Последняя любовь господина Пака (гет)

Ещё один октябрь. Ещё один День рождения. Но на этот раз виновник торжества был сам на себя не похож. Ни весёлости, ни остреньких шуток, ни заводной харизмы. Отзвучали поздравления, тосты, песни. Всё было классически, по-домашнему мило, и в то же время, так похоже на все остальные Дни рождения. Поев торта и выпив кофе, все привычно сидели на диване и болтали о том, о сём. Господин Пак остался сидеть во главе стола. Словно нехотя, он поднял глаза и, выдержав паузу, начал говорить:

"Ребята, мне надо кое-что вам сказать…Дело в том, что…мы больше не сможем видеться у меня дома или в кафе…ну, то, есть, мы будем видеться не так часто…"

Господин Чон затушил сигарету в пепельнице и, посмотрев исподлобья, спросил:

"Почему?"

Хосок склонил голову набок:

"Чимини чем-то заболел?"

В этот момент Юнни выглянул из-за спин друзей:

"Что-то случилось с родственниками Чимини? Проблемы с кафе?"

Неожиданно господин Пак резко вскочил, стукнул кулаком по столу и крикнул:

"Нет же! НЕТ!"

Все замолчали и переглянулись. Пак Чимин опустил глаза в пол. После секундной паузы господин Пак выдохнул:

"Я женат, и у меня есть ребёнок".

* * *

Прошло несколько секунд, но все продолжали молчать и сидеть как приклеенные. Наконец, все отошли от шока. Господин Чон глянул на Юнги, затем на Хосока, и тихо сказал:

"Идёмте, поговорим".

Приятели вышли в соседнюю комнату. Как только дверь закрылась, Юнги горячо выпалил:

"И-за этой фанатки мы столько тысяч продули! Чёрт возьми! Она просто взяла и вышла замуж, чёрт…"

Господин Чон пытался что-то сказать, но Мин Юнги продолжал чертыхаться, пока Хосок не остановил его:

"Тише, давай послушаем, что придумал господин Чон".

Все замолчали, и господин Чон сказал вполголоса:

"Давайте теперь заключим новое пари. Два года назад мы втроём поставили по сто тысяч, так ведь? Теперь давайте объединим их и получим триста тысяч. И…они достанутся тому, кто первый соблазнит Кай Наён!"

Глаза Юнни заблестели, и он так же вполголоса ответил:

"Я за это! Но надо обдумать, как и где".

Хосок с лукавой улыбкой предложил:

"Может быть, устроим рождественскую вечеринку дома у нашей трейни? Так нам не придётся никуда её ни приглашать, ни заманивать".

Лицо Юнни просияло:

"Точно! И заодно на угощении сэкономим!"

Господин Чон кивнул:

"Да, так и сделаем. Но, скорее всего, это будет только в следующем году…"

Юнни молча прошёл мимо него в дверь, и судя по звукам, начал прощаться с хозяином и одеваться. Хосок, проходя мимо господина Чона, шепнул с вечной лёгкой улыбкой:

"Ради такого подарка можно и подождать годик, а?"

* * *

Эта осень выдалась холодной. Рано стемнело. Хванн Хёнджин задумчиво смотрел в окно холла в концертном зале, и пил кофе маленькими глотками. Окно было огромным, почти во всю стену, и открывало вид на парковку и море сияющих огней города.

Почти все поклонники уехали после концерта, и на парковке осталось совсем немного транспорта.

Его внимание давно, ещё до концерта, привлёк один из автомобилей. Это был чистый, отполированный внедорожник вишнёвого цвета с затемнёнными стёклами. Наверное, это был автомобиль какого-нибудь обеспеченного поклонника, который занимал одно из мест в VIP-зоне.

Хёнджин, уже немного уставший, раздал автографы ещё двум поклонницам. Просто расписался на листке бумаги, сложил в четыре раза и отдал. Когда музыкант уже уходил в сопровождении охранников, то случайно услышал диалог:

"Нэтта, пошли уже! Постой, что Хёнджин тебе дал?"

"Автограф".

"И что, больше ничего?"

"Ничего".

"А почему листок сложен в четыре раза?"

"Не знаю".

Хёнджин ещё раз глянул на осеннюю парковку, убаюканную огнями города. И вдруг музыкант увидел, что к новенькому вишнёвому внедорожнику направляется…та самая Нэтта! Из автомобиля вышел пожилой мужчина с седыми усами и в строгом костюме, и, поклонившись ей, открыл дверцу.

Один из охранников окликнул певца, но тот ответил:

"Пока ещё кофе не допит".

Сделав знак подождать, он выиграл время, и продолжил наблюдать. Становилось интересно. Нет, если мужчина так низко кланяется, значит, это не муж и не отец. Скорее всего, это…личный водитель? Девушка по имени Нэтта пропустила вперёд подругу, а затем сама нырнула в мягкий леопардовый салон автомобиля, и он мягко тронулся с места.

Хванн Хёнджин допил кофе и ушёл в сопровождении охранников.

Придя домой, девушка прошла в свою уютную бело-розовую спальню и решила подколоть листок с автографом на доску с фотографиями и открытками на память. Нэтта развернула листок, и из него вдруг что-то выпало, звякнув об пол. Девушка подняла предмет, которым оказался красный плетёный браслет.

На первый взгляд казалось, что это был обычный обережный браслет, если бы не золотой замочек в виде бутона розы.

* * *

"Ты видел, какой симпатичный оберег?! Где сестра такой купила? Подарю такой же Эре, когда она согласится…"

— Старший брат, да ты видел, что там не простой замок? Это явно браслет, сделанный на заказ. Такой не купишь. Я точно говорю, моя невеста в ювелирном работает, и меня разбираться научила. Бьюсь об заклад, что нашей сестре подарил его тот самый светловолосый странный парень, который следил за нашей сестрой, помнишь? Нам водитель Ким рассказывал. Ладно, пойдем, поедим.

"Да, пойдём. А о браслете надо родителям рассказать, я считаю".

* * *

Нэтта, обутая в мягкие домашние тапочки, бесшумно зашла в кабинет отца:

"Отец что-то хотел спросить у меня?"

Мать сидела в кресле и просматривала каталог одежды. Отец оторвал взгляд от бумаг и строго, даже слегка холодно посмотрел на дочь поверх очков:

— Ты понимаешь, что не должна принимать никаких подарков от мужчины до замужества? Скажи, ты понимаешь?

"Но…почему, папа?"

Вмешалась мать:

— Пойми это! Подарки, даже недорогие, всё же к чему-то обязывают. А это…сейчас посмотрим…

Мать отложила каталог, встала, взяла лупу и рассмотрела замочек украшения:

"Здесь есть проба, значит это золото. Сегодня этот парень подарил тебе золото, а завтра…начнёт домогаться!"

Нэтта смущённо и изумлённо захлопала ресницами:

"Что такое говоришь, мама?!"

Мать стояла, не шевелясь, как скала. Холодная, красивая скала. Лишь только губы скривились, и она прошипела:

"Между прочим, твой старший брат сказал, что видел, как вы с этим паршивцем женоподобным целовались в подъезде!"

"Нет, я не…"

Отец прервал их спор жестом:

"Послушай меня! Нэтта, я всё делаю ради твоего блага, пойми. Тебе просто не надо дружить с кем попало, вот что хочет сказать твоя мама. Нужно более тщательно подходить к выбору друзей, и в том числе, молодых людей. Это ведь, возможно, кандидаты в твои мужья, задумайся об этом. Просто, чтобы не было проблем, веди себя нормально."

Девушка, выслушав эту поучительную тираду, как будто сжалась в комочек в своём большом пушистом свитере и, наконец, робко сказала:

"А…если этот молодой человек на мне женится?"

Мать снова скривилась:

"На собаке пусть женится! Нэтта, пойми, что надо просто вести себя нормально, и тогда не будет никаких проблем!"

Мать вновь выглядела едва сдерживающей гнев, но дочь вдруг успокоилась. Это ведь всё — неправда. Она ни с кем не целовалась. На ней никто не женится. И у неё не будет никаких проблем.