Как я стал Поттером (джен)

Итак, состязание началось. Скажу сразу, что я проявил излишнюю самоуверенность, за что и поплатился. Но, об этом попозже. Для начала скажу ещё, что телекинез на дракониху не подействовал. Почему? Не знаю. Помнится, читал я в своей первой жизни фэнтези про каких-то Истинных драконов. Вот, только есть ли они на самом деле? Кто знает? Но, почему бы им и не быть? А отличались они тем, эти Истинные «ребята», что могли помещаться с планеты на планету через Варп. И, он на них никак не действовал. Была у них от него природная защита.

А здешние ящерицы могли быть их дальними выродившимися родичами. Но, вот их шкура, скорее всего, сохранила необходимые свойства. Поэтому телекинез, как, впрочем, и магия на них и не действует. Такая вот теория.

И, что мне оставалось делать? Только предположить, что даже если золотое яйцо заколдовано от Акцио, то телекинезом я его выдернуть, всё-таки, смогу. А для этого мне нужно было заставить дракониху приподняться над гнездом. И, как это было сделать? Ну, в общем, полетал я вокруг её гнезда и собрал несколько булыжников, даже скорее маленьких валунов диаметром сантиметров сорок-пятьдесят. А затем стал швырять их телекинезом драконихе в голову, помахивая волшебной палочкой. Для антуража.

И, когда ей в голову угодил третий камень, хвосторога рассвирепела. Она встала на лапы и заревела. Обещая, наверное, мне все кары небесные и не только. А я сунулся поближе для удобства и, таки, «выдернул» яйцо. Вот тут-то и последовали доказательства того, что несмотря на то, что она зверь, зачатки какого-никакого интеллекта у неё имеются. Саданула она булавой своего хвоста по одному из тех камешков, которыми я в неё швырялся. Причём, прицельно. И превратила его в картечь. И очень хорошо, что я к тому моменту успел развернуться, собираясь улетать. А ещё лучше было то, что мне по голове не прилетело. Потому, что эта самая картечь разворотила мне только спину.

А ещё, хорошо было то, что я в это время сидел на метле, потому что одним из осколков долбануло меня прямо по позвоночнику. И, у меня тут же парализовало ноги. В общем, я чуть с метлы не упал. Но, слава Мерлину, или не Мерлину, а Переменчивым Богам, удалось мне как-то выровнять полет, перевести его в бреющий и, с горем пополам, теряя по дороге кровь, долететь до медицинской палатки.

А у входа в палатку я сам не понял как слез метлы, передал её и яйцо вызванному Добби и, буквально вполз в неё. Ну, а там, помогая себе руками и телекинезом добрался до свободной кушетки. Дожидаться мадам Помфри, которая, к счастью, вскоре освободилась и мной занялась.

— Здравствуйте, мадам Помфри, — обратился я медведьме, когда у неё появилось время оказать мне помощь и она направилась ко мне, — поздравляю вас.

— С чем это вы меня поздравляете, мистер Поттер? — уточнила она с некоторым подозрением. — Надеюсь, что хотя бы в этот раз с чем-то хорошим.

— С появлением в вашей вотчине вашего же любимого пациента, — улыбнулся я ей сквозь боль во все свои, пока ещё, двадцать восемь зубов. — Гарри Джеймса Поттера, то есть, меня.

— Ах ты ж Мерлин, Мордред и Моргана, — разразилась возмущениями мадам Помфри, когда увидела мою спину. — Сначала тролли, потом василиски, теперь драконы. Что дальше мистер Поттер? Что будет дальше, я вас спрашиваю?

А дальше в палатку ворвались Рон и Гермиона. И, мадам Помфри пришлось их выпроваживать. Но, если Рона удалось выпроводить быстро и без усилий, то с Гермионой такой номер не прошёл, почему-то. Когда она увидела мою оголенную спину, то у девочки началась самая настоящая истерика. Она вцепилась в мою руку, как в спасательный круг и только повторяла сквозь рыдания моё имя. И, так и не выпустила. Даже когда ей споили лошадиную дозу успокоительного и она уснула. Так нас двоих и пришлось транспортировать в больничное крыло.

А когда она проснулась, то пообещала, что никогда больше меня не предаст и не оставит. Бли-и-н!!! И, вот, что мне было делать? Ведь магия-то вроде бы и неразумна, но это её обещание вылилось в полноценную магическую клятву. Так что, пришлось и мне клясться ей в ответ и простить её. Но, вы знаете? Как бы цинично это не прозвучало, я рад, что так получилось. Потому, что если бы она оказалась настоящим Грэйнджергадом, то мне бы ещё и с ней пришлось в будущем «бодаться». А этого мне не хотелось бы.

Рона, кстати, я потом тоже простил. Якобы. Как там говорится-то про врагов и друзей? Вроде, держи друзей близко, а врагов ещё ближе? Как-то так. И Гермиону предупредил, что Рончик на испытательном сроке. Ну, чтобы она нас пытаться мирить не вздумала. А ещё просветил её насчет всяких хитрых зелий и прочих «развлечений» чистокровных волшебников.

А то, она всё никак не могла понять, что за хрень с ней приключилась. Почему она ни с того, ни с сего вдруг стала сомневаться в правдивости моих слов. Какого, спрашивается, лысого Мерлина? Пришлось напомнить ей вступительную речь Снэйпа про зелья. Про воздействие на чувства и порабощение разума. И, знаете, что самое смешное? Что прав я оказался. После чего забег ей с Рончиком устроить захотелось, сразу после того как нейтрализатор зелий влили и он своё действие оказал.

Ну, как забег? Рончик чтобы впереди бежал, а она за ним, с палочкой в руках. И Жалящим его, Жалящим.

Так же я уговорил Гермиону уехать на каникулах домой, несмотря на приближающийся рождественский бал. Очень уж мне не хотелось, что бы она оказалась на дне Чёрного озера. Да ещё и феврале.

Сам-то я на бал идти не собирался. Я его собрался «проболеть». О чём договорился с мадам Помфри. Так что, Гермиона на каникулах, отправилась домой, а я, после бала, точнее после больничного крыла в котором я этот самый бал провёл, отправился в Швейцарию. Пообщаться с герром фон Валленштайном в личной беседе.

Хочу сказать, что результатами поездки я остался доволен. Потому что, Манфред оказался вполне приятным собеседником. И, когда я рассказал в подробностях, что меня, предположительно, может ожидать в августе, он согласился взяться за моё дело. Были у него личные счёты к англичанам. Так что, возможность «щёлкнуть» их по носу он никогда не упускал. Аванс, правда тоже, при этом, взять с меня он не забыл. Солидный, такой, аванс.

Так прошло время до второго этапа Турнира. А в день, когда он проводился, своё веское слово вновь сказала история написанная мадам нашёй, Ро. В том смысле, что если по канону Гермиона должна была оказаться на дне озера, то там она и оказалась. Вот же, простите, гадство. И ведь я, вроде как, всё сделал, что бы её «отмазать» от подобной участи. Но... как говорится, хрен мне. Да ещё и по всей морде.

А первые подозрения у меня появились когда я её на завтраке не увидел. Которые потом перерасли в твёрдую убеждённость, когда оказалось, что и в спальне она сегодня не ночевала. Ох, как же мне хотелось прямо сейчас кого-нибудь размазать по стенке, но пришлось сдерживаться. Не время ещё было. Так что, когда я немного успокоился и снова стал способен рассуждать, то позвал Добби. И, попросил его одолжить у Хагрида порцию добровольно отданного единорожьего молока. Безвозмездно. То есть даром. Ну, или в крайнем случае, если безвозмездно не получится, то с Хагридом я потом рассчитаюсь. Так или иначе. И пусть он попробует хоть слово против сказать.

А дальше было дело техники, как говорится. Так как прохождение второго этапа прошло, как было запланировано. Я, на каникулах, кстати, помимо поездки в Швейцарию, ещё и в Лондон смотался и там прикупил костюмчик из неопрена для зимних погружения под воду и хороший керамический нож для подводного плавания. Затем, когда был дан сигнал на начало прохождения я увеличил склеенную накануне из пергамента лодочку, наложил на неё ещё Непромокаемость и Непотопляемость и, используя палочку как водомёт, отправился к месту, где под водой находилась деревня русалок. Оно у меня методом триангуляции давно было определено. И, принялся ждать.

Чего же я ждал? А помните, что в каноне Флёр Делакур вынудили сойти с дистанции гриндилоу? Вот этого-то момента я и ждал. Пришлось, даже, для этого на неё метку поставить. И, когда я ощутил, что Флёр направляется к берегу, то наколдовал себе головной пузырь, трансфигурировал лодочку в камень и, нырнул. А на дне я сначала установил телекинетический купол вокруг Гермионы и Габриэль, сестренки Флёр, перерезал водоросли которыми их привязали к столбам, после чего преобразовал купол в шар. И, нас вынесло на поверхность.

Кстати, способность купол создать с помощью телекинеза, я, таки, потом восстановил. Правда, не совсем полноценный. От пуль, и уж тем более от снарядов, он бы меня не защитил, конечно. Но, использовать его вот так, как я это сегодня сделал, можно было.

Дальше было совсем просто. Я преобразовал шар в цилиндр, положенный на бок, посадил Габриэль себе на плечи, Гермиону взял на руки и направился к берегу. Если кто не понял, то получилось, что я изображал белку в колесе. Только колесо было незакрепленное. Ну, и вес девчонкам я конечно же поубавил, а то идти было не очень близко, метров, примерно, двести пятьдесят.

В общем, так мы и двигались. Я развлекал их немудрёными шутками, а Гермиона переводила для Габриэль. Так что, на берег мы выбрались под наш общий хохот. А потом я напоил девчонок единорожьим молоком. Всё-таки, как бы магия не помогала, но пребывание в холодной, февральской воде в течение нескольких часов не могло не сказаться на их здоровье вообще и репродуктивных способностях в частности.

И хорошо ещё, что я додумался перед этим проконсультироваться у мадам Помфри. Потому как, оказалось, что само по себе молоко является сильнейшим концентратом и его нужно разбавлять не менее чем один к четырем. Так что, хватило не только Гермионе и Габриэль, но и Чанг, и той шармбатонке за которой нырял Крам.

А дальше я продемонстрировал охреневшим организаторам турнира, что такое подростковый бунт. Бессмысленный и беспощадный. Пусть даже и в лёгкой степени. Задал я им вопрос, мол, какого спрашивается чёрта, на дне озера оказались несовершеннолетние ученики? А их согласия кто-нибудь спрашивал? И, если с Гермионой и Чоу Чанг особо никто не церемонился, потому как одна магглорождённая, а вторая дочь иммигрантов, то вот изъятие французских учениц из их кареты могло вызвать международный скандал. Подумал ли об этом хоть кто-нибудь из организаторов и судей Турнира?

В общем, выяснил я чья это была идея с живыми заложниками. Оказалось, что Бэгмена. Вот он огреб, один за всех. Убивать я его конечно не стал, но вот морду в кровь я ему расколотил и забросил его в озеро, метров на сто от берега. Дамблдор, конечно, попробовал меня успокоить, в стиле: «Гарри, мальчик мой, что ты делаешь? Нельзя же так». А я в ответ ударом кулака сломал их судейский стол.

Дамби, разумеется, пришлось извернуться, что бы не раздувать это событие, но без последствий оно не обошлось. Помните, в каноне мадам Максим отправилась с Хагридом к великанам? Меня, кстати, всегда это удивляло. Какого чёрта-то? Она же не кем-нибудь, а директором школы магии работала, а это, что не говори, очень большая величина. Да и ответственность немаленькая. А тут, видите ли, Дамбик её, типа, попросил и она забив на всё, отправилась к великанам. Зашибись. Что, других дел у неё, что ли, не нашлось? И, таки, оказалось, что их у неё, на тот момент, действительно не было. Потому что слетела мадам с должности и, хорошо ещё, что не с «волчьим билетом», вот и появилось у неё свободное время. Чтобы отправиться с Хагридом.

А после со мной имели продолжительную беседу месье Франсуа Делакур и его супруга Аполлин. Месье, кстати, в магической Франции, оказался далеко не последним человеком, да и община вейл тоже принимала большое участие в жизнедеятельности этого государства. А бабушка Флёр и Габриель, если вы помните, была вейлой. И, вот эти-то люди посчитали себя мне обязанными.

И, кто я такой что бы отказываться от помощи? В общем, я попросил месье Франсуа прикупить мне домик в магической Франции и подготовить два портключа в этот дом. Для меня и Гермионы. Благо с деньгами проблем не было. Зачем? А затем, что у любого воинского подразделения должна быть база, где после ведения боевых действий можно отдохнуть, подлечиться, пройти переформирование и так далее. Вот я и подумал, что такой домик, в качестве базы, нам не помешает.

А почему ещё и для Гермионы? Так после нашего взаимного обещания, переросшего в магическую клятву, почувствовал я за неё ответственность. Не зря сказано, что мы в ответе за тех кого приручили. Да и армейское прошлое сказалось. Должен же хороший командир проявлять заботу о подчинённых. Кстати, о защите её родителей тоже надо было бы позаботиться, но об этом можно подумать и завтра.

И ещё я обратил внимание Делакуров на одну рыжую семейку по фамилии Уизли вообще и на мальчика Билли, их старшего сына, в частности. Нет, сам по себе Билл может и неплохой парень был, но, я-то его не знаю. Так что, присмотреться к нему не помешает. Совсем не помешает. Не зря же говорят, что яблоко от яблони недалеко падает. Вот пусть Делакуры и присмотрят. Перед началом третьего задания.

Остальное время до третьего этапа я учился. Всё-таки, в свое время, я был Библиарием и хотя я ничего не помню из того чему меня когда-то учили, но желание получения новых знаний во мне осталось. А то, тех знаний которыми обладал тот Гарри, чье место я занял, мне категорически не хватало. Ну, и Патронус, заодно, потренировал. Ведь летом-то может быть будет встреча с дементорами, а я, как говорится, ни ухом, ни рылом.

Патронус у меня, что закономерно, изменился. Вместо оленя у меня теперь бегала, периодически скалившаяся и порыкивающая на окружающих, росомаха. И, кстати, цвет у Патронуса тоже поменялся. Если обычно он имеет светло-серебристый цвет, то у меня он слегка потемнел. Слышали выражение «чернёное серебро»? Вот именно так он и стал выглядеть.

И ещё, разумеется, дружба с рыжим за номером шесть, стала более формальной, что ли. Помните, что я говорил про врагов и друзей? Так вот, врагом, окончательно, он мне ещё не стал, но настоящим другом быть перестал, точнее никогда и не был. Это тот Гарри с ним дружил, а я просто держал его поблизости. Так что, всё закономерно.

Нет, я конечно изредка перекидывался с ним партейкой-другой в шахматы, не всё же время учиться, нужно иногда и мозгам отдых устраивать. Но, в остальное время рыжий был вынужден довольствоваться другими соперниками и собеседниками. Тут, главное, нужно было произнести волшебное слово «Библиотека» и Рон тут же вспоминал о каких-то своих, ну, очень важных делах. Но, своих попыток втянуть меня в дуракаваляние он не оставлял. И, начиналось это обычно так.

— Послушай, Гарри, — говорил в таких случаях Рон, — чего ты напрягаешься-то? Ты же этапы Турнира «влёт» прошёл.

— Вот потому и напрягаюсь, Рон, — обычно отвечал я ему, — чтобы проходить их «влёт». Или ты думаешь, что мне стоит пальцами щёлкнуть и все свершится по моему велению, по моему хотению? А вот Мерлина лысого.

Так время и проходило. Ещё я потихоньку прикидывал, что было бы неплохо провести зачистку кладбища. Ну, того где Волди возродится в ближайшем будущем. И где мне с ним пересечься доведётся. А в том, что я туда попаду, я даже и не сомневался. Была, конечно, у меня мысль отправиться туда одному, заранее, и тихонечко прикопать всех троих: Хвоста, Нагини и Волдика. Но, не вышло.

А почему, кстати, я этого не сделал? Ну, в смысле не разыскал Волди и компанию заранее. Ведь это был бы для меня самый оптимальный вариант. Да потому, что забыл я как назывался тот населенный пункт где должно было все произойти. Вот, забыл и всё тут. Вылетело название нужного мне населённого из головы и, никак я его вспомнить не мог. Почему так? Ну, наверное, потому что канон, мать его.

И ещё говорят, что если хочешь рассмешить богов, то расскажи им о своих планах. Вот они надо мной и посмеялись. Поэтому-то, наверное, я название и забыл. Так что, пришлось готовиться к встрече с Волди, чтобы не оплошать потом. Вот только, как бы я не готовился, а всё равно, всё пошло совсем не так, как задумывалось. Ну, когда я, таки, оказался на том кладбище. Посмеялись на до мной, всё-таки, боги.