Снег на голову (гет)

— Алло, алло! Чанн Ди, ну где ты там? Отмечаем выпускной, Чанн Ди забыла? Все уже собрались!

Чанн Ди сонно захлопала глазами, непонимающе глядя на телефонную трубку. Наконец девушка произнесла с хрипотцой:

— А?.. Кто?.. Алло!

Но голос в трубке приобрёл капризные ноты:

— Пусть лучше поговорит И Чжон!

Голос в трубке сменился на спокойный:

— Алло, Чанн Ди! С добрым утром. Помнишь, мы договаривались встретиться на конной базе? Почти все в сборе.

Стоп! Все в сборе?! Уже?!

Сон как рукой сняло.

Быстро одевшись и захватив тёплый плед, Чанн Ди выскочила на улицу. Как же быстрее добраться до конной базы? Да, конечно! Нужно вызвать такси!

Ащ!

Как она могла вчера забыть зарядить телефон?!

Нужно срочно вернуться и всё отменить! А потом умыться, позавтракать и поставить телефон на зарядку.

Чанн Ди развернулась, чтобы идти обратно домой, как услышала за спиной два коротких гудка клаксона. Девушка подумала, что случайно стоит на проезжей части и, вздрогнув, обернулась.

Перед ней стоял белоснежный, отполированный автомобиль и, как будто подмигивал аварийными огнями. Водитель опустил стекло и, улыбаясь уголком рта, произнёс:

— Такси вызывали?

* * *

— Юн Чи Хо, ты мой спаситель! Я так благодарна, я даже… не знаю как!

Девушка поклонилась. Чи Хо снова улыбнулся уголком рта и, свернув на шоссе, немного прибавил скорость.

И вдруг Чанн Ди словно обдало ледяной водой от неожиданной мысли:

— А как Чи Хо догадался, что я выйду из квартиры именно в это время? А?

Чи Хо глянул на неё в зеркальце и снова усмехнулся уголком рта.

— Я не догадывался, я уже знал.

— Что?!

Чи Хо, конечно же, шутит. Чтобы это знать, нужно быть потомком шамана. Чанн Ди хотела спросить его ещё о чём-то, но водитель уже припарковал автомобиль около конной базы и вышел. Снег везде был убран, но в лесу ещё лежали сугробы.

Переодевшись, Чанн Ди села на лошадь и присоединилась к ребятам, уже начавшим идти по тропе. Из любопытства она спрашивала клички лошадей и их масть.

— У Ку Чун Бё конь коричневый?

Чун Бё ответил, глядя вдаль, на едущих впереди И Чжона и Ка Ыль:

— Парам — не коричневый, а бурый! Неужели ты не знаешь таких простых вещей?

Девушка уже начала привыкать к таким фразам, поэтому даже не обратила внимания.

— А у Ка Ыль, какая лошадь?

— Сагва — серая в «яблоках», поэтому её так и зовут.

— А у И Чжона конь чёрный?

— Таль — вороной масти.

— А лошадь Ву Бина? Это кофейная масть?

— Сунми — соловая кобыла. Тёмный корпус и светлые грива и хвост.

— Очень интересно. А у нас, значит, белые лошади, да?

И Чжон объяснил:

— Чоллима — редкий экземпляр светло-серый в «гречку», к тому же иноходец. Ван — это его брат, поэтому так похожи.

Чанн Ди хихикнула:

— Это так забавно — «яблоки», «гречка»…Ван — и правда, как облачко.

Чун Бё огрызнулся, не оборачиваясь:

— Ничего забавного.

Все прибавили хода, перейдя с шага на лёгкую рысь. И Чжон и Ка Ыль были уже достаточно далеко. Чун Бё стремительно приближался к ним. Они были уже едва видны за деревьями. Чанн Ди уже хотела было предложить Чи Хо догнать друзей, как вдруг произошло то, чего она совершенно не ожидала.

На лесную тропу прямо перед ними выпрыгнула лиса, пригнулась к земле и оскалила клыкастую пасть.

Чоллима нервно дёрнулся, взвился на дыбы и поскакал резвым галопом в горы, густо поросшие соснами. Чанн Ди крикнула:

— Куда ты?!

Но Ван уже нёсся за братом, выкатив глаза и фыркая. Лошадиные лопатки ходили ходуном, и Чанн Ди казалось, что она вот-вот свалится. Прижавшись к спине коня, она как будто летела вместе с ним, затаив дыхание.

Наконец, лошади успокоились и перешли на трусцу, а затем на шаг. Впрочем, порой одна из лошадей нервно вздрагивала от хруста веток или от падающего на голову мягкого кома снега. Из-за сосен справа на горизонте проглядывали горы.

Только тут Чанн Ди поняла, что оказалась в незнакомой местности наедине с Чи Хо.

* * *

Не спеша, плавным шагом всадники на белых лошадях подъехали к небольшому чайному домику на вершине горы. Лошади перестали нервничать и шли шагом, опустив головы. Чи Хо предложил:

— Давай зайдём, выпьем чаю.

Чанн Ди с улыбкой кивнула. Молодой человек и девушка заказали два чая и тарелку печенья с корицей. Сев на террасе, они любовались лесом и заснеженными вершинами.

Сняв с крупа коня сумку, Чанн Ди достала пушистый красный плед, и они закутались в него.

Чи Хо наклонился к ней и шепнул, едва касаясь губами покрасневшего уха:

— Смотри — там сороки!

Действительно, на деревянные перила террасы села парочка пёстрых сорок и с любопытством поглядывала на них. Глаза-бусинки блестели в лучах солнца.

Одна из сорок осмелела и прыгнула на край стола, приглядываясь к чайным ложечкам. Официантка, принёсшая чай и печенье, испугала птиц, и они перелетели на соседние деревья, обиженно переговариваясь.

Чанн Ди задумчиво сказала, обхватывая чашку горячего чая:

— Руки замёрзли. И почему я пошла без перчаток?

И тут же почувствовала, как горячее дыхание снова обжигает её ухо:

— Тогда моя душенька должна открыть свой ротик…Вот так, правильно.

— А?..Что ты де…?

Чанн Ди ощутила пряный вкус печенья на своём языке. Во рту пересохло, а щёки полыхнули, как маков цвет. Что он делает?! Он хотя бы понимает, что так делают после свадьбы, когда…

Неожиданно она услышала возглас И Чжона:

— А, вот вы где!

Ка Ыль, не спешиваясь, подъехала и начала сбивчиво говорить:

— Чун Бё зацепился за ветку и упал! То есть, когда Парам испугался и повернул, то Чун Бё занесло, и тогда он зацепился ногой за ветку и упал! Я слышала крики, это ужас…

И Чжон мягким жестом прервал её рассказ:

— Подожди, Ка Ыль, дай я расскажу. Я ехал почти через три метра за ним. Неожиданно вылетела пара сорок и затрещала. Парам резко сорвался и неудачно вписался в поворот. Я понял, что он шарахнулся от страха, и стремя Чун Бё зацепилось за сосновую ветку. Он просто вылетел из седла и упал мешком! Когда мы подъехали, он лежал без чувств! Надо быстрее помочь ему!

Ребята оседлали лошадей. Девушки поехали впереди. Ка Ыль показывала дорогу. И Чжон пустил Таля шагом и приблизился к другу:

— Шаман Юн сегодня практиковал окорм на сладкое?

Чи Хо отвёл взгляд, но голос звучал спокойно, как будто бы они обсуждали очередные скачки или чей-то автомобиль:

— Ничего особенного. Можно было бы обойтись наузами на дерево грецкого ореха, вот и всё.

— Но согласись, Чи Хо, кормить девушку с рук — это куда романтичнее, а?

Чи Хо молча усмехнулся и подстегнул коня. Друзья поспешили обратно на лесную тропу.

А вслед им весело смеялись сороки…

* * *

В кабинет никого не пропустили, кроме пострадавшего. Он испытал такой шок от боли, что боялся шевелить ногой. Врач ещё раз посмотрел рентгеновский снимок на свет и что-то записал на листке.

— Растяжение связок и трещина в коленной чашечке. Перелома нет.

Чун Бё повернул голову и с радостной надеждой заглянул врачу в глаза:

— И это значит, что я могу ходить?

Врач строго посмотрел на пациента:

— Конечно, нет! Вам необходим постельный режим три месяца, не меньше! После чего ходить Вы сможете, только опираясь на что-то. Да, возможно, впоследствии Вы даже сможете водить автомобиль. Но только спустя три месяца, бинтуя ногу и принимая эти противовоспалительные!

Чун Бё откинулся на подушку и больше ни о чём не спрашивал.