мне здесь больше делать нечего, я пришлю отчёт через пару часов.

— Ревелио! — Гермиона взмахнула палочкой и провела ей по каждой из стен.

Слабая искра вырвалась из конца палочки, но ничего не выявила.

— Мы пробовали, — сказал Дин, — но ничего не нашли.

— Давай я, — Драко достал свою палочку, прочистил горло и громко повторил заклинание. Сноп белых искр озарил пространство. Один из кирпичей засветился, а место, где нашли Колина, засверкало.

— Что это там? — Драко указал на незаметное с первого взгляда углубление между кирпичами, где еле-еле виднелась синяя точка, но его никто не услышал.

Гермиона стучала палочкой по светящемуся кирпичу, пока Драко пытался достать что-то из стены.

— Акцио! — раздраженно бросил он, и в его руке оказалась палочка из красного дерева, по виду совсем новая, без зазубрин и трещин. — Грейнджер, посмотри!

Он протянул ей палочку, но она не отреагировала, внимательно рассматривая свою находку. Кирпич еще несколько секунд светился у нее в руках.

— Перчатки, Малфой, — Дин закатил глаза и бросил их Драко.

— Я почти уверена, что это был портал, — заключила Гермиона. — Так они могли незаметно и быстро исчезнуть. Аппарация оставляет более явный след, и… Роза не умеет аппарировать, — Гермиона передала кирпич Дину и повернулась к Драко.

— Грейнджер, — Драко снова протянул ей палочку.

Гермиона застыла на месте. Даже мысли её читать не пришлось, чтобы понять почему. Это была палочка Розы — совсем новая. Драко слишком увлёкся, рассматривая её, и не заметил, как Гермиону начало трясти.

— Так, пошли, —Дин взял её под локоть и вывел в соседнюю нишу между домами. — Ты понимаешь, что твоё состояние мешает тебе колдовать? Соберись!

— Я не могу, это же мой ребёнок, — она приложила ладонь ко лбу. — Я обязана найти убийц Колина, но я не смогу…

— Сможешь, — твёрдо прервал её Дин. — Сосредоточься. Аврорат сейчас всё вверх дном переворачивает, не так ли?

— Да, я знаю, — она выдохнула. — Просто… Мне нужно будет увидеться с его родителями, рассказать им. Гарри…

— Сможет с ними встретиться один.

— Он был моим помощником, я должна с ними поговорить, — она посмотрела в сторону, чтобы не встречаться взглядом с Дином .

Дыхательные техники от колдопсихолога не помогали, пора было задуматься о запасе успокаивающих зелий.

— Грейнджер… — послышался настороженный голос Малфоя.

Гермиона и Дин пошли на голос. В мгновение Гермиона почувствовала удар в рёбра — Драко появился внезапно и отпихнул её в сторону. Пролетела вспышка, едва их не задевшая. Тут же в Драко посыпались красные искры, но он успел закрыть лицо предплечьем. Рукав пиджака загорелся.

— Фините Инкантатем!

— Агуаменти!

— Делетриус!

— Импедимента!

Дин и Драко наперебой стреляли заклинаниями в разные стороны. Гермиона, пошатываясь, двинулась к ним, но Малфой вытянул руку, чтобы остановить её. Палочка в руке Гермионы завибрировала. Ну хоть на что-то же она способна сейчас. Она сделала шаг назад и взмахнула палочкой, глядя на Драко и Дина. Искры летели во все стороны, едва не задевая Гермиону. Она прищурилась и, выдохнув, закричала:

— Протего!

Всех троих накрыл фиолетовый купол, искры врезались в него и опадали. Рукав пиджака Драко тлел и обжигал лицо.

— Десине мовере*! — закричал он во весь голос.

Купол затрещал, но выдержал. На них обрушилась тишина. Пыль медленно оседала, дым рассеивался. Дин сильно кашлял и повторял очищающие заклинания. Купол постепенно исчезал, и Гермиона уловила запах тлеющей ткани и железа. Драко снял пиджак и увидел, что огонь добрался до его руки. Ожог оказался неглубоким, но болезненным. Он дотронулся до левой щеки — ещё один ожог.

— Да быть этого не может! — взревел Драко и ринулся к тому месту, откуда торчал зачарованный кирпич.

— Что? — одновременно спросили Гермиона и Дин. Они держались от этого места подальше с палочками наготове.

— Что это за заклинание, Малфой? — серьёзно спросила Гермиона.

Драко молчал и медленно водил палочкой в воздухе. Сомнений не оставалось, и это зарождало внутри смесь давно забытого страха и злости. Он посмотрел на Дина и Гермиону, убедившись, что их не задел огонь. Дин продолжал тяжело кашлять. Драко снова повернулся к стене и шепотом начал проговаривать неизвестные Гермионе заклинания. Из щелей в стене медленно просачивался чёрный густой дым, похожий на щупальца. Драко резко рассёк воздух палочкой, и дым всосало обратно.

— Грейнджер, — не оборачиваясь, протянул он, и Гермиона впервые уловила дрожь в его голосе, — я знаю, что здесь случилось.

*

Драко сидел в кресле, здоровой рукой прижимая к лицу компресс. Гермиона промакивала ткань зельем и прикладывала к ожогу на его предплечью . Он шипел, как недовольный дракон, и машинально одёргивал руку.

— Надо было идти в госпиталь вместе с Дином. Там бы всё сделали за несколько минут, — Гермиона сражалась с инстинктами Драко, пытаясь не доставить ему ещё больше боли. — Из меня некудышный целитель.

Она действительно неумело справлялась с компрессом, пролила зелье мимо и чуть не выронила колбу из рук. Но Драко принципиально не хотел обращаться в госпиталь, считая, что не имеет права жаловаться. Если его жена храбро приняла свою судьбу, собственная пара ожогов не стоят того, чтобы обращаться к колдомедикам.

— Ничего, переживу, пара порезов, ай! — он снова попытался одёрнуть руку, но Гермиона её удержала.

— Я сейчас запущу в тебя Петрификус Тоталус!

— Да ты едва палочку можешь держать, — в голосе прозвучал явный упрёк, и уязвлённая Гермиона в ответ вцепилась ему в плечо.

Драко сдавленно замычал и зажмурился, когда зелье капнуло на бледно-розовую кожу. Ощутив лёгкое дуновение, он открыл глаза и замер — Гермиона дула на ожог.

— Вот поэтому вы, мужчины, меньше живёте, — проворчала она.

— Мой прадед прожил 104 года, и в каких только сражениях не участвовал, — гордо парировал Драко.

— Ну, если ты собираешься проводить каждый день так же, как сегодняшний, ты этот рекорд явно не побьёшь.

Гермиона перемотала место ожога бинтом и отошла к столу, не услышав от Драко ни слова благодарности. Она села за стол:

— Через два часа прибудут родители Колина. Мне нужно с ними поговорить.

— Хорошо, — Драко вздохнул. — Есть время ввести тебя в курс дела. Смотри-ка, мы поменялись местами.

На его лице снова мелькнула ухмылка. Гермиона прикрыла глаза, чтобы скрыть раздражение и не заметила, как Малфой пересел на стул напротив. Он убрал компресс от лица и прищурился — солнце светило в лицо. Гермиона вздрогнула, когда шторы задёрнулись и зажёгся свет.

— Ты в моём кабинете, а не у себя дома, — ледяным тоном произнесла она.

Драко не удостоил её ответом. Теперь в жёлтом свете ламп хаос на столе ещё больше бросался в глаза. Гермиона попыталась изобразить подобие порядка, взмахнув палочкой, но папки и документы лишь разлетелись в разные стороны. Она выругалась и бросила палочку в стену, о чём тут же пожалела.

— Да ради Мерлина, — щёлчок пальцами, и та вернулась в её руку.

— А потом мы поговорим об этом, — Драко голосом выделил последнее слово.

— Не о чем здесь разговаривать, всё в порядке, просто у меня стресс.

— Ну-ну, — он дёрнул бровью и замолчал.

Как начать разговор о том, что произошло больше двадцати лет назад? Драко запустил руку в волосы и облокотился на стол. Гермиона ждала. Недоверие. Опасность. Стыд. Но теперь всё было иначе — он на другой стороне. Драко не с ними, но и не с Поттером. Может ли быть третья сторона? Когда всеми силами отгораживаешься от прошлого в любом его проявлении. Вот только оно всё равно настигает и ждёт, когда ты сдашься.

Седьмой курс обучения в Хогвартсе Драко практически пропустил. Однако уроки ему всё же преподавали. Северус Снейп обучал Драко всему, что знал. Вместо Травологии и Астрономии — удвоенные часы Заклинаний и Зельеварения. Вместо Полётов на метле — Защита от Тёмных искусств. У Снейпа для Драко была особая программа. Чтобы защищаться, необходимо владеть этими знаниями, считал он, и лучше преподавателя найти было нельзя. Драко изучал Тёмную магию чувствуя смесь рискованного любопытства и липкого отвращения. Он не мог не восхищаться силой, которую дарили тёмные заклятья, но пользовался ими через силу.

Когда Волдеморт проводил очередное собрание Пожирателей в Малфой Мэноре, Драко узнал в одном из приспешников Маркуса Флинта. «Видимо, квиддич менее увлекателен, чем убийства и пытки», — подумал Драко. Когда Маркус докладывал об успешных захватах маглорождённых и с упоением, как на уроке, описывал то, что с ними делал, у Драко до хруста сжималась челюсть. Он в красках представлял весь ужас, а про себя размышлял, как бы отражал конкретные проклятья. Драко запоминал каждое заклинание. Так учил его Снейп.

— Они такие наивные, доверчивые, безмозглые, — нараспев повторял Маркус. — Раскрыть их — проще, чем конфетку у ребёнка отобрать. Мы вычислили, где они скрывают детей, Мой Лорд.

Драко не хотел участвовать в захвате. Он не хотел участвовать вообще ни в чём, но сопротивление означало одно — смерть. В лучшем случае его собственную, хотя Драко был уверен, что из своей семьи умрёт последним, вероятно, наблюдая, как Волдеморт забирает жизнь его матери.

— И ещё это, — Драко закатал рукав на здоровой руке, и Гермиона ахнула — на том месте, где раньше была Чёрная метка, появился огромный белый шрам. — Когда всё закончилось, я её вырезал с помощью Тёмной магии, конечно.

— Вроде той, что ты использовал в переулке? — перебила его Гермиона, но он не ответил.

— Невыносимо было чувствовать, что мной управляют — если я чего-то не хотел, допускал мысль сбежать или сдаться, Метка меня побеждала.

— Малфой, это…

— Я думал, что всё закончилось, — он отвернулся. — Был уверен, что все, кто к этому причастен, либо убиты, либо в Азкабане, как Люциус, — Драко уже давно не называл его отцом. — Панси никогда не упоминала, а я и не спрашивал. Возможно, она считает, что Маркус был убит ещё в 1998. Почти двадцать лет…

Гермиона принялась рыться в пачке досье, но их было слишком много.

— Акцио, досье на Флинта! — чётко проговорила она, и из груды бумаг на полу выскочила толстая папка.

Драко перехватил её здоровой рукой.

— Эверетт Флинт, — прочитал он, — его отец. Пожиратель, участвовал в атаке на Хогвартс, осуждён на двадцать лет. Вышел досрочно год назад, — Драко продолжил читать про себя и после паузы спросил: — Ты его снова посадила?

— Да, он вышел досрочно, но почти сразу попался. Он пытал одного из торговцев Непростительным заклятием. Оказалось, тот поставлял ему краденое. Сейчас он отбывает очередной срок. Как, собственно, и торговец…

— А на Маркуса есть досье?

— Нет, — Гермиона покачала головой, — последний раз я слышала о нём уже очень давно. Кажется, он несколько раз оставался на второй год… Малфой, он должен был выпуститься в 1997…

— Выпустился прямиком в Пожиратели, — процедил Драко.

— Почему его имя не всплыло во время суда?

— Возможно, он успел исчезнуть. Я не помню его отца, но вот Маркус был очень предан Волдеморту и всё время будто искал похвалы. Иногда мне казалось, что он соревнуется с тётей…

При упоминании Беллатрисы Гермиона изменилась в лице и потянулась к предплечью. Драко перевёл взгляд в сторону и продолжил:

— Когда Пожиратели нашли, где ваши прятали группу маглорождённых детей, именно Маркус разработал план захвата. Я был там и видел, как он колдует, слышал его заклинания. Дети не умеют аппарировать. Конечно, с помощью заклинания это можно провернуть, но из-за стихийной детской магии всегда есть риск расщепления не только у ребёнка, но и у того, кто с ним аппарирует. Такое уже случалось несколько раз с другими пожирателями, и Маркус придумал выход. Он превращал игрушки в порталы и раскидывал по периметру, пробуя их выманивать. Но ваши не были дураками. Поэтому пришлось действовать жёстко. А Маркус в этом был специалист. Это его магия, его почерк: ловушки с жалящими искрами и удушающим дымом, неочевидные порталы. Вы не сможете отследить, куда вёл портал-кирпич, это Тёмная магия… Но я бы мог попробовать…

— Нет! — Гермиона сжала кулак. — Ты просто наблюдаешь, консультируешь, но делаем мы всё сами…

— Грейнджер, повторяю, это Тёмная магия — я знаю, как с ней работать, а вы нет, — он серьёзно посмотрел ей в глаза.

Драко удивился собственной готовности применять эти знания спустя столько лет. Гарантий, что получится, он дать не мог, как и не мог позволить себе бездействовать.

— Мы, — она повысила голос, — знаем что такое Тёмная магия. Я поищу похожие дела. Не помню, чтобы где-то упоминались такие искры и зачарованные порталы, но… Некоторые дела сначала проходили через Колина. Он же… Он что, редактировал отчёты с мест преступления? Зачем…

Гермиона обессиленно уронила голову на стол и зарычала. Драко в нетерпении наблюдал, как она стучала кулаками по столу.

— Мне нужно поговорить с Дином! И с Кевином. Они должны помнить что-то подобное на местах преступлений, — она выпрямилась. — А стена с вязкой жидкостью…

— Её уже исследовали? Главное, чтобы не прикасались!

Гермиона фыркнула. За кого Малфой их принимает? За дилетантов?

— Кевин ещё не прислал отчёт, — она, покачиваясь, поднялась со стула. — Хочешь сам посмотреть?

— Не уверен, что хочу, — он замялся и не торопился вставать. Не хватало ещё что-нибудь подцепить в их лаборатории…

— Мы должны сообщить обо всём Гарри. И как поговорить со всеми сразу? Вызвать их в лабораторию… Нет, Гарри ещё не вернулся, он бы прислал патронуса.

— Я бы поговорил с Поттером, пока ты будешь в лаборатории, но я же никуда не должен ходить без тебя, — Драко нахмурил брови.

— Ты мой консультант, а не Гарри, — твёрдо сказала Гермиона. — Ты серьёзно хочешь поговорить с ним наедине?

— Да не убью я твоего святого Поттера, — Драко приложил правую руку к груди.

— Кто ещё кого убьёт, — прошептала Гермиона и задумалась. — Хорошо, сделаем так, но при одном условии. Если я отпущу тебя к Гарри, то мы больше не будем обсуждать мою магию.

Драко пристально на неё посмотрел. Если бы его сына похитили, он вёл бы себя точно так же, может, и хуже. Но без возможности колдовать, она не сможет нормально работать. Грейнджер должна была это понимать. Он поговорит с ней об этом, как и о многом другом, но не сейчас.

* Desine movere (лат.) — буквально «прекрати двигаться».