Фракма и месть сампира (джен)

К его изумлению, сампир неслась с невероятной скоростью: быстрее, чем мог обычный человек. Даже при его неплохой выносливости, — по крайне мере, тренер не раз подмечал это, — он никак не мог угнаться за ней. И если бы она не остановилась у дороги и не стала бы осматривать улицу, будто ища кого-то, то шанс поговорить с ней растворился бы в прохладном воздухе.

— Тебе что-то нужно? — спросила она, когда Хирами приблизился.

Её лицо было покрыто легким румянцем, а темная коса небрежно растрепалась.

— Эм…

Сначала он хотел спросить про номер наставника, но передумал: в последние время только этим и занимался. Однако, как и ожидалось, никто не собирался делиться, — как сказал до этого сампир, — личной информацией. Но, в любом случае, она не являлась его первостепенной целью. Поэтому немного поразмыслив, Хирами сделал глубокий вдох, чтобы выровнять дыхание, и ответил:

— Я хотел попросить вас провести меня в сампирский кампус “Мао́рка”.

— Ого, — девушка вытаращила глаза, смотря на него через круглые очки, — нехилая просьба. Ты серьёзно думаешь, что я тебя туда проведу? С чего бы? Людям там не место.

И это правда. Сампирские кампуса предназначались только для сампиров — что очевидно. Зайти на их территорию, окруженную высокими стенами, можно только по особому пропуску, которого у Хирами, конечно же, не было. Поэтому в этом деле он надеялся на их помощь. Без них ему никак не проникнуть в кампус.

— Мне нужно кое с кем поговорить.

— Тебе нужен Ра́уни Ха́нсен?

Хирами едва сдержал нервную улыбку. Ну да, ей уже всё известно. Не зря же сампиры пересекаются между собой, когда патрулируют парк.

— Не совсем.

— Тогда кто тебе нужен? — она поправила очки, явно заинтересовавшись. — У тебя там родственники? Хотя нет, вряд ли. Ты бы тут не стоял… Значит, ты знаешь каких-то других наставников?

Хирами покачал головой. К сожалению, он не знал, иначе попробовал бы попасть в кампус через них. К слову, наставник Рауни как раз нужен был для этого. Но связаться с ним оказалось куда сложнее, чем ожидалось.

— Мне нужен тот, кто обращает людей в сампиров, — ответил он.

Наступило молчание. Девушка посмотрела на него так, будто он совершил какую-то глупость.

— Ты думаешь нас кто-то “обращает”?

Хирами растерялся.

— Эм-м… ну да. А что, это не так? Сампиры ведь такими не рождаются. Мне говорили, что в кампусе есть человек, который занимается подобным. Он часто выезжает и помогает людям…

— А-а, ты про то, что сампиры дают второй шанс, когда кто-то находится при смерти?

— Да.

— Получается, ты хочешь “обратиться” таким образом… — она задумчиво коснулась подбородка. — Ты… чем-то болен?

— Эм, нет?

Она снова посмотрела на него как на идиота.

— Тогда зачем тебе становится сампиром? Отомстить что ли хочешь?

Хирами удивлённо приоткрыл рот.

— Отомс…? Что?

— И чем вы тут заняты?

Хирами вздрогнул, услышав мужской голос возле уха.

Рядом возник уже знакомый ему сампир — тот самый, который ранее кормил белку. Теперь его кудрявые темно-русые волосы были прилизаны, а с лица медленно стекали капли воды: они падали на синюю водолазку и оставляли на ней мокрые пятна. Умывшись, сампир, казалось, стал в два раза счастливее.

Девушка расставила руки по бокам и с упреком спросила его:

— Где ты был?

— А что, искала меня, Розана? Соскучилась?

Она закатила глаза:

— Дашь подзатыльник Фабию?

Сампир усмехнулся.

— Лучше предоставь это наставнику, — он перевёл взгляд на Хирами и прищурился, — Вижу, он и к тебе пристал, да? Мне разобраться с ним?

Хирами напрягся. Появление этого парня не предвещало ничего хорошего.

Розана покачала головой:

— Нет, не нужно.

— Ты же не дала ему номер?

— Пока нет.

Брови сампира поползли вверх.

— Пока нет?

Услышав её слова, Хирами задержал дыхание, боясь спугнуть возникший в воздухе шанс. Они, конечно, не говорили про номер наставника, но не значит ли, что она заинтересована в том, чтобы провести его в кампус? Он нервно сглотнул.

— И с чего ты решила ему помочь? — удивлённо спросил сампир. — Обычно ты очень верна правилам.

— Нил… если человек чего-то хочет, он этого добьётся. Рано или поздно.

Нил нахмурился.

— Добьётся? О чём ты?

— Он один из тех, кто хочет отомстить.

Услышав это, Нил резко повернулся, отчего Хирами сделал пару шагов назад: лицо сампира исказилось от злости.

— Ты прикалываешься, что ли?! Тебе, правда, жить надоело?

— ….

Реакция парня и их поспешный вывод насчет его мотивации, мягко говоря, привели в ступор. С чего девушка так решила? Из-за раннего вопроса? Но он ведь не успел ничего ответить! Да и парень… Почему он злился? Понятное дело, что жизнь горожан на первом месте, но это касалось лишь случаев, когда появлялась фракма. Сейчас же в беспокойстве не было смысла.

— Послушай, — Нил сделал шаг в его сторону и замер. Голубые глаза пронзили насквозь. — Тебе, правда, это не нужно. Ради такой цели не стоит становиться сампиром.

— С чего вы взяли, что я хочу отомстить?! — удивлённо выпалил Хирами. — Да и кому? Сампирам, что ли?

Они переглянулись, и Нил, прищурившись, будто сомневаясь, спросил:

— То есть ты не хочешь отомстить фракмам?

Хирами притих. Сердце гулко застучало в груди, вызывая тяжесть. Отомстить фракмам?

— …н-нет, не думаю, — неуверенно ответил он, — даже если я стану сампиром, я всё равно не смогу убить всех фракм. Это невозможно.

— Всех?! — всполошилась Розана. — Серьёзно? Как тебе это вообще пришло в голову? Фракмы — часть нашей жизни. Сколько бы мы их ни ловили, нам никогда от них не избав…

— Ты прав, — перебил её Нил. Он скрестил руки на груди и, когда мимо них проходила компания шумных подростков, наклонился, понизив голос, — Это невозможно. Но, знаешь, это не помешало бы тебе отрываться на них, когда узнал бы как можно с ними справиться. Многие именно этого и хотят. А знаешь почему?

Слыша громкие разговоры и смех прошедших мимо ребят, Хирами не отводил от сампира взгляда.

— Догадываюсь, — ответил он.

— Потому что, — Нил приблизился на ещё один шаг, отчего Хирами пришлось приподнять подбородок, чтобы посмотреть сампиру в глаза, — они не думают о последствиях, о возможных рисках. Им становится всё равно на то, что с ними будет, из-за чего во время заданий они подвергают не только себя опасности, но и окружающих. Лично я встречал таких не раз. Да чего уж говорить, — Парень расцепил руки и указал на себя, — я и сам был таким! Поэтому, прошу, брось ты эту идею. Она ни к чему хорошему не приведёт.

— Но я не собираюсь так себя вести, — сказал Хирами, уже более уверенно, — Я не хочу мстить, понимаете? С чего вы вообще так решили?

— Из-за твоего поведения, — ответила Розана, — ты, так же как и они, бегаешь, что-то спрашиваешь, пристаёшь к нам…

Получается, почти все сампиры в парке думали о нём так? Именно поэтому они были против? Не хотели помогать тому, кто потом доставит им много проблем?

— ….

— Но если у тебя всё в порядке, — продолжила девушка, — и ты просто хочешь стать сампиром из чистого любопытства или из-за детской мечты, то тогда почему ты не пошёл на сампирское соревнование? Смог бы, как ты говоришь, “обратиться” более легальным путём.

Она говорила про соревнование, которое сампиры проводили три раза в год, чтобы постоянно пополнять свои ряды. Вот только сколько бы раз он не подавал заявку…

— Я пробовал, но меня не взяли.

— Не взяли? — Розана нахмурилась.

— И хорошо, что не взяли, — недовольно буркнул Нил, отчего получил от Хирами сердитый взгляд. — И не смотри на меня так. Быть сампиром — не развлечение. Эта работа. И она опасная. Поэтому ни получение признания, ни желание обладать сверхспособностью и уж тем более ни детская мечта не стоит того, чтобы умереть.

— Но вы ведь стали сампирами, — возмущенно подметил Хирами. — Кто-то, как и вы, стал из-за мести, кто-то из-за болезни, а кто-то через соревнование, но они же стали. Тогда почему мне нельзя? Потому что опасно? Хотите защитить меня? Это, конечно, приятно, спасибо, но я не нуждаюсь в этом. Я знаю на что иду. У меня папа был сампиром, и я видел, каким он возвращался домой…

…потрёпанным, раненым и с широкой улыбкой, будто ничего страшного не происходило. Хирами же, видя его таким, потряхивало от ужаса. И в один из таких дней он спросил: “А почему папа вообще этим занимается?” На что мама ответила:

— Потому что кроме сампиров никому не под силу справиться с фракмой. Без них люди исчезнут, а мир станет пустым.

— Они настолько важны?

Мама, рисуя на холсте, замерла и задумалась.

— Да. Конечно, — ответила она. — Никакое изобретение или оружие не способно оставить на фракмах даже царапину. Обычные люди в этом бессильны. Поэтому будь, пожалуйста, осторожен. И соблюдай правила.

Хирами вытолкнуло из воспоминания внезапная тишина: сампиры молча и с сочувствием на него смотрели.

— Значит, ты хочешь быть как отец, — тихо произнес Нил, — Это, конечно, не редкость, но если бы ты хоть раз увидел фракму, увидел бы на что она способна, то сразу бы понял, что тебе это не нужно.

Хирами не сдвинулся с места. Листья обеспокоено шелестели от порывов морского ветра. Воздух пах солью.

— Вот только я, наоборот, понял, что это именно то, что мне нужно, — ответил он и его голос дрогнул.

— То есть ты её…? — начала было Розана, но замолкла.

Хирами сжал губы и посмотрел в сторону парка. Там, невзирая на темные тучи, местные продолжали отдыхать: кто-то играл в настольные игры, кто-то обедал, а кто-то просто гулял или сидел на скамейках, разговаривая между собой. Хирами завидовал их спокойствию, завидовал, что каждый из них может прожить всю жизнь и ни разу не встретить фракму.

Раньше он верил, что и сам числится среди этих счастливчиков. А всё потому, что родители не раз упоминали в своих разговорах, что сейчас наступило время “спокойствия и безопасности”. Они говорили, что раньше было куда хуже, чем сейчас; говорили, что сампиры с каждым годом всё лучше и лучше справлялись со своими обязанностями. Поэтому фракм, разгуливающих по городу, стало намного меньше — сампиры ловили их почти сразу же, как только те появлялись. Благо, отрегулированный надзор в этом хорошо помогал.

Но, даже несмотря на это, о простых правилах, которые передавались из поколения в поколение, никто не забывал.

— Во-первых, — говорила мама, — если ты увидишь фракму, то сразу беги и прячься. Во-вторых, помни, бороться с ней бессмысленно. И, в-третьих, терпеливо жди, когда сампиры придут на помощь. Жди их, — повторяла она. — Они помогут.

Вот только на острове сампиров не оказалось.

И когда фракма выскочила из носа ржавого корабля и напала на Невия, на шестилетнего брата, то все знания о том, что нужно делать, когда встретишь её, сразу же испарились: исчезли, будто их никогда и не было. Стало пусто, страшно, одиноко. Вокруг ни одного сампира, а папа — далеко. Ждать помощи не от кого. Поэтому всё, что оставалось — это самому отобрать брата.

Отобрать его у фракмы.

И он пытался; использовал всё, что попадалась под руку: камни, палки, ржавую железку от разрушенного корабля, но ничто не вредило ей. Все попытки спасти Невия были напрасными, бесполезными. Фракма, в конечном итоге, с издевательским поведением, громко хохоча, разорвала младшего брата на части, разбрызгивая внутренности по скользким мокрым камням.

А потом…

Воспоминания заполнили голову и перекрыли дыхание. Перед глазами всё потемнело. Хирами несколько раз моргнул, чтобы сфокусироваться, но это не помогло. Он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, стараясь не поддаваться возникшему внутри страху.

Всё хорошо, сказал он себе. Этого не повторится.

Посмотрев на свои руки, сжатые в кулак, Хирами с трудом их разжал. На ладонях остались следы от ногтей. Он поднял голову.

— Только сампиры знают, как истреблять фракм, — сказал он, с вызовом смотря на Нила. — Только им это по силам. И я хочу узнать, как именно они это делают — как именно ловят их, а потом истребляют, — он перевёл взгляд от Нила к Розане и обратно. — Меня не интересует месть. Я не одержим ею, как вы думаете. Поэтому вам не о чем волноваться. Я не создам проблем. Я просто хочу тоже обладать такой же сверхспособностью, как и вы. Хочу помогать вам избавляться от фракм. Разве это плохо? Ведь то, что они делают… То, как издеваются и мучают нас. Так не должно быть. Это неправильно.

— Издеваются? — Розана нахмурилась.

Хирами вопросительно на неё посмотрел.

— Это, конечно, похвально, что у тебя такой боевой настрой, — сказал Нил, — но, боюсь, ты разочаруешься.

Разочаруется?

Руки потянулись к кулону, свисающего с шеи, который когда-то принадлежал Невию. Если бы не его самовольность, то брат и папа всё ещё были бы живы. Теперь же он расплачивается тем, что единственные близкие для него люди — мама и Савина (младшая сестра) — его ненавидят. Но несмотря на такое отношение, он все равно не хотел бы, чтобы они пострадали.

Хирами сжал кулон в кулаке.

— Даже если и так, я не против.

Ведь главное — он станет полезным. Он будет избавляться от одной фракмы за другой по мере возможности и не допустит, чтобы то, что произошло на острове повторилось вновь. Эта беспомощность, эта пустота внутри и вина в течении нескольких месяцев, пока он пытался приблизиться к сампирскому миру, до сих пор не давала ему покоя. Хотелось убить всех фракм до единого, при этом прекрасно понимая, что такое, по сути, невозможно.

Разве существует способ уничтожить под корень тех, кто появляется на постоянной основе?

— Я поговорю с наставником.

Голос девушки поразил, как молния. Хирами уставился на неё, не веря своим ушам.

— Розана, — Нил схватил её за локоть и подтянул к себе. — Ты что творишь? С ума сошла?

— А что? — она отдернула руку. — Пусть попробует.

— Пусть попробует?! Ты серьёзно?! Думаешь, я просто так его отговаривал? Он же… А что, если…?

— Вот и узнаем.

— Розана… — Нил разочарованно наклонил голову набок, — не будь такой.

Она проигнорировала его и протянула Хирами свой тэвокс.

— Вот, напиши мне свой номер.

Хирами взял его дрожащими руками. Что? Это происходит реально? Это не сон? Ему наконец-то кто-то решил помочь?

— Единственное, хочу сказать, — добавила она, — не надейся на большее. Я лишь расскажу наставнику о тебе, а вот согласится ли он на это или нет — это будет от него зависеть.

— Да-да, понимаю.

Хлоп! Из центра парка ввысь взлетел сигнальный красный огонь, который означал лишь одно: в той стороне, прямо сейчас, появилась…

— Фракма, — прошептал Хирами, ощущая, как по спине прошелся холодок.