Ребекка (джен)

Кевин сидел на голом полу и думал. Зачем родители решили переехать сюда? Ему, лично, неплохо было и в их маленьком коттедже в деревушке. Но, оказывается, им нужно быть ближе к какому-то «Большому свету», потому что дело их семьи пошло на лад. Лучше бы это дело сгнило с концами!

Кевин бессильно ударил своей ручкой об холодный камень кирпича и тут же пожалел об этом. Горячие слёзы детского гнева и негодования упали на сырой пол.

Что он мог сделать! Чем дальше развивалось это проклятое «дело», тем меньше времени родители могли уделять ему и тем больше времени он проводил в полном одиночестве среди множества своих игрушек. Книги он не любил. Право, какая скука — сидеть и читать кем-то придуманные сухие буквы! Самым большим наслаждением были игры с отцом и матерью — когда он был совсем крохой, они проводили часы за созданием какой-нибудь модельки или солдатика, играли в роще, а теперь? Зачем ему игрушки, даже самые дорогие и интересные? С его мнением никто не будет считаться, ему всего лишь семь лет и он, как нередко любил посмеяться отец, «почти четыре фута ростом». Это было обидно. Никакие не четыре, всего три с половинкой и ещё чуть-чуть. И вообще, он ещё подрастёт и будет четыре. Тогда и посмотрим, как папа посмеётся! Вот даже сейчас родителям, конечно, не было до него никакого дела, они оставили его совсем одного. Несправедливо!

В таком духе он мог размышлять ещё достаточно долго, но так как не ел ни крошки с самого утра, решил заглянуть на кухню — вдруг родители уже достали что-нибудь.

Как только Кевин переступил порог своей комнатушки, ему в нос ударил горячий и ароматный запах супа. На мгновение он невероятно обрадовался — запах был просто волшебный, но сразу насторожился, ведь дома никого не было. Он тихо прокрался к кухне и исподтишка заглянул в щёлку двери. На кухне никого не было, но на плите стояла большая кастрюля, в ней сама по себе по кругу двигалась ложка, перемешивая ароматное содержимое, а из пустоты раздавалась негромкая французская песенка. Вдруг мелодия резко оборвалась, и Кевин почувствовал лёгкую прохладу по всему телу.

— О, наконец-то кто-нибудь попробует мою еду! Только прошу, садись, не пугайся!

Кевин так и обомлел. С ним впервые разговаривал воздух! От неожиданности он пошатнулся и упал, медленно пятясь по полу. В голосе послышалось разочарование:

— М-да, ещё один...Чего я ожидала!

Всё ещё ошарашенный, Кевин медленно поднялся на ноги и из последних сил попытался защитить свою репутацию:

— Я… Я не ещё один! И я вовсе не испугался!

— Да-а? — в голос насмехался. — Так садись, раз ты такой храбрый.

Кевин неуверенно сел за стол. Что сейчас будет! Хотя где-то в глубине души, его не оставляла надежда, что это всё, вероятно, голодный обморок.