Доверяй, но проверяй (гет)

Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая нежные облака в бледные розовые тона. Гарри Поттер проснулся в своей спальне, расположенной в подземельях Слизерина. Окно выходило прямо на тёмное озеро, его поверхность отражала свет, словно зеркало, из которого выплывали тайны. В тишине раннего утра он видел, как закутанные в водоросли русалки мелькают, смеются и ныряют, оживляя своим присутствием этот загадочный мир.

Вспомнив о непростой истории Салазара Слизерина и его связи с таинственной русалкой, Гарри вдруг ощутил легкое тревожное волнение. Он знал, что такие легенды могут влекти за собой не только интерес, но и опасности. И все же он решил, что это всего лишь старые сказания.

Потянувшись, он вскочил с кровати и, одевшись, вышел из спальни. Сегодня его ждал завтрак, и хотя мысли о древних артефактах волновали его, желудок напоминал о себе более настойчиво.

Гарри быстро собрал свои вещи и направился к двери, где как раз в это время сидел Драко Малфой, ожидая его.

— Ты наконец-то встал, Поттер? — сказал Драко с легкой иронией. Его волосы сверкали в утреннем свете, а ухмылка говорила о том, что он был готов к новым "приключениям". Гарри лишь вздохнул и прижал руки к карманам, стараясь не обращать внимания на пререкания своего однокурсника. Они вышли из комнаты, и Гарри постарался не задумываться о том, как сложные их отношения порой удовлетворяли Драко.

Поднимаясь по мраморной лестнице, они обменивались репликами, не касаясь серьезных тем. Как на зло, мысли о Слизерине и его тёмных делах снова всплыли в голове Гарри, пока они шли к гостиной. Тишина на мгновение окутала их, когда они вошли в зал, где царил шум и уют. Запах свежезапеченного хлеба заполнил воздух, и Гарри с волнением оглянулся.

Гарри мельком взглянул на стол, где уже сидела Гермиона. Ее волосы свободно спадали на плечи, и она с сосредоточенным видом читала что-то в своей книге. Он всегда восхищался её стремлением к знанию, но в данной ситуации его внимание привлекли её однокурсники. Они переговаривались о чем-то важном.

Когда Гарри впервые встретил Гермиону Грейнджер в купе поезда на Хогвартс, она влетела в его жизнь, словно вихрь. Словно преодолевала пространство и время, она спросила о жабе по имени Тревер. Это выбило его из колеи. Обычно его спрашивали о звёздном статусе, но не о жабах. За её яркими глазами скрывался ум и решительность. Они тогда обсуждали магические книги и приключения, и внезапно мир поезда стал меньше, оставив только их двоих. Обсуждая магию, он чувствовал, как напряжение постепенно пропадало, а интерес к Гермионе только рос.

Их отношения изменились в миг, когда перед распределением они стояли в Большом Зале под парящими свечами, а гимн Хогвартса наполнял воздух. Гермиону дразнили за внешний вид, обзывая грязнокровкой. Один из обидчиков с ехидной усмешкой заметил:

— Твоя мантия слишком огромная. Тебе её шили на целую жизнь? Если бы твои родители были настоящими магами, они бы уже давно научили тебя трансфигурировать вещи!

Смех остальных раздался, как гром среди ясного неба. Она старалась не замечать их слов, но каждое предложение словно пронзало её сердце. Внутри всё сжималось, и слёзы подступали к глазам. В этот страшный момент она искала поддержку Гарри, надеясь, что он станет её щитом, союзником. Её взгляду не хватало уверенности, и он, видя накапливающиеся слёзы, вдруг отвернулся. Не стал щитом, не стал союзником.

Несмотря на унижение, Гермиона всё ещё надеялась на дружбу с ним, веря в то, что он не оставит её в беде. Однако, когда шляпа произнесла вердикт о том, что Гарри теперь на Слизерине, её вера рухнула окончательно. Это было как удар в сердце; все мечты о крепкой дружбе развеялись. Но кто бы мог знать, что и Гарри в этот момент испытывал внутреннюю борьбу, всё ещё надеясь на связь с ней, даже оказавшись по ту сторону баррикад.

— Ты слышал? — раздался голос одного из однокурсников, когда Гарри, отмахнувшись от мимолётных воспоминаний, заметил, как Драко подходит ближе.

— У нас будет новый урок, который будет вести сам... Волан-де-Морт!

Эта новость повисла в воздухе, как гром среди ясного неба. Гарри и Драко одновременно остановились, и Гарри почувствовал, как холодок пробежал по спине. Урок, касающийся тёмных искусств, нес в себе не просто страх, но и ужас, который охватил их, словно мрак.

— Неужели это правда? — спросил Гарри, обращаясь к Драко, который выглядел заинтригованным, но и немного напуганным.

Студенты со всех концов Большого Зала начали перешёптываться, их внимание сосредоточилось на разговоре между ними. Страх переплёлся с любопытством, и атмосфера накалялась. Имя Волан-де-Морта, произносимое с трепетом и почтением, теперь стало не просто частью истории, оно обретало реальность в их учебном процессе.

Гарри снова посмотрел на Гермиону. Она сидела по другую сторону стола, её выражение лица было задумчивым, а в глазах светилась тревога. Он знал, что она всегда анализировала такие ситуации, пытаясь увидеть детали, которые другие могли бы упустить. Его сердце сжалось, понимая, что она, как и он, переживала это. Внутри Гарри зрело решение. Он хотел защитить её, оградить от этого невидимого зла, которое вновь возникало из теней. Он давно планировал поговорить с ней о своих чувствах, о том, как важно для него было её присутствие в жизни. Но теперь, когда их первый урок будет вести сам Темный Лорд, этот разговор казался ещё более необходимым.

Он встал и, преодолевая растущее волнение, направился к ней. Каждый шаг давался с трудом, но он знал, что если сейчас не сделает этого, может потерять шанс навсегда.

— Гермиона, — начал он, его голос дрожал, — мне нужно поговорить с тобой. Это важнее, чем уроки.

Она подняла глаза, и в них Гарри увидел удивление, но в то же время и дорогу к пониманию. Вместе они могли противостоять всему, что ждало за пределами дверей Большого Зала.