Гарри Поттер и полёт "Галахада" (джен)

В назначенный день ученики толпились в Большом зале. Деканы и старосты с разной степенью успеха пытались привести подопечных к порядку. Гарри, Рон и Гермиона стояли вполне спокойно и по возникающим у них вопросам дискутировали очень тихо.

— Не понимаю я Дамблдора, — говорил Рон. Он в путешествие не летел. — Ну преподают нам историю плохо, и что с того?

— Как бы тебе попроще объяснить? — Гермиона задумалась, некторое время молчала, а потом продолжила — представь себе такую картину: нам в школе рассказывают исключительно о гоблинах. Однако, вернувшись домой, мы слышим от родителей легенды о прародителях наших семей, их подвигах, ещё что-то... Рассказы отца и матери мы посчитаем увлекательнее и правдивее, верно?

— Ну... да.

— А если при этом между делом заметить, что предки все сплошь чистокровные, вскользь упомянуть о том, что их деяния украдены магглами, магглорождёнными, полукровками? И в конце добавить, что Биннс говорит о гоблинах, потому что они дают взятки школьной администрации, а также из презрения к чистокровным? А Малфой, Крэбб, Гойл и им подобные могут слышать такое каждый день. Естесственно они будут считать себя лучше остальных.

— А если добавить в рассказ Тёмного Лорда... — добавил Гарри. — Дамблдор говорил, что Реддл ко всем ним относился как к рабам, но Люциус, к примеру, это никогда не признает. Так что в их рассказах он будет великим волшебником, чтущим некие старые обычаи. Думаешь, директор беспокоится об этом? Но для чего устраивать нам встречу с Гриндевальдом?

— Может быть, чтобы он сам рассказал, какие цели преследовал и почему они были ошибочны? Эдакая денацификация. Но точно сказать не могу. У Дамблдора своя логика.

Наконец, кое-как совладав с толпой, деканы вывели всех в коридор, провели на Астрономическую башню и тут же из уст учеников вырвались восхищённые вздохи.

Прямо за окном парил дерижабль. Огромный, сверкающий под солнечными лучами. Величественный и красивый.

— Нравится? — спросил появившийся в языках пламени Дамблдор. — Прошу всех следовать за мной!

Гарри и Гермиона попрощались с другом и направились за остальными.

* * *

— Профессор, — спросил Гарри, оглядывая стены огромного коридора, украшенные какими-то фигурами. — Откуда у вас такое воздушное судно?

— Гриндевальд, в отличие от Волдеморта, не питал ненависти к маггловским вещам. Однажды ему довелось полетать на "Графе Цепеллине". И почти сразу он создал аго аналог с расширением пространства: несколько кают-компаний, расчитанных на пятдесят человек, двухместные спальни, столовая, уборные, разделённые на женские и мужские, бани, мебелированная бильярдная, библиотека. Прибавьте к этому, что каждая кровать оснащена чарами, не дающими спящему упасть, камеры с чарами стазиса сохраняют пищу в пригодном для употребления состоянии до полугода. Есть больничный отсек, в столовой по выходным раздают меню... Простите, я немного увлёкся... Я угнал его у Геллерта в сорок третьем. Там были и погоня, и бой на мётлах, и драка на крыше... Я, пожалуй, опишу вам как всё было после обеда. А пока что... Следуйте за деканами в отведённые вам части гондолы. Через полчаса стюарды вам устроят небольшую экскурсию.

* * *

За окном проплывали облака и ярко светило солнце. В столовой, полной учениками пришедшими на обед, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор закончил свой захватывающий рассказ о том, как в результате тяжёлой схватки стал обладателем дирижабля "Гросс Глюк", тут же переименованного им в "Галахада", и теперь ждал расспросов. Таковые нашлись у Гермионы.

— Профессор, — тянула она по привычке руку. — А вы не боялись использовать огненные заклинания? Всё же на таких судах делать это небезопасно.

— Этому судну огонь не опасен, мисс Грейнджер. Это не Гинденбург. Он надёжнее маггловских аналогов. Тут отдельно гондола с расширением пространства и отдельно балоны, на который наложены чары облегчения веса. К тому же, летает "Персиваль" на необычном топливе. Северус, прошу!

На трибуну из тёмного угла вышел Снейп. Его голова была обрита примерно на четверть.

— Извольте видеть. Волосы Северуса, а точнее, грязь с них, обладает магическими свойствами и переводится в топливо.

— И он никак не протестует? — послышался голос Малфоя.

— Нет, — ответил зельевар безразличным тоном. — Это ведь не первый раз, когда приходится путешествовать так...

— А теперь, — старик хлопнул в ладоши. — Мы можем приняться за еду.