Обеспокоенные родители (гет)

Гарри отрыл глаза. Протёр их и надел очки.

Гостевая комната Грейнджеров, где ему была выделена кровать, ничем не отличалась от всех остальных комнат, виденных им в жизни. Само собой, отличия здесь были, но юноша в них не вглядывался, да и, что уж греха таить, не искал. Зачем? Люди живут в замечательном уютном доме, который обязательно будет нести в себе отпечаток их личности, что же в этом такого?

Вот только что это за люди, Гарри понять не смог: они провели весь вечер в молчании и то и дело о чём-то перешёптывались между собой, бросая в его сторону оценивающие взгляды. Он решил, что таким образом они оценивают жениха своей дочери, и надеялся произвести на них хорошое впечатление. Но всё же хотелось бы знать, что творится в их разуме.

Об этом он думал, пока умывался. А потом — возвращаясь в ещё полусонном состоянии в комнату. Дом дышал тишиной. Поттеру казалось, что дом спит.

— Ты уже встал? — раздался голос Гермионы.

Гарри обернулся. Подруга стояла в дверях кухни в светло-зелёном переднике и широко улыбалась, не переставая помешивать что-то в небольшой миске. Парень подошёл ближе и поцеловал её в щёку.

— Не целый же день мне отлёживаться, верно? — усмехнулся Гарри. — Помощь не нужна?

— Только если расставить посуду на столе, — девушка широко улыбнулась и отошла в сторону, пропуская любимого на кухню.

Помимо неё самой на кухне находилась лишь её мать. Она была, казалось, всецело увлечена готовкой, но, повернув голову, поприветствовала юношу и вступила с ним в разговор.

На взгляд Гарри, ей было под сорок лет. Во многом своей внешностью Эмма походила на дочь, за исключением ещё более длинных волос, завивавшихся в кудри, нескольких морщинок на лице и смугловатой кожи. Правда, оделась сегодня она очень странно: в облегающую ослепительно-белую блузку и едва достававшую до колен чёрную юбку, столь тесную, что было заметно, как женщине трудно ходить.

Помотав головой, парень поспешил подруге на помощь. В конце концов, что ему за дело до чужой манеры одеваться?

Занятые приготовлением завтрака, они не услышали приближающихся шагов и не сразу заметили, как в дверях появился мистер Грейнджер.

— Гермиона, — произнёс он, окинув взглядом жену. — Помоги мне передвинуть стол в кабинете. Нужно достать кое-что, а он мешает.

Девушка посмотрела на отца, явно удивлённая такой просьбой, но проследовала за ним.

— Гарри, а на каком курсе ты... оценил мою дочь? — спросила Эмма, оставив посуду в покое.

— Я всегда её ценил, — Поттер повернул голову к собеседнице и посмотрел ей в лицо. — Красавицу в ней заметил на четвёртом курсе, а окончательно влюбился на седьмом.

— Окончательно? Значит, чувства пробудились раньше? — женщина подошла ближе. Её голос стал совсем тихим. — А когда? И что тебя привлекло в Гермионе?

Гарри застыл, не зная, что ответить. Не рассказывать ведь, как они ходили по лесам в поисках крестражей и стали намного ближе, чем в предшествовавшие годы?

— А в её внешности что тебя привлекло? — не унималась Эмма. — Мы с ней очень похожи, можешь показать на мне.

Юноша воззрился на будущую тёщу, не понимая, что конкретно ей нужно. Как и зачем ей что-то показывать, если в любимой его привлёк сильный и волевой характер?

Из этой ситуации его спасли раздавшиеся шаги и голос Гермионы, объяснявшей отцу что-то из законов волшебства. Миссис Грейнджер отошла от него, и Гарри вздохнул с облегчением.