Шпионская сага (джен)

"Объявляется набор юных леди и джентльменов (исключительно в возрасте девяти целых и трёх пятидесяти вторых лет) в школу фокусов "Ловкие пальчики" — Гарри оборвал одну из бумажных лапшинок внизу объявления с адресом такой интересной школы. Дом находился на другом конце Литл-Уингинга, и там он не попадется банде Большого Дэ.

Там территория другой банды, но и они вряд ли в такую погоду пасут чужаков, тоже, небось как Дадли и его банда, рубятся в приставку.

Дни стояли дождливые, до конца каникул еще неделя, так почему бы и не пройтись. Если и не примут, так хоть посмотрит на настоящих фокусников. А может возьмут — он подходит по возрасту, они в школе уже прошли дроби, и его день рождения был как раз 3 недели назад, ему тогда исполнилось 9 лет.

Гарри занес домой пакет с сыром и ветчиной, купленные в супермаркете, на доске объявлений которого он и прочитал интересное объявление. Гарри любил туда ходить, потому что там можно было незаметно опустить в карман пару шоколадных конфет — если не наглеть и проделывать это не чаще раза в неделю, то никто не насторожится, как бывало в маленьких бакалеях, и где за ним слишком пристально следили.

Гарри отпросился на пару часов, чтобы сходить якобы в библиотеку — и потом всю жизнь благодарил самого себя, что не испугался начавшегося ливня, который сменил накрапывающий уже неделю дождик, и добежал до последнего дома последней улицы Литл-Уингинга.

* * *

Колокольчики молчали, и Гарри, что уже "принял" кошелек, чуть ослабил концентрацию.

Результат не заставил себя ждать — еле слышный для других "звяк" прозвучал в тишине экзаменационной аудитории для самого Гарри так оглушительно, что рука непроизвольно дернулась. А вот теперь перезвон колокольчиков слился в издевательскую песенку о незадачливом воришке, и ее услышали остальные трое экзаменуемых. Одна из них, судя по длинным косичкам, была девочкой, (но это не точно, так как кем только они не наряжались, к тому же между собой им запрещалось общаться и тем более знакомиться) хохотнула и тут же осеклась под строгим взглядом суровых голубых глаз Учителя.

Гарри еле слышно вздохнул сквозь маску, и пошел получать задание на следующий месяц.

* * *

Ну что ж, ничего не поделать — пересдачу Старик разрешал только через год, и поэтому приунывший Гарри брёл нога за ногу домой — ему целый год предстоит воровать только в магазинах и только продукты. Старику никто не перечил, потому что его учеников ни разу никто не ловил, его обучение считалось самым лучшим среди карманников Лютного, потому Гарри и расстроился — ему не выдали жетон, разрешающий воровать галеоны.

А где в Хогвартсе ему взять магазины? В Хогсмиде разве что, но туда выпускают только на третьем курсе. Ну, есть, конечно, другой способ посещать деревенские магазинчики, но в обстановке тотальной дружбы пользоваться им будет проблематично — будущий факультет не оставляет без внимания днем никого. А ночью магазинчики не работают — а грабить их Старик не позволит. Гарри учится на Вора, изысканного джентльмена, этакого Робин Гуда, а не на грабителя с кувалдой.

Поэтому Гарри и волновался — потерять сноровку было легко, уже через четыре недели он уедет в интернат на десять месяцев, и Старик узнает, если ученик слямзит что-нибудь кроме еды. Связь Наставник — Ученик будет работать независимо от расстояния, и Гарри что-то не хотелось вызывать неудовольствие Учителя.

Старик очень подробно, с применением Омута Памяти, показывал как семейные или клановые наработки и артефакты отрывают руки самонадеянным воришкам, и его ученики прониклись, даже самые ловкие не рисковали красть что-либо, кроме галеонов и продуктов.

Исключения из закона Гэмпа работали — на еду и золото практически невозможно наложить не только трансфигурационные чары, но вообще какие-либо чары, даже зелья удавалось подливать лишь в жидкости, и потому только деньги и продукты можно было украсть, не рискуя какой-либо частью тела. Конечно, подробно разбирались чары на кошельках с галеонами и сумках с продуктами, но обычно они слабели и самоуничтожались из-за соседства с Неизменяемыми Вещами, да и волшебники, как уже убедился Гарри, были довольно забывчивыми и обновлять чары защиты не всегда вспоминали.

Но все-таки маги умудрялись в еду зелья подмешивать — если на стадии готовки в жидкую часть продукта вводить нужные ингредиенты, то на выходе можно было получить смесь зелья и шоколада, например. Такой одновременной зельеварческой кулинарией занимались единицы — трудно учесть все нюансы, и потому этот товар стоил запредельно дорого, как-никак такое мог сотворить лишь Мастер Зельеварения и Мастер Кулинарии в одном лице, и их на всю Англию был один — владелец кафе Фортескью. Даже самый молодой, и, по словам Старика, самый креативный Мастер Зельеварения сейчас был лишь Учеником Флориана Фортескью, и перейти в Подмастерья Кулинарной Магии ему светит лет через пять, у Кулинаров свои гильдейские закавыки. Так что второго, Снейпа, пока можно не опасаться, а вот мороженым Гарри перестал угощаться у коварного Флориана. Так, на всякий случай.

Гарри вновь уселся за июльский номер "Трансфигурация сегодня". Искать способы обойти законы Гэмпа довольно увлекательно, но увы, его зачем-то переселили из чулана на мансардный этаж, и уже неделю приходилось прятаться под кроватью и Дезиллюминационными чарами, чтобы почитать то, что его родственникам-магглам из-за Статута пока видеть не полагалось.

Конечно, одно из тучи писем Гарри в суматохе каминной доставки припрятал, прочел и снова припрятал, но, как сказал Старик, после его дня рождения за ним придет кто-нибудь из преподавателей Хогвартса или из Департамента Просвещения, и вот тогда можно будет не обновлять чары Сокрытия на этажерке в углу чулана.

Теперь в чулан он ходил ранним утром или поздним вечером, нарабатывая практику по Неслышному шагу, и читал под кроватью в новой спальне с помощью Люмоса из ученической палочки, а на это все требовалось время. Его и так мало, приходилось отводить на сон не менее семи часов, Старик следил, чтобы ученики высыпались и питались как следует — что-то связанное с Контрактом на обучение в Воровской Гильдии обязывало Учителя следить за здоровьем обучаемых, да и домашних дел от дражайшей тетушки не стало меньше из-за писем-пугалок, вот и приходилось извращаться в Дезиллюминационных Чарах и Неслышном шаге. Зато прокачал их на совесть хоть, эти два основных заклятия Воровской Гильдии. Да и не только Воровской, но в Охотники его не взяли — не то телосложение, мол.

К тому же рекомендаций ему бы никто не дал, это в Воровскую Гильдию они не требуются — нашел штаб-квартиру сам, молодец, можем попробовать из тебя вылепить щипача или взломщика, а к Охотникам или другим Профессионалам так не входят. Только по рекомендациям, а их ему не видать еще с год.

Старик говорил, что если Гарри раздобудет рекомендацию в легальную Профессиональную Гильдию, неважно какую, то он должен будет летом завершить у него обучение — иначе связь Ученик-Наставник не даст ему заключить новый Контракт.

* * *

Гарри не особо расстраивался по этому поводу — ну отложит он на пару лет обучение чему-нибудь крутому (крутому в понимании обывателей), да только что-то воровство его все больше привлекало, и в первую очередь тем, что никто и никогда не заподозрит в Избранном вора, конечно, если он по-глупому не попадется.

Да и то, Старик говорит, что остальные Профессионалы слишком узкоспециализированы, а им приходится и в Трансфигурацию, и в Чары, и в ЗОТИ углубляться как следует, особенно взломщикам, второй и последней ступеньки их нелегкого воровского дела. Так что нет, пока Гарри не будет себе искать рекомендателей, хотя сам Старик был и Мастером-Охотником, и Мастером-разрушителем проклятий, но больше всего любил чего-нибудь слямзить. Азарт, говорит, такой прёт, что после него то самое чувство — чувство успешно проделанной работы и удовлетворения от нее, не сравнится ни с разрушением проклятий, ни с добычей какого-нибудь нунду. Может и привирает, но пока Гарри ему верит.

То, что Старик сам не может рекомендовать своего Ученика в другие Силовые Гильдии, как-то связано с Международным Запретом. Зато Старик по окончании обучения Гарри может дать рекомендацию в Культурные Гильдии — типа Алхимическую или Рунологическую, но Гарри пока в это вникать не собирался.

Сам-то он, как перестал голодать, заметно подрос и окреп, так что кузеновы вещички того и гляди станут впору, тоже больше склонялся к воровству — у него этажерка в чулане не только книгами забита, но и запасами шоколада, хлеба, сыра и консервов, и Стазис он не забывал подновлять, как и Сокрытие.

* * *

Вспоминать, как он голодал до девяти лет, Гарри не хотел, но рука непроизвольно нырнула в карман джинсов и выудила шоколадный батончик с орехами. Для этого пришлось даже отложить журнал, украденный у раззявы в Гайд-парке, сухопарой дамочки лет пятидесяти, одетой в клетчатое летнее пальто. Дамочка, очень похожая на колдографии из картотеки Старика, на МакКошку, вряд ли ею была, потому что та никогда не улыбалась. А эта лыбилась, кидая утятам в пруду хлебушек, и вся такая на расслабоне была. Не, не похожа, подумал Гарри, и нагло спёр у клетчатой тётки сетчатую сумку с продуктами, под которыми нашел свернутый журнал.

И только дома осознал, что наверняка украл волшебный ежемесячник у МакГонагалл, потому что прямо на второй странице увидел ее портрет под статьей о превращении чего-то там во что-то там запредельно скучное и изложенное таким зубодробительным языком, про который Старик говорил, что понять его могут только фанаты Трансфигурации.

Сам Старик преподавал ему практические навыки по гриму, костюмам, превращению громоздких или тяжелых предметов в маленькие и легкие, и прочему нужному в воровском ремесле, не вдаваясь в заумь типа: "При условии биполярности направлений, первым следует применить направление-переход от...".

Старик говорил просто:

— Тыкни в середку да скажи Слово.

Он отвешивал ему щедрые подзатыльники, если Гарри вдруг находил в старом учебнике, выданном ему для изучения, нужный рисунок для Трансфигурации например ключа, и ворчал, что это бездельникам можно тратить время на эти дуги, полудуги и углы, выписываемые, пока бормочешь Связку, а им не до этого. Им надо быстро тыкнуть в вещицу, Слово сказать да валить поскорее

Гарри еле успел увести голову с линии атаки, и пущенное наглой необразованной девчонкой Окулус Репаро улетело на ползающую по оконному стеклу шоколягушку. Та возмущенно квакнула, позеленела, выпучила глаза и выбросилась из окна наружу.

Гарри, что уже потыкал пальцами за приоткрытое им окно и почувствовал явное сопротивление какой-то пружинящей преграды, немного обалдел — в книге "Отталина — ведьма, построившая Путь" чётко и внятно указывалась Невозможность ничему, кроме воздуха, проникать снаружи в поезд и наоборот; но лягушка оказалась ниспровергателем Основ. Тут было о чём подумать, а думать, как учил Старик, надо с наименьшим количеством сенсорных раздражителей.

В купе думать не получится — рыжий из Уизлей (Старик многое о них рассказывал) трындел не переставая о квиддиче, магглокровка, что даже не подумала, что нельзя тыкать палочкой в людей, какими бы благими не были намерения, выдавала тыщу слов в минуту, поэтому Гарри молча поднялся и вышел в коридор, лишь громко ответив на вопрос-утверждение Рыжего "ТыкудаГарриястобой":

— Я поссать пошел, хочешь мой член подержать? Да я и сам справлюсь...

Закрывшаяся за ним дверь отрезала пыхтение наглой девчонки, немедленно покрасневшей сильнее вспыхнувшего Рыжего, и Гарри применил Дезиллюминационное и Неслышимое заклятие.

Он прошелся по своему вагону, отметил два абсолютно пустых купе по обе стороны от покинутого им, понял, что Рыжий враль, каких поискать, и, поколебавшись, вошел в левое пустое купе.

А левое потому, что в вагонах такого типа в нечетных двойных были когда-то внутренние замки, удаленные высокомерными волшебниками — типа есть же Колопортус и другие Запиратели — ну Рекуперцио ему в помощь, и замок восстановился. Механические замки нечетных двойных купе хороши тем, что снаружи без ключа проводника его не открыть, а против Алоаморы и других Отпирающих есть распор, что заклинит подвижную часть, и Гарри вытащил из Безразмерного кармана мантии обычный гвоздь.

Старик всегда требовал, чтобы Вор вначале на макете прикинул пути отступления и проникновения, и перед поездкой в Хогвартс-экспрессе Гарри полночи шарился в музее железнодорожного транспорта, откуда и почерпнул, кроме книги создательницы Пути Лондон-Хогсмид, некоторые знания.

* * *

Так, теперь Затемнение на окно, Заглушку на дверь и стены, Горизонталь на себя — и можно в тишине и спокойствии обдумать новые вводные.

То, что Рыжего "зарядили" на знакомство с ним, таким красивым, хе-хе, было ясно с того момента, как он оценил комитет по встрече на маггловской стороне вокзала, но вроде эта неплохо для первокурсницы прокачанная ведьма была экспромтом.

Но, как говорил Старик: "Если вы параноик, это не значит, что за вами не следят", поэтому будем считать, что девчонка тоже "заряжена".

Отталина Гэмбл писала, что бывали во времена оно случаи выпадения из окон поезда беспризорной школоты, и потому усилили оконные Рамки на невозможность ничего туда-сюда внести или вынести, но ведь усилили-то уже намного позже основных зачарований вагонов.

Вот и разгадка — если Чары добавлять на Основу, то со временем они ослабевают, и любое заклятие может спровоцировать Прорыв Рамки как изнутри, так и снаружи. А что нагляшечка выкрикнула, когда направила на него кончик палочки?

Слово Окулюс на латыни это глаз, а не стекло, стекло как раз Витрум (Гарри много витрин в продуктовых магазинах порастворял, даже в зоопарке умудрился питона выпустить, да чтобы он не знал названия основных преград к еде, да, вот с питоном неловко получилось), так что это либо попытка вылечить его близорукость, либо девочка-которая-нагло-дома-колдовала-и-ей-за-это-ничего-не-было толком латынью не владеет, либо это было покушением, замаскированным под заботу.

Ну будем посмотреть дальше на ее поведение, лишь бы не оказалась липкой на руки, основание так считать есть. Где книжечка по квиддичу, что Рыжий ему совал — а книжечку не глядя сунула в свой карман девица-язык-вперед мозгов, то есть своровала, если уж попросту. Поэтому хрен с ним, Рыжим, парень он простой, дружелюбный, а вот от девчонки надо будет подальше держаться, да, кстати, чё и не подслушать беседу его "заряженных" попутчиков?

Ну вот, она вроде на Гриффиндор намылилась, судя по доносившимся теперь, после снятой Заглушки, ее воплям, что там сам Дамблдор учился.

Старик этого самого Дамблдора так явно недолюбливал, что Гарри за два года обучения Воровству принял невольно его точку зрения и директора не боготворил, как бы Хагрид ему в глаза не сверкал Очаровалкой-Внушалкой, брошкой на лацкане кротовой шубы, срабатывающей на пароль про великого человека. А помогали Гарри не очароваться-внушиться как раз расположенные в нужном порядке микротрещинки на стеклах очков, вернее, рунические такие микротрещинки, что девчонка пыталась срастить — и это как раз работает в сторону усиления паранойи.

Вывод: нам такого счастья в однофакультетниках не надо, и хорошо, что по алфавиту она пойдет в первой десятке из сорока поступающих в этом году, а он в третьей.

Жаль, что у него есть сведения только на тех, кто проживает в волшебной части Англии — имена поступающих оттуда печатают в Министерском Вестнике, причем с указанием, где учились их родители. Консерватизм волшебников проявлялся и в этом — хотя Старик считал, если долбить изо в день, какой прекрасный факультет, где мама или папа учились — подпрограмма заложится в подсознание, а именно оттуда, если нет чётко проговоренного пожелания, Распределитель по факультетам вытаскивает предпочтения абитуриентов.

Анализировали они со Стариком, анализировали, да и выанализировали, что лучше всего ему будет на Хаффлпаффе, рядом с племянницей Главы ДМП — Боунсы традиционно шли туда вот уже пятьсот лет.

Гарри обрадовался, что от первоначального Плана не придется отказываться, от радости проголодался и вытащил из Безразмерного кармана пару бутербродов, съел, трансфигурировал из обертки стаканчик, наполнил агуаментной водой и выпил.

Потом он снова наложил Заглушку, потому что в его бывшем купе начался срач на тему богатства, бедности, магглокровности и магглолюбства между Рыжим, Наглюшкой и тем малфоистым мажорчиком из магазина мадам Малкин (голос мажорчика он ни с кем спутать не мог), а он собрался Репарнуть Витрум на окне, и приклеил на стекло стаканчик — не стал ему возвращать Изначалие.

Стаканчик просочился сквозь стекло наполовину, сам Изначалился и теперь из целого на вид оконного стекла торчало по обе стороны по жирной от масла бумажке.

Гарри удовлетворенно посмотрел на дело ручек-крючек своих и решил поспать — ехать еще, судя по Темпусу, часов пять.

За сохранность своего сундука и его содержимого он не переживал — первая степень защиты была в двести двадцать вольт (Старик предпочитал русский вариант переменного тока), вторая вырубала вора уже трехстами, ну а про третью Гарри надеялся, что никто не узнает никогда. Все завязывалось на ауру самого Гарри, чтобы работали предохранители, а он не в пределах "вершка", по названию этого расстояния от Старика, или двух дюймов, как настоящий англичанин должен говорить, от своего имущества, чтобы активировать предохранители.

Вор должен уметь сохранять наворованное в обоих мирах, поэтому Гарри наравне с трансфигурацией и чарами учил физику и химию.

Старик так же подсовывал ему криминальные романы простецов, к тому же на языке оригиналов, но не мучил простецовскими способами обучения этим языкам — он обучил Гарри пяти языкам при помощи артефакта под названием Толматш... Толмадж..., короче, что-то вроде того. Тьфу на эти арабские слова... Хотя книги были интересными и оттуда Гарри взял несколько советов и способов.

* * *

Гарри проснулся при вопле из динамика — и побежал в купе отключать все защитные контуры. Он идиот, забыл что сундуки забирают домовики Хогвартса, и переступил через валяющихся в отключке Рыжего и Нагляшку, ну это их проблемы, нефиг ручки тянуть к чужому.

Гарри отключил противоворовские контуры сундука на два часа, с их автоматическим включением после истекшего времени, посмотрел на длинные зубы Нагляшки — кто-то применил заклятие Дантиссимус на ней, на покрытого слизняками Рыжего и... не стал накладывать на них Финиту, поделом ворью, не чтящему Устав Воровской Гильдии, где чётко запрещалось крысятничать.

Гарри прикрыл дверь купе, вынеся свой сундук, что он отлевитировал в левое купе, и неспешно вышел на перрон Хогсмида.

Если сойти с левой стороны, то до ворот Хогвартса будет тысяча пятьсот восемнадцать его шагов, и это намного короче трех тысяч шагов, если сходить с правой стороны перрона. Магия, веско сказал себе Гарри и пошел налево.

Около перрона стояли запряженные фестралами кареты, что уже трогались вереницей — но в музее карет Гарри узнал, что на запятках кареты много места для взрослого, и уже тем более он спокойно там разместится.

Кареты уже въезжали в ворота, когда от перрона еле слышно донесся вопль Хагрида, зовущего его, но не стал возвращаться — пересечение на лодках обязательно для вступивших впервые на территорию Хогвартса, а он её посещал раз пять за прошлое лето. Старику иногда были нужны некоторые травки, что растут только в Запретном лесу, и он брал Гарри с собой, так что вепри-охранники его ауру знали и не стали поднимать тревогу.

— Ты сама пойдешь красть шкуру бумсланга? — как и думал Гарри, Гермиона возмущенно напомнила, что она, вообще-то, мозговой центр всех факультетов, потому что профессор МакГонагалл так считает, и потому на мальчика возлагалась вся работа, а она, такая умная, должна быть вне подозрений.

На вопрос, почему бы ей не припрячь Лонгботтома, Грейнджер покраснела и невразумительно пробормотала что-то про вредных бабушек, запрещающих внукам с ней дружить — значит анонимка от Старика к леди Лонгботтом сработала, то-то на Невилле первого сентября обнаружился полный комплект защиты. Хе-хе. Хе-хе-хе. Хах-хаха!

Гарри согнулся от кашля, пытаясь замаскировать хохот, что сам рвался из груди, и осмотрелся по сторонам.

* * *

Гарри заметил, что за соседним столом сидят трое слизеринцев, и развеял Полог Тишины, что окружал их стол в библиотеке.

Он подошел к Драко Малфою и не понижая голоса, спросил:

— Малфой, хочешь полный оригинал Кудряшки Сью?

Как он и думал, блондинчик сначала покрылся красными пятнами, потом побледнел, но переборол себя и спросил почти не дрогнувшим голосом:

— А что взамен?

— Расскажи про Тайную комнату, чтобы мне ручки воровством не пачкать — при этих словах Гермиона Грейнджер возмущенно запыхтела, показывая, что ее напускное невнимание к разговорам Гарри со слизеринцами здорово преувеличено.

* * *

Слушать рассказ Драко они вышли в коридор. Вернее, их выгнали в коридор после воплей Грейнджер, что она хотела как проще сделать — и Гарри указал, как делал уже второй год "дружбы в одни ворота", что лучше спросить знающих людей, чем строить Планы.

— Ты совсем одамблдорилась, Грейнджер, все тебе Планы внутри Планов завернутых в Планы нужны. Проще надо, проще! Я зачем тебе разжевывал Пять Правил Глеба Жеглова при работе со свидетелями? В каждом деле найдется человечек — ну ты знаешь, что дальше... А то опять побежишь собирать команду для спасения Философского Камня от Снейпа — и Гарри рассказал окружившим его слизеринцам, как его собирались подписать на аврорскую работу попутавшие берега гриффиндорцы Грейнджер и Лонгботтом в конце первого курса. И как ему пришлось их вырубать и тащить к мадам Помфри — налицо были признаки обработки сознания чем-то вроде Империуса.

Гарри не собирался никому рассказывать о втором требовании к Ученикам Воров — никогда, если это не грозит его жизни или жизни окружающих в непосредственной близости, не выполнять полицейские функции и производить гражданские аресты. Старик сказал, что это дело его совести — но лучше до совершеннолетия воздерживаться от помощи компетентным органам, компетентным взрослым и другим компетентным всяким, чего и не предусмотришь.

— Что, Грейнджер, опять заимперили тебя? — ласково спросил Гарри красную от гнева Нагляшку, а та молча показала серьги-редиски, полыхавшие невинным малиновым цветом.

— А, ты просто адреналинщица — догадался Гарри и вытащил из кармана уменьшенную видеодвойку и видеокассету с фильмом, протянул Малфою и потребовал:

— Давай уже, не тяни, базарь за Тайную комнату.

— Да видеодвойка на рунных батарейках, хватит на полтора часа, а потом я тебе отдам половину Воспоминания о Терминаторе, и если еще что-нибудь в клювике притащишь, отдам оригинал. Баш на баш это, а не шантаж, благородный ты наш.

— Если соизволишь выйти, Малфой, из Дырявого Котла на маггловскую часть Лондона, то там рядом будет магазинчик с такими техномагическими штучками — не все магглорожденные могут позволить себе аренду помещений на Косой Аллее. А-аа, как включать? Просто для магов там приделали такую большущую красную кнопку — так что смело тыкай палочкой в нее, и будет тебе киношка.

— Да, я тебе в аренду даю видик, пока свой не купишь — но смотри, Малфой, через дорогу переходи аккуратно, там самобеглые повозки так и снуют. Выучи сигналы светофора, чтобы не оплошать...

— Да возьми ты книжку в отделе маггловедения, что я тебе все разжевывать буду? Ну так это за отдельную плату — экскурсии тебе и твоим друганам проводить забесплатно я не нанимался.

— Ладно, ладно, летом свожу тебя на магглов поглазеть, давай уже рассказывай про Ужасы Подземелий.

* * *

— Это ты про Плаксу Миртл?

— Лан, братва... и дама, конечно, выходит, что Тайная комната действительно есть и ее повторно открыли. Так, кто у нас пятьдесят лет назад здесь учился? Да Хагрид и учился, и его отчислили, палочку сломали.

— Ой, Грейнджер, вот не надо — он не человек. И не получеловек. Он — полувеликан.

— Да-да, сходи к своему дружку, поболтай с применением Правил Глеба — и воровать ничего не надо.

— Торжественно назначаю тебя мисс Марпл!

— Да принесу я тебе, Малфой, книги Агаты Кристи — а не боишься омагглиться?

* * *

Окаменения учеников Гарри связал с тем Голосом, что слышал только он один — трудно было бы притворяться наивным маминым пирожочкам-хаффлпаффцам, в чьей компании он три раза натыкался на перемещающегося внутри стен монстра. Мамины пирожочки (по меткому определению Старика) как болтали и смеялись по дороге из класса в класс, так и продолжали, значит, дело в повышенной Восприимчивости ученика Вора.

Восприимчивость раскачивать Гарри продолжал два раза в день — Старик, после того, как на летних каникулах вручил ему Жетон-на-галеон, начал цикл лекций и практикумов по Взлому. Первым умением была как раз Восприимчивость, и её следовало оттачивать, проникая Слухом и Взором за плотные преграды, чем Гарри с упоением и занимался.

Да, занимательные методики раскачки остроты зрения и слуха были у Воров, такие трудные, но когда наступил Прорыв в первый раз — а он наступил еще у Барьера, Гарри многое усвоил и был горд собой.

Тогда Гарри разозлился на Старика, который не поленился и устроил практикум напоследок, но потом, после тупого протаранивания кирпичной стены Барьера своим лбом, призадумался и усилил Восприимчивость.

Он Проник Взором сквозь Барьер, чуть не потерял сознание от красоты переплетенных кружев Чар, и высмотрел на них чужеродные.

Пришлось срочно Дезиллюминироваться и садиться на пол, чтобы аккуратно распутывать наложенные Стариком плетения на высоте его коленей, на время делающие барьер Изначальным — но в Трансфигурации ничто не вызывает большего восхищения, чем её практичность в стариковском стиле. Гарри нашел Точку, в которую надо Тыкнуть, и сказал Слово.

Он прошел сквозь Барьер, но поезд ушел, а он, как дурак с сундуком, остался на пустом перроне. Да и пофиг, хотя придется переться камином с дробной платформы прямиком в Кабанью голову и там ждать до вечера.

Ну да ладно, номера там хоть и крошечные, зато с Заглушками в них все в порядке. Заглушки сразу встроены в стены гостиничных комнат — Старик, что показывал ещё в первый год обучения все притоны и малины волшебного мира, ценил такие вот строения, и снимал там на постоянной основе номер с камином на третьем этаже. Платить за год восемь галеонов выгоднее, когда есть база рядом с Запретным Лесом, и есть проход из подвала притона в полузасыпанный лаз, что выводит прямиком в одну из заброшенных теплиц Хогвартса.

Вепри-охранники на обратный несанкционированный проход внимания не обращают, зато запоминают ауры проходящих, и в следующий раз уже не реагируют на вход через официальные Врата — в чем Гарри убедился еще в том году на своем опыте при поездке на запятках кареты.

Что же касается истории со Снейпом, "подслушавшим" "Пророчество" именно в Кабаньей голове — ну так что же, способы на время отключать функционал Заглушек имеются — и Старик вот так ему и подсуропил при проходе через Барьер между магловской и магической сторонами вокзала.

Гарри вытащил из сундука мантию-невидимку, вышел из кабаньеголового номера и неслышно спустился по лестнице — он теперь воровал в хогсмидских магазинах продукты, начинал еще прошлой весной, оттачивая навыки, и оттого сумел сдать летом сдать экзамен на первую ступень подмастерья-вора.

А уж как радовался Старик, узнав про артефакт, даже приперся в конце рождественских каникул первого курса, и долго снимал с мантии следилки, попутно обучая Гарри их находить. Старик специально дожидался заседания Визенгамота, чтобы гарантированно рядом не находился сильный маг — расстояние от Хогвартса до Кабаньей Головы мизерное, и он предпочел не рисковать. Из Лондона Дамблдор при всем своем могуществе не сможет почуять снятие следилок, а если и сможет, то посчитает, что это Гарри вляпался в авантюру с Зеркалом — Зеркальный Демон Иллюзий искажает всё в радиусе пяти метров, и Старик заставил Гарри включить на очках руновязь Взора.

Вот тогда он и рассказал про своего брата-близнеца, про Пророчество, про Снейпа, и обещал научить накладывать и снимать добавочные плетения на основные зачарования строений.

По словам его брата, а Старик называл того Тоша, он был в Ближнем Круге, и слышал, как Снейп, тогда ещё кандидат в Пожиратели, принес в клювике Неблагую Весть их главе. И как Глава все больше мрачнел и мрачнел, а потом вдруг сорвался, прихватив Крыса-Петтигрю, чтобы пройти сквозь Фиделиус на доме Поттеров. И как в результате Гарри стал сиротой...

Они тогда ещё долго анализировали чудеса с помрачением рассудка главы ПСов, поведение Снейпа при первом знакомстве с Гарри, завуалированное принесение тем извинений и сожалений в виде цветочной загадки, пляски вокруг демонического Зеркала, куда его так и посылали, включая даже "менталки" на портретах, и Гарри теперь перед сном развлекался, снимая очередную следилку с мантии — директор с неменьшим упорством их все подсаживал и подсаживал.

То, что Тоша не совсем из ПСов, Гарри давно догадался, и напрямую спросил у Старика про засланных казачков, но Старик только подмигнул, и не стал опровергать или подтверждать, как и про него самого — но книжку "Шпион, выйди вон" он Гарри прислал на следующий день. Теперь Гарри считал Старика и его брата агентами МИ-5, и проникся к нему еще большим уважением.

А Гарри по ночам спал — если бы он не спал, со Старика сталось бы припереться в Хогвартс и надрать ему уши... К тому же Контракт на Ученичество мешал вдувать в мозг Гарри кому-то ни было, кроме Учителя, всякие глупые идеи, и прочитать Ученика, минуя разум Учителя, очень сложно, практически невозможно. Но! Тут Старик всегда поднимал указательный палец, украшенный синей буквой К (на среднем была татуха с буквой Е, на безымянном с римской цифрой три, и на мизинце буква А), и говорил, что на каждый болт найдется хитрый винт.

Ну, если знать, что болт вообще существует — а Гарри никому по доброй воле не намеревался признаваться в Ученичестве.

* * *

Гарри, что поперся порасспрашивать Плаксу Миртл, выполняя часть уговора с Грейнджер (и как так она его на слабо подловила?) — та разговорила-таки Хагрида, вытащил по просьбе привидения из унитаза черную тетрадь, высушил обложку Импервиусом, спрятал под ремень и пошагал в теплицу номер двадцать четыре.

Почувствовать связь тетрадки и его шрама было нетрудно — боль при одном только прикосновении была такая же, как в прошлом году при близком соседстве с учителем ЗОТИ.

Тогда Старику пришлось незапланированно, ещё на первой неделе учебы срочно прямо в двадцать четвертой теплице устанавливать "мостик" между шрамом и левым локтевым нервом Гарри, перекидывая на него болевые ощущения, и закрывать локоть Теневой повязкой — на лбу-то её не поносишь, поэтому мальчик сразу вызвал Учителя, Теневая повязка уже давно рассосалась, и шрам прям горел.

* * *

— Хоркрукс?

— Was ist ein Horkrux? — уже по-немецки переспросил Гарри Старика, и тот ответил по-русски малым петровским загибом.

Обложка тетрадки от этих русских магических слов немного задымилась, и Старик сунул ее в экранированный бокс.

Слово "Хоркрукс" звучало так по-немецки, а Гарри как раз через Толмаш... Толмач же, ёлы-палы... добивал шестой иностранный язык, и старался практиковаться в нем как можно чаще — и как хорошо, что у него есть на факультете парочка немцев, брат и сестра, переведенные из Дурмштранга год назад в связи с переездом их родителей в Англию.

Старик велел сидеть и носа не высовывать из своего Хоббитона, не участвовать ни в каких Дуэльных клубах, и ваще, на, выпей эту микстуру...

— Да не бойся ты, в этом биомагическом оружии вирус ослаблен, так что считай это чем-то вроде прививки — ни хрена не успокоил мальчика Старик.

Гарри еле доплелся до кровати, на вопрос Эрни, своего соседа, чего это он такой красный, ответил чиханием и кашлем, и Эрни убежал за старостой.

Следующие три дня прошли как в тумане, лишь мелькали на периферии сознания мадам Помфри, мадам Спраут и внимательные глаза лысого какого-то мужика, причем мужик этот приходил по ночам и ковырялся в его шраме.

А потом как отрезало — утром четвертого дня во всем теле ощущалась необыкновенная легкость. Казалось, что по венам бегут пузырики радости и счастья, и мадам Помфри подтвердила, что Гарри выздоровел от магической краснухи в рекордно короткие сроки. Она его выписала, и Гарри полетел в туалетную комнату переодеваться из больничной пижамы в форму. При взгляде мельком в зеркало он заметил что-то неестественное в облике, и пришлось более пристально вглядываться в отражение — ну вроде все обычно...

ААА! У него нет шрама! — Гарри дураком не был и помчался в спальню писать через блокнот с протеевыми чарами Старику, что за лысый дед был, матерящий его шрам по-русски, что за целитель такой волшебный, что умыл своих английских коллег, лишь разводивших руками при его обследовании три года назад, когда поступал в Ученики. Старик тогда потребовал обследоваться, оплатил анонимное посещение Святого Мунго, и в заключение было написано, что есть некое следовое темное волшебство в шраме, и только.

Первого сентября Гарри осторожно потрогал Барьер — но рука спокойно провалилась, и он прошел на дробную платформу уже уверенно. В прошлый раз, как оказалось при подробном летнем анализе событий учебного года с применением Думосбора, Барьер заколдовал эльф Малфоев, некто Добби, а не Старик, и Гарри даже погордился собой — он снял эльфийское колдовство.

Домовики оставляли своеобразную подпись, которая читалась не всеми, к тому же эльфы умели подделывать колдовство волшебников, но стирать свою врожденную подпись не могли, помогало лишь переименование, но тогда эльф становился слабым, как новорожденный. И его следовало вновь проводить через энергоемкие ритуалы, а это, по нынешним временам, невозможно — демонология находится под запретом.

Эльфы могли только запрятать подпись поглубже — и Гарри получил задание выяснить все имена домовиков, что приписаны к их факультету.

Много чего хорошего от знания их истинных имен получает волшебник — их можно вызвать к себе в любую часть замка, и на каникулах даже домой позвать, правда их служение ограничено по времени. Пока ты ученик Хогвартса, можешь пользоваться его домовиками, а как выпустишься, то Печать контракта с Хогвартсом обнуляется, а домовики наводятся именно на нее.

Старик подтвердил, что это очень трудно, снять эльфийское колдовство, обычно требуется силы двух-трех магов для отмены чар домовиков, и предложил пройти проверку на размер резерва — после удаления хоркрукса графом Кощеевым из Гарри он должен вырасти, а граф постарался на совесть и почистил мальчика на прощание от кучи всякого, что прицепили ему еще в детстве. Старик эдак пошевелил пальцами, пробегаясь ими по воображаемой бороде, что Гарри передернуло — так похоже цепкие пальцы Старика изобразили знакомый жест Дамблдора.

— Ну так вот, если ты при сосущем твою магию паразите сумел Тыкнуть и Сказать Слово, то надо сейчас узнать, каков твой настоящий резерв — и скорректировать обучение соответственно размеру резерва — Старик ехидно усмехнулся, растрепал еще больше шухер на голове мальчика и аппарировал восвояси.

* * *

В купе их набилось восемь человек — хаффлпаффцы договорились встретиться во втором вагоне, третьекурсники заняли два купе, упросив Салли-Эн их "расширить". Салли-Эн Перкс никогда не противоречила духу своего факультета, и поочередно в каждом купе включила Артефакт Внепространственного расширения, ограничив время его воздействия десятью часами.

Что и привело после незапланированной остановки на мосту к скручиванию пространств этих двух купе — и теперь до Хогсмида восемь человек в каждом по очереди сажали себе на колени друг друга. Поездка удлинилась на целый час из-за остановки на мосту и обыска поезда дементорами — искали крестного Гарри, бежавшего из Азкабана Сириуса Блэка.

Но их купе, как и весь вагон, никто не обыскивал — не только у семьи Перкс есть хитрые Артефактики. Есть они и у семьи Блэк.

И Гарри мог ими пользоваться — он и воспользовался.

Дементоры даже не увидели спрятанный в Тени вагон, и шерстили поезд без второго вагона, и сопровождающие их авроры тоже не увидели, и потому у пассажиров второго при выходе наружу возник вопрос — а чего все вокруг такие перепуганные?

Но, как и всегда, вопрос у хаффлов возникнуть-то возник, да тут же и исчез — их больше интересовал ужин и массаж отсиженных увесистыми одноклассницами ног у мальчиков и отдавленных костлявыми одноклассниками коленок у девочек.

Близость к кухне, конечно, бесспорное преимущество, но телеса третьекурсниц изрядно раздобрели (будем честны — все девчонки были попросту толстыми, мальчики-то как раз вступили во взрывной гормональный возраст, и еда уходила у них в рост костей и прочего). Так что недовольными восседанием на коленях остались именно девочки — коленки-то костлявые у джентльменов, и наоборот, когда приходила очередь мальчикам посидеть на коленках девочек, те с неудовольствием понимали, что у мальчиков острые не только колени, но и кости таза. А мальчиков как раз все устраивало — пухлые попки и пухлые коленки одноклассниц были весьма и весьма приятны (из-за этого некоторые мальчики несколько раз уже ночью просыпались от полетов своей игривой фантазии).

* * *

Сириус Блэк уже два месяца как лечился в лечебнице графа Кощеева, куда его порталом отправил Старик, едва услышал, как в доме Гарри сработал Оповещатель. Он прибыл через минуту, извлек из-под розового куста на заднем дворе черного пса, и переместился на Аляску — деление Сказочной Руси и Шаманской Канадской Америки не соответствовало текущему делению Внешки.

После этого прошло несколько недель, как Гарри позволили пообщаться с окрепшим и поздоровевшим крестным по сквозному зеркалу, но в Англию анимага пока не отпускали — порывистый Блэк мог по незнанию сорвать Операцию "Ы"...

* * *

"Ыкнуть" Питера Петтигрю удалось той же ночью, как и переправить к Старику.

Утром Гермиона Грейнджер поставила синяк своим крепким кулачком Рону Уизли, защищая своего котика-живоглотика от нападок однокурсника — и после завтрака прилюдно назвала того идиотом.

— Ты идиот! Как Живоглот смог бы к вам на Хаффлпафф незаметно пробраться? У вас же единственных настоящая Защита стоит, система "свой-чужой" распространяется и на животных, идиотище!

После этого заявления известной умницы и любительницы докапываться до сути многие призадумались и поспешили задать неудобные вопросики сначала деканам своих факультетов, потом родителям, а хаффлы привычно погордились своим деканом, и опять погрузились в свое уютненькое бытие.

Рон Уизли, которому мадам Спраут подтвердила каждое слово гриффиндорки Грейнджер, принес той публичные извинения, и великодушная девушка их приняла — а Рон осознал внезапно, что Гермиона намного привлекательнее Ханны Аббот отсутствием второго подбородка.

Тот Дантиссимус от Малфоя ей сняли уже после Распределения, и Грейнджер тогда намотала вокруг рта шарф, чтобы последствиями своих неправильно произнесенных Сынит... Шынит... Хынит (которые лишь искривляли, красили в розовый и пурпурный цвета передние длинные резцы, а не уменьшали их), не пугать столпившихся в ожидании Распределения будущих однокурсников. Но Рон же видел Гермиону без шарфа, и эта картина так врезалась ему в подсознание, что добавилась к разочарованиям от распределения Грейнджер на Гриффиндор и Поттера на Хаффлпафф, и Шляпа, даже не прикоснувшись к рыжим волосам, отправила его следом за Избранным.

Рон радовался будущей дружбе с Гарри ровно до того момента, как утром староста три раза подряд отправил его перемывать шею и уши, потом сел рядом на завтраке и Жалящими заставил выучить минимум Застольного Завтракательного этикета, потом повторил это на обеде, требуя соблюдать Обеденный этикет, потом на ужине, а потом ставил ему почерк, и тут уж не игр в шахматы было Рону. И не до трепотни про квиддич — старосты Хаффлпаффа это вам не худосочные старосты остальных факультетов, физические кондиции ого-го, да и магические превышают параметры других. Просто хаффлы действительно очень дружелюбные...

* * *

Расследования по поводу исчезновения питомца Рона Уизли не было — едва мадам Спраут поняла, что крыса не фамильяр, а простой питомец, как отменила дознание. Питомцев у волшебников может быть много, и если Рон не провел привязки, то это его проблемы — нет связи, нет отката за её разрыв.

Поэтому Вопиллер Молли Уизли для Рона мадам Спраут испепелила еще на подлете к столу ее факультета и ответила исполняющей обязанности директора профессору МакГонагалл просто и незатейливо:

— Иди нахрен, госпожа временная директриса. У МОИХ учеников я не позволю портить аппетит воплями известной скандалистки— в здоровом теле здоровый дух!

— Мне хватило Вопиллера от Молли на первом курсе Рона — возмущалась теперь мадам Спраут — А всё из-за Альбуса, который не разрешал их уничтожать.

— А ты не Альбус, ты Временщица, которая не принимала Директорствование как следует, так что прав у тебя, как у меня — деканство только и есть!

— Да нет такой должности в Расписании Должностей Хогвартса, нет и не было никогда заместителей у Кастеляна Замка, ты внимательно Устав и Положения изучи, а потом затыкать меня будешь, магла с палочкой!

Этот спор две дамы вели посреди завтрака, при этом мадам Спраут нарочно не ставила Полог Тишины и снимала МакКошкин, если та спохватывалась из-за прекративших жевать учеников, и уставившихся на учительский стол во все глаза, и ставила свой. Мадам Спраут снимала Полог одним мизинцем, каждые семь секунд сгибая и разгибая его — она сорок лет вела факультатив по Пальцевому плетению садовых чар, и эта Чара была отработана у нее до автоматизма.

* * *

Дамблдор не появился в Хогвартсе ни на следующий день, ни через месяц, ни спустя весь учебный год, и Попечительскому Совету пришлось искать новую кандидатуру как можно скорее — подпись Директора была среди обязательных на выпускных Свитках (Кастелян замка заверял, что нет долгов по имуществу).

Горгулья перед входом в кабинет раз за разом отвергала кандидатуру МакГонагалл, а остальные деканы только морщились на предложения попробовать занять пост Директора — они же не идиоты менять должности, введенные Основателями, на изобретение ленивых волшебников-управляющих Замком.

Ну и что, что Кастелян тоже может пользоваться Источником Хогвартса — урезанный по сравнению с деканством функционал Источника сразу их отвращал, это Дамблдор владел Бузинной палочкой, ему что деканство, что кастелянство, всё едино — палочка давала намного больше своему владельцу.

* * *

Директор Гринграсс обстоятельно рассматривал феникса, и думал, кто у него есть из знакомых демонологов — демоническую птицу упускать не хотелось. Привязка к предыдущему владельцу была оборвана еще летом, а это значило только одно — Дамблдор мертвее мертвых.

Бежать и оповещать Глава рода менталистов, в силу Дара весьма хладнокровных и рассудительных, никого не собирался — без Дамблдора с его дурацким Общим Благом решения Визенгамот будет принимать без принуждений, мало волшебников умеют сопротивляться Бузинной палочке.

Теперь можно начинать вводить в обучение Начала Демонологии, Начала Целительства, Начала Ритуалистики и Начала Кровной магии — обозвать их как-нибудь по-другому, переписать старые учебники...

Вот у них дома есть эльф, который умеет работать с гутенберговским станком, настоящим Генсфляйшем, а не какой-то подделкой, и пусть за это лето напечает учебник по Защите от Потусторонних Сущностей, как подраздел Защиты от Темных Искусств — вот и готовы Начала Демонологии. Суть учебника не изменится, зато, пока свежи в памяти вымораживающие чувства дементоры, никто не будет голосовать против. Тем более сокращение говорящее у нового предмета — ЗоПС, кто сумеет, поймет сарказм.

А таких планов у него еще много — и Директор Гринграсс решительно написал отказ от проведения на территории Хогвартса в следующем учебном году Турнира Трех Мудрецов на присланном накануне предложении от Директора Дурмштранга. Явно видна бороденка с колокольчиками — Директор Гринграсс умеет "читать" между строк, и суть этой части Плана Кукловода он понял.

Ах, сколько же еще надо будет разрушить Планов Кукловода, порой растянутых на десятилетия, но ничего — старшая дочь уже обучена "читать" пергаменты, вот он ей и поручит Архив Кукловода.

И Гринграсс приступил к обязанностям Кастеляна, впервые за много лет запросив Аудит школы.

* * *

Гарри Поттер после третьего курса впервые летом отдыхал как положено — валял дурака с оправданным крестным, а не впахивал на ниве благополучия тетки.

Но устал от дуракаваляния уже через неделю и засел в артефакторной мастерской на Гриммо. Он ведь сдал экзамен на Взломщика и принялся изучать украденные у Горбина зловредные штуковины, потому что первый Взлом осуществил именно там.

Потом, когда разобрался, как это работает — Исчезательный Шкаф, Рука Тьмы и тому подобное, и сам наизобретал немало еще более зловредных штуковин, отчего Старик спохватился, что бросил Ученика не в те мародерские руки, и соблазнил Гарри принять Ученичество у него же, но как у Мастера-артефактора.

Гарри порой думал:

— Да уже бы оформил Старик отцовство, все равно ведь только он его и воспитывал...

— И Сириуса пусть усыновит, беспризорника и хулигана, или я сам его усыновлю, — поведение Блэка соответствовал поведению самого Гарри примерно в восьмилетнем возрасте...

Шифрограммы Патронусом (Лютный переулок — Азкабан), шифрограммы на обрывках дементорских плащей, сложенных самолетиками (Азкабан — Лютный переулок)

* * *

Кеша — Тоше

Малец худой и пуганный, но работать есть с чем. Приступаю.

* * *

Тоша — Кеше

Работай по второму варианту, Монгол дал добро.

* * *

Кеша — Тоше

Внедрился в Индюшачий Орден под личиной некоего Флетчера. Мальца принял в Ученики Вора, там проще шилопопость ограничивать.

* * *

Тоша — Кеше

Не форсируй события, ускорься к моменту поступления мальца в Школу.

* * *

Кеша — Тоше

Передай Монголу, что мальцу отдали Третий Дар.

* * *

Тоша — Кеше

Второй Дар ищи, Первый у Друга-нашего-Врага.

* * *

Кеша — Тоше

Вызывай срочно Лысого, есть для него работа.

* * *

Кеша — Тоше

События нарастают, готовь лекарню для Грима.

* * *

Тоша — Кеше

Друг-нашего-Врага нейтрализован Вторым Даром. Подброшенная деза сработала. Второй и Первый Дары у нас. Поздравляю, домой не спеши. Монгол дал Добро тебе вести Потомка до конца пятого курса.

Дополнение — я перехожу на легальную работу. Домой, домой, пора домой. Теперь пиши электрикам.

* * *

Шифрограмма врановой почтой (Лютный переулок — Горсвет)

Кеша — Тоше

Запрашиваю место в техномагическом ПТУ для мальца. Клепает артефакты интуитивно, надо бы теории додать. Лучше в Осло, я соскучился по преподаванию там. Пёсика придется брать с собой, за ним глаз да глаз нужен — приручили на свою голову.

* * *

Передача по колдорадио открытым текстом

Тоша — Кеше

Вывози мальца с собакой в Осло. Его фамилия теперь Карлсон.