Кицунэ (гет)

Кадзу Наито, профессиональный убийца и мастер шпионажа, стоял у входа в маленький домик, где, судя по сообщению от друга Сатоши, его якобы ждал необычный подарок. Новость вызвала у него искреннее недоумение: «Кто вообще мог подумать подарить что-то такому, как я?»

Окрестности были обследованы трижды: кустарники, крыши соседних домов, водостоки — везде безопасно. Дом находился в живописном пригороде, окружённом небольшими садами и тихими прудами, казалось, идеальном местом для романтического свидания.

По дороге, ведущей к калитке, покатилась тележка, запряжённая старой лошадью. Когда повозка подъехала ближе, из неё осторожно спустилась девушка в синем кимоно, недорогом, пошитом из грубой ткани. Плечи её были сутулыми, волосы распущены и слегка спутаны, глаза опустились вниз, словно стараясь избегать любых взглядов.

Кадзу мгновенно оценил ситуацию: обычная публичная женщина, очевидно, низкоранговой категории. Объяснить, зачем Сатоши отправил её сюда, он не мог. Был ли это розыгрыш?

Заинтригованный и озадаченный, Кадзу подождал, наблюдая, как девушка подходит ближе, словно ожидая распоряжений хозяина.

Однако, прежде чем Кадзу успел задать вопрос, девушка пошатнулась и, издав слабый стон, рухнула на шероховатые камни мостовой. Рефлексы сработали автоматически: вмиг преодолев расстояние, Кадзу оказался рядом, бережно опустив её голову себе на колени. Опытный взгляд мгновенно оценил состояние пострадавшей: кожа белая, как бумага, губы сухие и синие, пульс едва различимый, дыхание поверхностное и частое.

Аккуратно прощупав ребра девушки, Кадзу нахмурился: кости выступали рельефно, ясно видны контуры рёбер, ключицы острые, как лезвия ножа. Вес тела был минимальным, мускулатура атрофирована, тело источало тошнотворный запах запущенности.

— Такая юная, а уже доведена до такого состояния, — пробормотал он, удивлённый и озабоченный увиденным. — Как ты дошла до такого, бедняжка?

Обычно Кадзу не уделял внимания подобным вопросам, но сейчас сердце сжалось от непонятного чувства, близкого к жалости. Синоби не привык заботиться о людях, но, видимо, привычка защищать слабых взяла верх над профессиональной дисциплиной.

Долгие тридцать минут Кадзу терпеливо сидел рядом с девушкой, наблюдая, как медленно возвращается в её тело жизнь. Тонкие веки задрожали, словно крылья бабочки, затем раскрылись, обнажив глаза, похожие на два маленьких озера, прозрачные и полные боли.

— Очнулась, бедовая? — негромко спросил он, кладя свою горячую ладонь на её холодный лоб. — Не вставай, тебе необходимо лежать.

Девушка медленно огляделась, распознавая незнакомое помещение, затем её взгляд с испугом остановился на Кадзу.

— Простите, господин, — прошептала она, едва шевеля губами. — Меня зовут Мэй. Меня прислали к вам...

Её голос был тихим и робким, как у ребёнка, готового принять наказание за провинность.

— Помолчи, — мягко остановил её Кадзу, осторожно дотрагиваясь до её щеки. — Отдыхай, красивая.

Синоби привык наблюдать, анализировать и оставаться хладнокровным, но в этот раз что-то другое руководило его поступками. Кадзу почувствовал, как в его сердце шевельнулось что-то похожее на сострадание. Он не привык ухаживать за людьми, но девушка нуждалась в уходе, и это не позволило ему оставить её одну.

Покинув дом, Кадзу быстрым шагом направился к выходу, заметив поблизости мальчика-посыльного, очевидно дожидавшегося распоряжений. Молодой парень, стоявший в тени дерева, явно стеснялся привлекать внимание и держался в сторонке.

— Мальчик, подойди сюда, — приказал Кадзу, окликающим жестом позвав посыльного ближе.

Паренёк боязливо приблизился, глаза его были настороженными и осторожными.

— Слушай внимательно, — сказал Кадзу, глядя мальчику прямо в глаза. — Отправишься в тот бордель, откуда доставили девушку. Скажи хозяйке, что она понравилась мне, и я желаю оставить её у себя ещё на сутки.

Достал из кошелька небольшой мешочек, набитый монетами, и вручил мальчику.

— Отдай деньги хозяйке и четко повтори мои слова, понял? — наставительно добавил Кадзу, строгим взглядом подкрепляя инструкции.

Затем, вытащив из пояса ещё несколько золотых монет, бросил их мальчишке.

— Это тебе за службу, будь расторопнее, — процедил он, разворачиваясь и заходя обратно в дом.

Получив сообщение от Кадзу, лекарь явился через считанные минуты, прибыв с котомкой лекарств и инструментами. Закрыв за собой дверь, он сразу же занял позицию у кровати, внимательно изучая внешность девушки, что снова находилась без сознания.

Положив палец на её запястье, врач измерил пульс, попутно осматривая синяки и царапины, покрывающие её руки и плечи. Одной рукой аккуратно приподнял её веки, оценивая цвет белков и реакцию зрачков на свет.

Закончив осмотр, лекарь серьезно взглянул на Кадзу:

— Ваша подопечная серьёзно пострадала, — начал он, извлекая из сумки флакон мази. — Она истощена и обезвожена, на теле полно травм и повреждений. Необходимо срочно обеспечить нормальное питание и уход, иначе долго она не протянет.

Опытные руки мастера наносили мазь на открытые раны, мягкие и быстрые движения избавляли девушку от болей. Завершив обработку, лекарь объяснил Кадзу:

— Необходим полноценный рацион три раза в день, отвар целебных трав, длительный отдых и минимум нагрузки. Любое пренебрежение рекомендациями приведет к ухудшению здоровья.

Завершив процедуры, врач собрал инструменты и указал пальцем на девушку:

— Следуйте инструкциям строго, иначе потеряете её очень быстро. Будьте ответственны, господин.