Три нарушения, тайный поклонник и пять попыток (гет)

Ранним утром город накрыло мелкой серой изморосью. Элина опаздывала на первую пару. Дорога после дождя была скользкой, но на пустом проспекте она прибавила газу. Старая девятка отозвалась натужным ревом, руль задрожал в руках, а спидометр медленно, но верно пополз к отметке «90».

Она знала, что здесь ограничение «60», но в голове пульсировала только одна мысль: если опоздает на семинар, автомат ей не светит.

Из-за опоры моста фигура в светоотражающем жилете появилась почти незаметно.

Короткий, отточенный жест полосатым жезлом — и Элине показалось, что сердце на секунду перестало биться.

— Черт, — выдохнула она, судорожно выжимая тормоз.

Элина сидела, вцепившись в руль, и наблюдала в зеркало, как к ней идет инспектор. Высокий, широкоплечий, в идеально подогнанной форме. Шаг у него был уверенный, неспешный.

Она начала лихорадочно рыться в сумке. Паспорт, зачетка, помада. Где права?

Окно со стороны водителя опустилось со скрипом — механизм в девятке давно заедал. В салон ворвался холодный воздух.

— Старший лейтенант Соколов, спецбатальон, — голос был низким и совершенно спокойным. — Куда так торопимся, девушка?

Элина наконец нащупала пластиковую карточку и протянула её.

— Простите, я на учебу. Опаздываю очень.

Лев взял документы. Он мельком глянул в права, потом перевел взгляд на лицо девушки. На нем не дрогнул ни один мускул, но глаза сузились. Он посмотрел на номер машины, на помятое переднее крыло Лады, которое она так и не починила, и снова на неё.

— Элина Игоревна? — спросил он, и в голосе появилось что-то, чего не бывает в стандартных проверках.

— Да, — она кивнула, стараясь не смотреть на него. — Сильно превысила, да?

Лев не ответил, достал из кармана смартфон. Пару секунд он листал экран, а затем повернул его к Элине.

Там был открыт их вчерашний чат в Телеграме.

— Значит, неделю назад был экзамен, сегодня — учеба, — произнес он, и в углу его рта наметилась едва заметная усмешка. — Вы всегда так ездите, или я вам просто везучий такой попадаюсь?

Элина замерла.

— Это вы? — выдавила она. — В смысле, та БМВ?

— Он самый. Выходите из машины, Элина Игоревна. Будем оформлять.

Элина почувствовала, как к горлу подкатывает ком.

— Пожалуйста, не надо. Я только месяц как права получила. У меня и так денег, немного.

Лев молчал несколько секунд. Он смотрел на эту девчонку, которая в свои двадцать один умудрилась не только вписаться в его машину, но и проявить такую старомодную порядочность, которая в его работе встречалась раз в пятилетку.

— Ладно, честная вы наша, — Лев закрыл папку с документами, но отдавать их не спешил. — Пройдемте в патрульную машину. Посмотрим, что с вашим штрафом делать.

Элина покорно вышла из девятки, прикрывая голову сумкой от мелкой мороси. Она села на переднее сиденье патрульного авто.

Лев устроился рядом, положив её документы на приборную панель. Он не спешил доставать бланки протоколов.

Он открыл планшет, что-то проверил, а потом повернулся к ней. В салоне стало тесно. Его плечи в куртке занимали почти всё пространство.

— Девяносто два километра в час, Элина Игоревна. На мокром мосту. Вы в курсе, что вашу Ладу на такой скорости может просто переставить в соседний ряд от любого порыва ветра?

— В курсе, — Элина опустила голову. — Но я правда.

— Про учебу я уже слышал, — перебил он. — Слушайте меня внимательно. Я неделю назад вашу записку полчаса разглядывал. Думал, розыгрыш какой-то. Сейчас люди за царапину на бампере готовы горло перегрызть, а вы деньги в окно засунули.

Он помолчал, постукивая пальцами по рулю.

— Но на дороге ваша честность вам жизнь не спасет, если вы в отбойник улетите. Вы права получили месяц назад. Вы еще машину не чувствуете. Понимаете?

Элина кивнула, чувствуя, как горят щеки. Ей было стыдно, как школьнице перед завучем.

— Протокол я писать не буду, — Лев взял её права и протянул ей. — Но если еще раз увижу, что летите — оформлю по всей строгости. Договорились?

Элина быстро схватила документы, боясь, что он передумает.

— Спасибо. Я правда больше не буду. Честное слово.

— Езжайте, — Лев отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. — И фару правую поправьте, она у вас скоро вывалится.

Элина выскочила из машины, чувствуя невероятное облегчение. Уже сидя в машине, она видела в зеркало, как патрульный автомобиль медленно тронулся и поехал дальше по проспекту.

До конца дня она ездила ровно сорок километров в час, даже там, где было можно восемьдесят. А вечером, уже дома, она долго смотрела на их короткую переписку в Телеграме. Ей хотелось что-то написать, поблагодарить еще раз, но она не знала, уместно ли это.