Эхо прошлого (гет)

Гостиница «Ле Папильон» располагалась в тихом переулке, вдали от шумных магистралей. Вывеска с выцветшими буквами покачивалась на ветру, а окна первого этажа украшали цветочные ящики с геранью.

— Выглядит… уютно, — неуверенно произнесла Маринетт, разглядывая обшарпанный фасад.

— Главное, чтобы была свободная комната, — ответил Адриан, толкая тяжёлую деревянную дверь.

Внутри царил полумрак, пропитанный запахом старого дерева и кофе. За стойкой регистрации сидела пожилая женщина с очками на кончике носа. Она подняла взгляд на вошедших, и её лицо озарилось доброжелательной улыбкой.

— Добро пожаловать! Чем могу помочь?

— Нам нужна комната на пару ночей, — сказал Адриан, стараясь говорить уверенно. — Желательно с двумя кроватями.

Женщина кивнула, доставая потрёпанную книгу регистрации.

— Конечно. У нас как раз освободилась комната 307 — солнечная сторона, вид на сад. Цена — 85 франков за ночь.

Маринетт незаметно покосилась на Адриана. Сумма казалась внушительной, но у них не было выбора.

— Берём, — кивнул он, доставая из кармана горсть монет (чудом уцелевшую после перемещения).

Пока хозяйка оформляла документы, Маринетт разглядывала интерьер. На стенах висели старинные гравюры с видами Парижа, у камина стояли кресла с потёртой обивкой, а на столике у окна лежала стопка пожелтевших газет.

— Вот ваши ключи, — женщина протянула им латунный брелок с номером. — Завтрак с 7 до 9 утра. Если понадобится что‑то ещё — звоните в колокольчик у стойки.

Поднимаясь по скрипучей лестнице, Маринетт тихо сказала:

— Надеюсь, она не спросит, откуда мы. Наши документы… они из будущего.

— Пока держимся легенды, — отозвался Адриан. — Мы студенты из Лиона, приехали на экскурсию.

Комната 307 оказалась небольшой, но уютной. Две односпальные кровати с кружевными покрывалами, старинный комод, письменный стол у окна. Из окна открывался вид на внутренний сад с фонтаном и клумбами.

— Не дворец, но жить можно, — усмехнулся Адриан, бросая сумку на кровать.

— Главное — крыша над головой, — согласилась Маринетт. — Теперь нужно понять, как вернуться.

Они решили начать с газет. В холле гостиницы Маринетт взяла свежий выпуск «Le Parisien» и быстро пробежала глазами заголовки: «Президент Жискар д’Эстен выступает за реформы образования»; «Рост цен на бензин беспокоит автомобилистов»; «В Лувре открылась выставка древнеегипетских артефактов».

— Дата! — воскликнула она, показывая Адриану нижнюю часть первой страницы. — 12 октября 1979 года.

— Значит, мы в самом начале 80‑х, — задумчиво произнёс Адриан. — Интересно, какие события этого года могли повлиять на будущее?

— Нужно найти библиотеку, — предложила Маринетт. — Может, там есть книги по истории или магии. Мастер Фу упоминал, что камни чудес связаны с древними артефактами. Вдруг найдём подсказку?

В городской библиотеке они провели несколько часов, перелистывая пыльные тома. Маринетт изучала разделы о парижской мифологии, Адриан — об аномальных явлениях.

— Нашёл! — вдруг прошептал он, указывая на страницу в старой книге. — «Хроники временных разломов: свидетельства очевидцев и гипотезы учёных». Здесь говорится о случаях спонтанных перемещений во времени, вызванных… — он запнулся, пытаясь разобрать мелкий шрифт, — …столкновением магических полей.

— Магических полей? — Маринетт наклонилась ближе. — Как талисманов?

— Возможно. Смотри: «Чаще всего аномалии возникают в местах силы — древних святилищах, местах сражений или концентрации энергии».

— А Париж полон таких мест! — воскликнула Маринетт. — Нотр‑Дам, Лувр, катакомбы…

— Но как определить, где именно произошёл разлом? — задумался Адриан.

— Может, вернуться на ту крышу? — предложила девушка. — Там всё началось.

Вернувшись к школе, они обнаружили, что двор пуст — уроки давно закончились. Только ветер гонял опавшие листья по асфальту.

— Здесь ничего не изменилось, — сказала Маринетт, оглядываясь. — Но тогда… откуда взялась аномалия?

Адриан подошёл к месту, где они впервые увидели серебристые нити. Присел на корточки, проводя рукой по брусчатке.

— Смотри, — он указал на едва заметную трещину в камне. — Она светится.

Маринетт пригляделась: тонкая линия действительно излучала тусклый серебристый свет.

— Это след разлома, — прошептала она. — Но он почти исчез.

— Значит, окно во времени закрывается, — заключил Адриан. — Нам нужно успеть вернуться, пока оно совсем не затянулось.

— Но как? — в голосе Маринетт прозвучала тревога. — В книге сказано, что разломы непредсказуемы.

— Есть идея, — Адриан достал из кармана йо‑йо (он чудом сохранился после перемещения). — Талисманы связаны с магией времени. Может, если мы активируем их здесь, это откроет путь обратно?

— Рискованно, — нахмурилась Маринетт. — А если мы только усугубим ситуацию?

— У нас нет других вариантов. — Он сжал йо‑йо в ладони. — Готова?

Они взялись за руки, сосредоточились. Маринетт прошептала:

— Тикки, давай!

— Плагг, когти!

Но вместо привычного превращения они почувствовали лишь лёгкое покалывание в пальцах. Магия не сработала.

— Что случилось? — растерянно спросила Маринетт.

— Похоже, в этом времени талисманы бессильны, — мрачно ответил Адриан. — Или мы слишком далеко от разлома.

Решив не сдаваться, они отправились на поиски Сабин и Тома. По пути Маринетт не могла оторвать взгляда от витрин магазинов: платья в стиле диско, широкие брюки, яркие аксессуары — всё это казалось одновременно чуждыми и завораживающими.

— Представь, мама носила такие же вещи, — улыбнулась она, указывая на манекен в клетчатой юбке.

— А мой отец, наверное, покупал книги в том магазине, — Адриан кивнул на вывеску «Librairie Ancienne». — Интересно, о чём он мечтал тогда?

Они нашли Сабин и Тома в парке у Сены. Юноша сидел на скамейке, что‑то записывая в блокнот, а девушка плела венок из осенних листьев.

— Они такие… настоящие, — тихо сказала Маринетт. — Не как в семейных альбомах.

— Да, — согласился Адриан. — Без масок, без груза будущего.

Не решаясь подойти, они наблюдали издалека. Сабин вдруг подняла голову, словно почувствовав их взгляд. На мгновение Маринетт испугалась, что их заметили, но девушка лишь улыбнулась Тому и продолжила своё занятие.

— Знаешь, что меня поражает? — вдруг произнёс Адриан. — Они даже не подозревают, что станут родителями героев. Что их дети будут спасать Париж.

— И что их жизнь изменится навсегда, — добавила Маринетт. — Интересно, хотели бы они знать будущее?

— Наверное, нет, — покачал головой Адриан. — Знание может лишить их смелости делать выбор.

Тем временем Габриэль, отец Адриана, находился в другом конце города. Он стоял перед дверью квартиры Эмили — девушки, которой недавно подарил стихи. Его рука дрожала, когда он поднимал её, чтобы постучать.

— Я не могу, — прошептал он, опуская кулак. — Что, если она посмеётся?

Но тут дверь открылась сама. Эмили, в домашнем халате и с книгой в руках, удивлённо посмотрела на него.

— Габриэль? Что ты…

— Прости, я… — он запнулся, чувствуя, как краснеет. — Я принёс тебе кое‑что.

Он протянул ей тонкий конверт. Эмили взяла его, улыбнулась и пригласила войти.

За чашкой чая они говорили о поэзии, о мечтах, о будущем. Габриэль, обычно сдержанный, вдруг раскрылся: рассказал о своём увлечении дизайном, о желании создавать одежду, которая будет менять мир.

— Ты думаешь, это глупо? — спросил он, заметив её задумчивый взгляд.

— Нет, — искренне ответила Эмили. — Это потрясающе. Ты видишь красоту там, где другие её не замечают.

Эти слова зажгли в нём искру уверенности. Впервые за долгое время Габриэль почувствовал, что его мечты имеют право на жизнь.

Маринетт и Адриан, оказавшись в Париже 1979 года, сняли комнату в гостинице «Ле Папильон», изучили газеты и книги в библиотеке, попытались активировать талисманы у места аномалии — но безуспешно. Наблюдая за юными родителями, они всё больше осознавали, как мало знают о прошлом своих близких.

Вернувшись в гостиницу, Маринетт и Адриан ощутили тяжесть неумолимо надвигающейся реальности. Время шло, а они так и не приблизились к разгадке способа вернуться в своё время.

— Может, мы что‑то упустили? — Маринетт нервно ходила по комнате, заложив руки за спину. — В книге говорилось о «столкновении магических полей». Что, если разлом откроется снова в том же месте и в то же время?

— То есть нам нужно ждать следующего дня? — Адриан откинулся на спинку стула, задумчиво постукивая пальцами по столу. — Но что, если аномалия была единичной?

— Тогда мы застрянем здесь навсегда, — тихо произнесла Маринетт, и в её голосе прозвучала неподдельная тревога.

Адриан поднялся, подошёл к окну и посмотрел на сад внизу. Фонтан тихо журчал, капли воды сверкали в последних лучах заката.

— Мы не застрянем, — твёрдо сказал он. — Должен быть способ. Давай ещё раз пройдёмся по фактам:

1. Аномалия возникла после битвы с акуманизированным злодеем.

2. Она проявилась в виде серебристых нитей.

3. Мы переместились мгновенно.

4. Талисманы здесь не работают.

— Значит, ключ — в обстоятельствах появления аномалии, — подхватила Маринетт. — Может, нам нужно воссоздать ту ситуацию? Найти похожего акуманизированного и сразиться с ним там же?

— Рискованно, — нахмурился Адриан. — Мы уже видели, что происходит, когда вмешиваешься в прошлое. К тому же, у нас нет сил Леди Баг и Супер‑Кота.

— Но есть мозги и смекалка, — улыбнулась Маринетт. — Помнишь, как мы победили того монстра без талисманов?

На следующее утро они отправились в библиотеку пораньше. Маринетт взяла книги по истории Парижа, Адриан — труды по аномальным явлениям.

— Смотри! — вдруг воскликнула Маринетт, указывая на страницу в старинном манускрипте. — «В местах древних ритуалов время течёт иначе. Там, где проливалась кровь героев, границы миров истончаются».

— Древние ритуалы… — Адриан задумался. — А что, если та крыша — одно из таких мест?

— Вряд ли, — покачала головой Маринетт. — Обычная городская крыша. Но… — она быстро перелистала страницы. — Вот! «Париж построен на костях древних сражений. Под улицами — катакомбы, где покоятся тысячи. Это создаёт особые энергетические узлы».

— Катакомбы! — Адриан хлопнул ладонью по столу. — Конечно! Мы там были однажды с отцом. Он говорил, что это место силы.

— А ещё там полно магии, — добавила Маринетт. — Если разлом связан с магическими полями, катакомбы — идеальное место для аномалии.

Они решили отправиться туда сразу после обеда. Путь до входа в катакомбы занял около часа. Когда они спустились по старым ступеням, их окутала прохлада и тишина.

— Здесь даже воздух другой, — прошептала Маринетт, оглядываясь по сторонам. Стены туннеля были сложены из костей, аккуратно уложенных рядами.

— Это место… древнее, — Адриан провёл рукой по стене. — Чувствуешь?

— Да, — Маринетт кивнула. — Что‑то витает в воздухе. Как будто… ожидание.

Они шли по извилистым коридорам, ориентируясь по карте, которую нашли в библиотеке. Вдруг Адриан остановился.

— Слушай.

Из глубины туннеля доносился слабый гул. Он нарастал, становясь всё более ощутимым.

— Это оно! — Маринетт схватила его за руку. — Разлом!

Гул превратился в вибрацию, от которой дрожали стены. В воздухе появились серебристые искры, собираясь в клубок света.

— Он открывается! — Адриан сделал шаг вперёд, но Маринетт схватила его за рукав.

— Подожди! Что, если это ловушка?

— У нас нет выбора. Если не попробуем сейчас, можем упустить шанс.

Они подошли ближе. Разлом пульсировал, словно живое существо, втягивая в себя воздух.

— Как думаешь, куда он ведёт? — спросила Маринетт, глядя в мерцающую бездну.

— Надеюсь, домой, — ответил Адриан. — Готова?

— Да.

Они взялись за руки и шагнули в разлом.

Вспышка. Гул. И тишина.

Когда Маринетт открыла глаза, она лежала на знакомой крыше. Рядом сидел Адриан, оглядываясь по сторонам.

— Мы вернулись, — выдохнула она.

— Да, — он улыбнулся. — И, кажется, вовремя.

Внизу, на улице, раздавались крики. В небе мелькнула тень акуманизированного злодея.

— Ну вот, — Маринетт вскочила на ноги. — Снова работа.

— Тикки, давай!

— Плагг, когти!

Талисманы сработали мгновенно. Леди Баг и Супер‑Кот взмыли в воздух, готовые к новой битве.

После победы над злодеем они снова встретились на крыше.

— Знаешь, — сказала Маринетт, убирая йо‑йо, — я многое поняла там, в прошлом.

— Что именно? — Адриан присел на край парапета.

— Наши родители — они тоже герои. Не потому, что спасали Париж, а потому, что были смелыми в своей обычной жизни. Сабин не побоялась бороться за животных, Том — следовать мечте, Габриэль — признаться в чувствах.

— И это сделало нас такими, какие мы есть, — добавил Адриан. — Их смелость передалась нам.

— А ещё я поняла, — Маринетт улыбнулась, — что магия — не только в талисманах. Она в людях, в их поступках, в вере в себя.

— Звучит как философия Мастера Фу, — усмехнулся Адриан.

— Может быть, — она рассмеялась. — Но теперь я точно знаю: даже если талисманы исчезнут, мы всё равно будем бороться. Потому что это в нас.

Они помолчали, глядя на закат над Парижем. Город жил своей жизнью, не подозревая, какие тайны хранят его улицы — и какие приключения только что завершились на одной из крыш.

— Пойдём? — Маринетт протянула руку. — У меня сегодня ещё куча эскизов для коллекции.

— Конечно, — Адриан взял её за руку. — И… спасибо, что была рядом. В прошлом и сейчас.

Она улыбнулась.

— Всегда.

Они спустились с крыши, оставив позади загадки времени и тени минувшего, готовые к новым вызовам — вместе.