Шпионская сага (джен)

Гарри еле успел увести голову с линии атаки, и пущенное наглой необразованной девчонкой Окулус Репаро улетело на ползающую по оконному стеклу шоколягушку. Та возмущенно квакнула, позеленела, выпучила глаза и выбросилась из окна наружу.

Гарри, что уже потыкал пальцами за приоткрытое им окно и почувствовал явное сопротивление какой-то пружинящей преграды, немного обалдел — в книге "Отталина — ведьма, построившая Путь" чётко и внятно указывалась Невозможность ничему, кроме воздуха, проникать снаружи в поезд и наоборот; но лягушка оказалась ниспровергателем Основ. Тут было о чём подумать, а думать, как учил Старик, надо с наименьшим количеством сенсорных раздражителей.

В купе думать не получится — рыжий из Уизлей (Старик многое о них рассказывал) трындел не переставая о квиддиче, магглокровка, что даже не подумала, что нельзя тыкать палочкой в людей, какими бы благими не были намерения, выдавала тыщу слов в минуту, поэтому Гарри молча поднялся и вышел в коридор, лишь громко ответив на вопрос-утверждение Рыжего "ТыкудаГарриястобой":

— Я поссать пошел, хочешь мой член подержать? Да я и сам справлюсь...

Закрывшаяся за ним дверь отрезала пыхтение наглой девчонки, немедленно покрасневшей сильнее вспыхнувшего Рыжего, и Гарри применил Дезиллюминационное и Неслышимое заклятие.

Он прошелся по своему вагону, отметил два абсолютно пустых купе по обе стороны от покинутого им, понял, что Рыжий враль, каких поискать, и, поколебавшись, вошел в левое пустое купе.

А левое потому, что в вагонах такого типа в нечетных двойных были когда-то внутренние замки, удаленные высокомерными волшебниками — типа есть же Колопортус и другие Запиратели — ну Рекуперцио ему в помощь, и замок восстановился. Механические замки нечетных двойных купе хороши тем, что снаружи без ключа проводника его не открыть, а против Алоаморы и других Отпирающих есть распор, что заклинит подвижную часть, и Гарри вытащил из Безразмерного кармана мантии обычный гвоздь.

Старик всегда требовал, чтобы Вор вначале на макете прикинул пути отступления и проникновения, и перед поездкой в Хогвартс-экспрессе Гарри полночи шарился в музее железнодорожного транспорта, откуда и почерпнул, кроме книги создательницы Пути Лондон-Хогсмид, некоторые знания.

* * *

Так, теперь Затемнение на окно, Заглушку на дверь и стены, Горизонталь на себя — и можно в тишине и спокойствии обдумать новые вводные.

То, что Рыжего "зарядили" на знакомство с ним, таким красивым, хе-хе, было ясно с того момента, как он оценил комитет по встрече на маггловской стороне вокзала, но вроде эта неплохо для первокурсницы прокачанная ведьма была экспромтом.

Но, как говорил Старик: "Если вы параноик, это не значит, что за вами не следят", поэтому будем считать, что девчонка тоже "заряжена".

Отталина Гэмбл писала, что бывали во времена оно случаи выпадения из окон поезда беспризорной школоты, и потому усилили оконные Рамки на невозможность ничего туда-сюда внести или вынести, но ведь усилили-то уже намного позже основных зачарований вагонов.

Вот и разгадка — если Чары добавлять на Основу, то со временем они ослабевают, и любое заклятие может спровоцировать Прорыв Рамки как изнутри, так и снаружи. А что нагляшечка выкрикнула, когда направила на него кончик палочки?

Слово Окулюс на латыни это глаз, а не стекло, стекло как раз Витрум (Гарри много витрин в продуктовых магазинах порастворял, даже в зоопарке умудрился питона выпустить, да чтобы он не знал названия основных преград к еде, да, вот с питоном неловко получилось), так что это либо попытка вылечить его близорукость, либо девочка-которая-нагло-дома-колдовала-и-ей-за-это-ничего-не-было толком латынью не владеет, либо это было покушением, замаскированным под заботу.

Ну будем посмотреть дальше на ее поведение, лишь бы не оказалась липкой на руки, основание так считать есть. Где книжечка по квиддичу, что Рыжий ему совал — а книжечку не глядя сунула в свой карман девица-язык-вперед мозгов, то есть своровала, если уж попросту. Поэтому хрен с ним, Рыжим, парень он простой, дружелюбный, а вот от девчонки надо будет подальше держаться, да, кстати, чё и не подслушать беседу его "заряженных" попутчиков?

Ну вот, она вроде на Гриффиндор намылилась, судя по доносившимся теперь, после снятой Заглушки, ее воплям, что там сам Дамблдор учился.

Старик этого самого Дамблдора так явно недолюбливал, что Гарри за два года обучения Воровству принял невольно его точку зрения и директора не боготворил, как бы Хагрид ему в глаза не сверкал Очаровалкой-Внушалкой, брошкой на лацкане кротовой шубы, срабатывающей на пароль про великого человека. А помогали Гарри не очароваться-внушиться как раз расположенные в нужном порядке микротрещинки на стеклах очков, вернее, рунические такие микротрещинки, что девчонка пыталась срастить — и это как раз работает в сторону усиления паранойи.

Вывод: нам такого счастья в однофакультетниках не надо, и хорошо, что по алфавиту она пойдет в первой десятке из сорока поступающих в этом году, а он в третьей.

Жаль, что у него есть сведения только на тех, кто проживает в волшебной части Англии — имена поступающих оттуда печатают в Министерском Вестнике, причем с указанием, где учились их родители. Консерватизм волшебников проявлялся и в этом — хотя Старик считал, если долбить изо в день, какой прекрасный факультет, где мама или папа учились — подпрограмма заложится в подсознание, а именно оттуда, если нет чётко проговоренного пожелания, Распределитель по факультетам вытаскивает предпочтения абитуриентов.

Анализировали они со Стариком, анализировали, да и выанализировали, что лучше всего ему будет на Хаффлпаффе, рядом с племянницей Главы ДМП — Боунсы традиционно шли туда вот уже пятьсот лет.

Гарри обрадовался, что от первоначального Плана не придется отказываться, от радости проголодался и вытащил из Безразмерного кармана пару бутербродов, съел, трансфигурировал из обертки стаканчик, наполнил агуаментной водой и выпил.

Потом он снова наложил Заглушку, потому что в его бывшем купе начался срач на тему богатства, бедности, магглокровности и магглолюбства между Рыжим, Наглюшкой и тем малфоистым мажорчиком из магазина мадам Малкин (голос мажорчика он ни с кем спутать не мог), а он собрался Репарнуть Витрум на окне, и приклеил на стекло стаканчик — не стал ему возвращать Изначалие.

Стаканчик просочился сквозь стекло наполовину, сам Изначалился и теперь из целого на вид оконного стекла торчало по обе стороны по жирной от масла бумажке.

Гарри удовлетворенно посмотрел на дело ручек-крючек своих и решил поспать — ехать еще, судя по Темпусу, часов пять.

За сохранность своего сундука и его содержимого он не переживал — первая степень защиты была в двести двадцать вольт (Старик предпочитал русский вариант переменного тока), вторая вырубала вора уже трехстами, ну а про третью Гарри надеялся, что никто не узнает никогда. Все завязывалось на ауру самого Гарри, чтобы работали предохранители, а он не в пределах "вершка", по названию этого расстояния от Старика, или двух дюймов, как настоящий англичанин должен говорить, от своего имущества, чтобы активировать предохранители.

Вор должен уметь сохранять наворованное в обоих мирах, поэтому Гарри наравне с трансфигурацией и чарами учил физику и химию.

Старик так же подсовывал ему криминальные романы простецов, к тому же на языке оригиналов, но не мучил простецовскими способами обучения этим языкам — он обучил Гарри пяти языкам при помощи артефакта под названием Толматш... Толмадж..., короче, что-то вроде того. Тьфу на эти арабские слова... Хотя книги были интересными и оттуда Гарри взял несколько советов и способов.

* * *

Гарри проснулся при вопле из динамика — и побежал в купе отключать все защитные контуры. Он идиот, забыл что сундуки забирают домовики Хогвартса, и переступил через валяющихся в отключке Рыжего и Нагляшку, ну это их проблемы, нефиг ручки тянуть к чужому.

Гарри отключил противоворовские контуры сундука на два часа, с их автоматическим включением после истекшего времени, посмотрел на длинные зубы Нагляшки — кто-то применил заклятие Дантиссимус на ней, на покрытого слизняками Рыжего и... не стал накладывать на них Финиту, поделом ворью, не чтящему Устав Воровской Гильдии, где чётко запрещалось крысятничать.

Гарри прикрыл дверь купе, вынеся свой сундук, что он отлевитировал в левое купе, и неспешно вышел на перрон Хогсмида.

Если сойти с левой стороны, то до ворот Хогвартса будет тысяча пятьсот восемнадцать его шагов, и это намного короче трех тысяч шагов, если сходить с правой стороны перрона. Магия, веско сказал себе Гарри и пошел налево.

Около перрона стояли запряженные фестралами кареты, что уже трогались вереницей — но в музее карет Гарри узнал, что на запятках кареты много места для взрослого, и уже тем более он спокойно там разместится.

Кареты уже въезжали в ворота, когда от перрона еле слышно донесся вопль Хагрида, зовущего его, но не стал возвращаться — пересечение на лодках обязательно для вступивших впервые на территорию Хогвартса, а он её посещал раз пять за прошлое лето. Старику иногда были нужны некоторые травки, что растут только в Запретном лесу, и он брал Гарри с собой, так что вепри-охранники его ауру знали и не стали поднимать тревогу.